десятков милитариев, тайно проникших в Арнфальд?
Вскоре меж веток мелькнул слабый огонёк, больше похожий на отблеск фонаря. Зертан со своим учеником Норвином направились туда и вышли на просторную прогалину, где их уже дожидались другие последователи экселенса гран Деймара.
— Зертан, а ты, я погляжу, так и не освоил уроки пунктуальности, — уколол магистра один из собравшихся. — Даже наставник Альдриан не смог вколотить их в тебя.
— Очень смешно, Рундар, — поморщился учитель Норвина, не имея ни малейшего желания устраивать перепалку.
— Тебе? Охотно верю. А вот мы уже долго здесь торчим, на радость зудящему гнусу. И радости это нам не прибавляет…
— Экселенсы, прекратите, — вклинился в беседу ещё один участник собрания. — Завтра состоится турнир, саму идею которого мы поклялись разметать и подвергнуть забвению. Дабы многие десятки лет после этого его боялись даже вспоминать вслух. И поэтому лучше потратить время на обсуждение действительно важных вопросов. Никто ли не передумал?
Мужчина обвёл всех соратников по колдовскому ремеслу изучающим взглядом, давая возможность сделать заявление.
— Хорошо, что ты спросил, Феймон, ведь мне действительно есть, что сказать.
Невысокий мужчина со шрамом, идущим через всё лицо, подался вперёд, обращая на себя всеобщее внимание.
— Говори, Аскар, мы выслушаем тебя.
— Я много думал о нашем плане, экселенсы. И понял, что он основан только лишь на словах Норвина, — произнёс магистр размеренным менторским тоном. — А потому сомнения обуревают мою душу. Неужели вы в самом деле готовы рисковать жизнями и лить кровь? Ведь даже без самого Маэстро его последователи могут представлять угрозу.
— У тебя есть идеи получше, Аскар? — рыкнул Зертан, оскорбленный тем, что подвиг его ученика поставлен под сомнение.
— Естественно, иначе бы я и не взял слово, — фыркнул магистр. — Я предлагаю пойти иным путём. И, прежде чем переходить к решительным действиям, призываю вас разгадать тайну личности Маэстро. А убедившись в его смерти можно вернуться к выпалыванию оставленных им сорняков.
— В том нет нужды, ведь Норвин уже отправил душу этого ублюдка в чертоги богов, — порывисто выступил Зертан.
— Ах, старина, избавь меня от необходимости повторять мои аргументы по нескольку раз, — панибратски попросил Аскар. — Любой здравомыслящий человек должен задуматься над этими вопросами.
— Так каково же твоё предложение? — нетерпеливо поторопил товарища Феймон.
— Я узнал кое-какой любопытный слух. Оказывается, что наряду с самим Маэстро, алавийцы в Клесдене разыскивали ещё кое-кого. Фамилия нор Адамастро кому-нибудь из вас кажется знакомой?
Собравшиеся магистры переглянулись и медленно покачали головами.
— Поговаривают, что за некого Ризанта нор Адамастро, главу этого семейства, награду назначали в десять крат выше, чем за Маэстро. А его родной брат Велайд даже некоторое время находился в заточении у темноликих. Я считаю, нам нужно начать с рода нор Адамастро. Верю, что их знания откроют нам множество иных путей, нежели тот, на который вы готовитесь завтра ступить.
— Мы не станем бездействовать, пока кучка наглецов оскверняет величайшее и священное искусство! — пылко возразил Феймон. — Всё уже решено и оговорено в письмах с экселенсем Альдрианом. Или ты, Аскар, желаешь усомниться в авторитете нашего легендарного наставника?
Остальные собравшиеся загудели, пока не выражая кому-либо явных симпатий и безусловной поддержки.
— Я бы предпочёл просто достучаться до вашего благоразумия, друзья, — беззлобно пожал плечами магистр. — После нападения, которое вы собираетесь устроить, Южная Патриархия сможет объявить войну нашей провинции. И никто не осудит Леорана гран Блейсин за такой шаг. Не лучше ли пойти более долгим, но верным путём, который предлагаю я?
— Сомневаюсь, что патриарх вообще поймёт, кто стоит за массовой атакой милитариев, — криво ухмыльнулся Зертан, бывший одним из главных сторонников кровопролития. — Нас много, и благодаря своему могуществу мы сможем уйти даже быстрее, чем появимся. Вы и без моего напоминания знаете, какую страшную силу представляет собой почти три десятка выходцев гильдии Винхойка! Да мы выжжем всю площадь раньше, чем осиротевшие Безликие заметят наши силуэты на крышах!
Такая речь произвела на магов куда более сильное впечатление. Большинство согласно забормотали и закивали, одобрительно восприняв сказанное. Вот только Аскар к ним не присоединился.
— Если жажда крови затмила ваши разумы, друзья, то нам с вами не по пути. Мы уходим немедленно, — изрёк он.
— «Мы?» Кто ещё с тобой? — посмурнел Зертан, опасаясь, что его идея развалится прямо сейчас.
Две молчаливые фигуры приблизились к Аскару, демонстрируя поддержку. И учитель Норвина облегчённо выдохнул. Всего трое. Значит, основная масса озарённых мнения не изменила.
— В таком случае, вам следует покинуть наше собрание, — презрительно поджал губы Зертан, словно бы общался с малодушными тру́сами. — Если вы не хотите поддержать нас в благом начинании, то хотя бы не мешайте.
— Видимо, иного выхода не остаётся, — философски развёл руками Аскар. — Надеюсь, перипетии наших судеб в будущем ещё пересекутся. А пока — прощайте.
С этими словами троица магистров покинула алавийскую рощу. А оставшиеся милитарии сосредоточились на финальном обсуждении деталей. Завтра всех последователей порочного учения Маэстро ждёт крайне неприятный сюрприз…
Глава 17
Свободного места на площади Белого Креста не осталось уже к полудню. Невзирая на то, что первые встречи турнира состоятся только на закате, народ спешил занять всё доступное пространство вблизи внушительного помоста с самого утра. Без преувеличений, здесь колыхалось целое людское море, занимающее всю площадь. Несчастные лоточники обливались слезами, глядя на такое количество потенциальных покупателей, но лезть в самую гущу не рисковали. В столь плотном столпотворении у них, в лучшем случае, стащат калачи, да булки с лотка. А в худшем — срежут кошель со всем дневным заработком.
Не обошлось и без потасовок. Особо ретивые простолюдины затеяли драки за лучшие места. Но как только полилась первая кровь с расквашенных носов, появилась дворцовая гвардия. Целеустремлённо расталкивая толпу локтями и древками копий, солдаты коршунами налетели на бузотёров, поколотили для проформы, и уволокли с площади. Простолюдины, глядя на это, почесали затылки, но красноречивому предупреждению не вняли. Они ещё много раз затевали мордобой, который всегда заканчивался появлением гвардейцев.
Когда количество буянов, выдворенных без права возвращения, достигло сотни, до толпы наконец-таки дошло, что им тут не позволят дебоширить. Желание воочию увидеть схватки милиариев было столь велико, что усмирило нрав даже самых буйных представителей черни. Пропустить такое зрелище никто по доброй воле не хотел.
Вскоре
