— Я пойду проверю периметр, — все-таки не выдержал артефакт, слишком явно чувствуя что-то. Что-то. Но он совершенно не подозревал, что «враг» может быть буквально внутри меня. А я, кстати, тут же нажаловалась Мезу о ребенке.
Но долго эти веселые разговоры не продлились. Во мне будто медленно, но верно разряжался аккумулятор. В итоге я даже зевнула, хотя встала с постели всего полтора часа назад. Не свойственна для меня такая сонливость.
— Что?! — моментально еще больше встопорщился Гатто. — Откуда у тебя истощение?! Этот гад что, тебя не подкармливал?! После того как сыпал по округе чистой мрой, платье на тебя нацепил из нее же… почему ты так голодна?!
— Да не голодна я, просто устала. — Отмазка так себе, но другой у меня нет. — Одни сплошные нервы с вами всеми.
— Ну да, конечно, — преисполнился енот каких-то своих подозрений. Но все равно с ворчанием потащил меня на руках в кровать. Там уложил и…
Так, я не поняла, это что?!
Почему он меня за руку сцапал и теперь печет ее, словно ладонь в печку запихнули? И… и почему Скай на глазах словно сдувается, а его круги под глазами растут со скоростью жрущей чернухи?!
— Стой! Во мне мры столько, сколько никогда не было! Мез кормил до упаду и даже купал в ней! Не смей, идиотина ты ушастая! — Я как-то по наитию всеми возможными силами попыталась впихнуть энергию обратно в енота.
Потому что… это пугает. Ну нельзя, нельзя так самозабвенно посвящать себя другому человеку! Тем более если ты раньше был для этого человека настоящим пугалом! Это просто какая-то омрыненно извращенная форма мазохизма. Так мало того, что себя не жалеет, так еще и мне на нервах играет.
— Ты что делаешь, дура?! — рассвирепел енот, судя по всему захлебнувшись в хлынувшем потоке, когда я его неведомо как, но завернула кренделем.
— О! — Я даже обрадовалась. — На себя стал похож! Давай еще!
— Что еще тебе, идиотка ненормальная? — Меня от души шлепнули по руке, а потом еще потянулись то ли по затылку съездить, то ли поймать и поцеловать — я не стала разбираться, с ходу драпанув на другую сторону кровати. — А ну, стой! Да стой ты!
— Ага, щаз! — Я даже подушкой прикрылась, недовольно зыркая из-за нее на вполне расправившегося обратно в нормальное существо Гатто. — Я ни мры не фанатка сушеных трупов, понял?
— Только ты могла превратить священный процесс в фарс. — Енот наконец сдался и сел сразу там, где стоял. — В тебе действительно удивительно много мры. Обычно я ее плохо чувствую, но, когда ты пустила процесс вспять, пришлось ощутить. — Гатто поднял на меня глаза и спросил уже более серьезным тоном: — Скажи, откуда у него эти запасы?
— Да мра его знает, — и не словом ведь не соврала. — Наохотил, кажется. Что-то такое мелькало в разговоре.
— Наохотил? — Гатто вдруг поднял прижатые было уши из своей лохматой гривы. — Наохотил… то есть он умеет охотиться? Вот как. Интересно…
Упс, кажется, я все же ляпнула что-то не то. Может, еще поправить получится?
— Ну, вон у меня знакомая в Перепечках есть, она тоже умеет охотиться, и что?
— Кто?! — Скай аж весь подался ко мне. — Лали, ты не представляешь, насколько это важная информация! Детям, особенно чистокровным, критически не хватает мры! Если у нас будет ее источник… нет, не так! Если у нас будет возможность добыть ее в нужных количествах без обращения к иномирцам, это кардинально изменит все планы!
Э-э-э… мра. Мраа, в смысле. Кобру сдавать тоже как-то неправильно. А с другой стороны, если наш недомирок все равно рушится чернухам в жопу, то какая уже, на фиг, секретность?
— Одна знакомая, артефакт. Она древняя.
— Ни один древний не выжил после бойни. Это невозможно. — Гатто как-то быстро начал тереть лицо ладонями. — Тебя просто обманули. Скорее всего, они просто обнаружили где-то старый склад с мраа. И теперь дурят операторам головы. А твой… спутник, он тоже «древний»? — Гатто голосом поставил последнее слово под сомнение.
— Аола. Это имя тебе о чем-то говорит? — решилась я. Честно сказать, Кобру мне было засветить проще, чем чудовищное происхождение собственного артефакта. Во-первых, она наша, родная, и наши проблемы — ее проблемы. А во-вторых… а во-вторых, не знаю.
— Героиня детских страшилок? И ты поверила? — усомнился в моих умственных способностях енот. Да я порой сама офигеваю, как выжила в этом дурдоме. Неудивительно, что другие не верят.
— Угу, знаешь, в своей жизни я никогда не встречала артефактов с такой давящей аурой. А еще с железками, которые у нее периодически из разных мест сами собой растут. Прямо как в мультике. Помнишь, где она суперзлодейкой была, хотела мировой порядок разрушить?
— Помню, — слегка задумчиво и, как мне показалось, растерянно кивнул Гатто. — Как в эпизоде, где она проткнула пузырь с заготовленной для детей главных героев энергией душ?
— Ага. — Я поневоле хихикнула. — Оказывается, ты тоже любил в детстве этот мульт? В свете нынешней ситуации ее злодейство выглядит несколько иначе, да?
Глава 20
Мез
Я смотрел на большой, если не сказать роскошный, особняк, окруженный достаточно крупными для данной местности деревьями. Именно в этом здании я чувствовал Лали. Буквально вот за стеной и на этаж выше. Тело так и рвалось запрыгнуть сначала на ветку, потом сразу на балкон и вернуть девушку. Но я останавливал себя здравым смыслом.
Теперь, когда я оказался на столь небольшом расстоянии от собственного Мастера, я начал более уверенно чувствовать ее эмоции. Как и раньше, она не боялась. Не волновалась. Не искала поддержки. И кажется, постоянно ела что-то сладкое и питательное. Вот и зачем я так спешил ее спасать? Дурной хомячок, а не Мастер. Даже тут умудрилась щеки набить.
Тем более что сопровождающая меня делегация недоделков с ушами как-то странно мялась и переглядывалась. Что? Клюв не дорос в эти ворота постучать? Или хвосты поотрывают за наглость? Впрочем, мне-то какое дело, у меня тут Мастер, который чувствует себя неплохо. Хотя то и дело с той стороны долетают междометия и обрывки разных интересных слов, в основном нецензурных. Аж родиной повеяло, что называется. Поразительно, как Лали до мелочей точно воспроизводит интонацию матерой бродяжки с Горгонзолы, когда злится или сильно удивляется.
А еще я почувствовал у девушки очень неоднозначную реакцию на слово «енот». Его она прежде не знала, но благодаря моим мыслям провела ассоциацию с Гатто. Поэтому раньше, думая о еноте, Мастер реагировала однозначно — желанием пришибить тварь чем-то тяжелым по всему организму. А теперь бормочет глупости про мягкие уши и хвост… Кто испортил мне хомяка?! В смысле, она больше не хочет убивать енотов?! Это плохо! Видимо, разжалобил, сволочь полосатая, как вот эти меня. Чтоб ему ржой покрыться! Или чем здесь артефакты покрываются, лишаем? Блохами? Так пусть же облысеет до состояния кошки-сфинкса. Тогда точно никакой хомяк не поведется на пушистые уши.
— Ну? — Ждать у ворот мне надоело, и я грозным взглядом посмотрел на сопровождающих. Из всей компании попрошаек и манипуляторов при мне остались кот и цапля, в смысле, парень с трижды проклятыми пушистыми ушами и девица, похожая на цаплю. Такая же длинноногая и длинноносая.
Остальные разбежались кто куда с заверениями, что будут собирать моих детей в кучку, чтобы предъявить, как договаривались. Сразу в комплекте с операторами и их опекунами.
— Ну, это, конечно, поместье одного из наших союзников, но… — начал было мяться артефакт.
— Что «но»? — поторопил я парня. Опять что-то темнят. И вот эти хотят, чтобы я их «возглавил»? Даже лгать нормально не умеют, а все туда же, в большую политику да спасателей мира.
— Гатто странный, — доложила девица. — Детям он плохого не сделает, не волнуйтесь. Но сам по себе он не очень симпатичная личность. И своеобразный артефакт. На нашу сторону перешел недавно, до этого был… м-м-м… с теми, кто хотел жить как раньше. Говорят, у него гарем из операторов, а одну девушку даже до самоубийства довел. Она спрыгнула в огромную тварь мры, лишь бы не оставаться рядом с этим артефактом. И наверняка погибла.
