Вячеслав Иванов
Серия «Наполеон»
Книга первая. Я — Бонапарт
В Древней Индии слон — символ священной мудрости, царского достоинства, непобедимой мощи и благоразумия.
Глава 1. Малыш Наполеон
Город Аяччо, остров Корсика, 15 августа 1769 г.
Сад жены Марии-Летиции был самым шикарным местом в доме семьи Бонапартов. Территория, находящаяся под присмотром охранника, была очень большая. Пройдя по небольшому мостику, мы будем идти по дороге из серого кирпича. Дорожка приведет к беседке, в которой Летицию ждали её подруги Санта-Мария, Луиза и Полина.
— О, Летиция Рамолино!
— Полина Сантуэра? Санта-Мария… Луиза.… О, приятная встреча.
О, Летиция Рамолино!
— Полина Сантуэра? Санта-Мария…Луиза.… О, приятная встреча, подруги!
Вокруг беседки росли тюльпаны, лилии и сакура. Пруд, это своя особенность. По пруду плавают утки. Лежат прекрасные островки, на которых растут небольшие деревья.
— Да подруги не виделись со времён окончания гимназии.
— Да уж…
Среди суматохи разговоров о том, о, сём, Летиция почувствовала внезапное приближение родовых мук.
— Да! Мода стала такая переменчивая! — говорила Санта-Мария.
— Как политика! — дополнила Полина.
— Ха-ха-ха-ха-ха!
— Представляете, я только что пожертвовала целые состояния на новый шёлковый парик. А он уже вчера вышел из моды!
— Лучше переделать парик, чем лишится своей головы! — сказала вдруг Луиза.
— Где-то я уже слышала это! — промолвила Летиция.
— Неважно. Главное что фраза великая.
— О, нет! — сказала Летиция.
— Что с тобой?
Закружилась голова. Тошнота. Боль в животе. Сильная боль в животе.
— АААААА! — крикнула Летиция и побежала к дому. Ели-ели она дошла до мостика, шатаясь из стороны в сторону. Ухватившись за периллу мостика, она простояла несколько секунд, и дальше держась за бортик, шла до конца моста, дальше хуже. Её вырвало. Лицо позеленело. И сильно ухватившись за живот, ей осталось пройти до двери около 20 метров. Дверь к счастью была открытой. Дошла до гостиной она окликнула мужа и гувернантку:
— Карло! Марта!
В родильнице в этот момент никого не было и тут-то, и ребенок из чрева матери упал на пол. Мария-Летиция упала в обморок.
Подруги Летиции увидев маленького ребёнка и Летицию на полу, приказали своим слугам, которые сидели в карете, что бы нашли место, где находится муж Летиции Карло, и передать ему письмо. Написав письмо, они отправили слуг-гонцов в Пизанский университет, где муж Летиции занимается адвокатской практикой.
Карло Бонарте. Он выучился на адвоката, получил юридическое образование. А учился он в Пизанском университете, где и припадает адвокатскую практику юным студентам. Поженились они с Летицией, он в возрасте 17 лет, она в возрасте 14. Сейчас Карло уже 22. Он уже стал не только преподавателем, но и политиком, точнее быть, помощником революционного лидера Паскаля Паоли. Он не раз посылал Карло с дипломатическими поручениями в дальние страны, в Рим, например, или в Париж, к самому Людовику XVI. А жил Карло, как говориться, на широкую ногу. В свои-то двадцать два года. Он купил огромную усадьбу, с шикарным садом, для своей любимой. И как не странно, был страстным игроком в карты.
Ну, вот однажды он сидел, рассказывал своим студентам об адвокатах, как вдруг:
— Мсье Бонапарте? — сказал гонец.
— Да, мсье.
— Вам письмо от жены, прямиком из вашей усадьбы.
— Спасибо, мсье! Подождите в коридоре, я скоро дам ответ на него. — сказал Карло.
Открыв конверт, он раскрыл письмо и начал его читать:
«Дорогой Карло. Пишем тебе, подруги твоей жены Полина, Санта-Мария и Луиза. Поздравляем, твоя жена родила только что четвёртого ребёнка. Но он оказался выкидышем и никого в родильной не было. Приезжай в местную больницу, мы тебя ждём там, увидишь своего ребёнка, он лапочка.
Подруги твоей жены.
Полина, Луиза, Санта-Мария.»
— О, чёрт! Мсье! — крикнул Карло.
В кабинет снова зашёл гонец.
— Да, мсье Бонапарте.
— Отвезите меня, если вы на карете, в местную больницу, и поскорее. А с вами, студенты, я прощаюсь, до завтра.
Сев в карету, они поехали в больницу. Приехав, взволнованный Карло побежал в палату, где как сказал гонец, его сын и жена.
— О, Бонапарте! Наконец-то, — произнесла шепотом Полина.
— Что с Летицией? — спросил он.
— Она спит и малыш спит.
— У-А! У-А!
— Вот и малыш встал. Разбудил его Карло… — сказала Полина.
Войдя в палату, они увидели, как Летиция качает его на руках и приговаривает:
— Тиш…Тише! А-УА-У-А-УА! Тишшшшш…
— Как назовем его дорогая? — спросил Карло.
— Напойоне!
— Это турецкое имя?
— Нет, это по-корсикански, Наполеон.
— Да дорогая отличное имя. Малыш Наполеон…
Глава 2. Подарок — талисман слона
В 1755 году Корсика свергла генуэзское господство и с этого времени фактически существовала как самостоятельное государство под руководством местного землевладельца Паскуале Паоли, секретарём которого был отец Наполеона. В 1768 году Генуэзская республика продала свои права на Корсику французскому королю Людовику XV. В мае 1769 года в битве при Понтенуово французские войска разгромили корсиканских повстанцев, и Паоли эмигрировал в Англию. Наполеон родился через 3 месяца после этих событий. Паоли вплоть до 1790-х годов оставался его кумиром.
Франция, Париж, 2 сентября 1758 года.
Наполеон рос ребенком раздражительным. Мать любила его, но воспитание и ему и другим своим детям дала довольно суровое. Жили экономно, но нужды семья не испытывала. Отец был человек, добрый и слабохарактерный. Истинной главой семьи была Летиция. Любовь к труду Наполеон унаследовал именно от матери.
Обстановка этого уединенного от всего света острова, с его довольно диким населением в горах и лесных чащах, с нескончаемыми междуклановыми столкновениями, с родовой кровной местью, с тщательно скрываемой, но упорной враждой к пришельцам-французам, сильно отразилась на юных впечатлениях маленького Наполеона.
Отецу и Матери, после больших хлопот, удалось отвезти двух старших детей — Жозефа и Наполеона — во Францию и поместить их в Отенский колледж. Колледж был не плохим, но зато дети были очень плохими.
— Как тебя звать?
— Напойоне, — произнес он имя свое по-корсикански, как мать.
— Как?
— Напойоне.
— Да такого имени и в святцах нет!
— В ваших нет, а в наших есть.
— В турецких, что ли?
— На-поле-он! На-поле-он! Соломинка-В-носу! — скаламбурил кто-то.
— Соломинка-В-носу! Соломинка-В-носу!
Наполеону хотелось кинуться с кулаками, но он этого не делал, просто отходил молча, забившись в угол, выглядывал оттуда своими голубыми глазами.
Он ненавидел всех французов — поработителей Корсики. Кроме одной девочки. Звали её Элен. Он влюбился в неё, видь, она не обзывала его и не дразнила, а просто смотрела на него и улыбалась.
— Привет, я Элен.
— Здравствуй, я Напойон… Наполеон.
— Привет, Наполеон.
— Да…
— Знаешь, а ты хороший.
— Правда, ты так считаешь?
— Да…
И он почувствовал, что он ей немного нравится, и покраснел:
— Что ты хотела?
— Ах, да. Забыла.
Она достала из кармана серебристую фигурку слоника и сказала:
— Папа сказал, подари это тому, какого любишь! Это мой талисман и я дарю его тебе, Наполеон.
Она положила талисман ему в руку, закрыла ладошкой и убежала. Маленький холодок пробежал по телу Наполеона. И на миг заболела голова. Закрыв глаза, он почувствовал, что всё поменялось и мир стал ярче. Небо было голубым и вообще, он увидел то, на что раньше внимания не обращал. Кожа людей ярче. Всё яркое. И мысли уже не те, что были раньше. Корсика… Лишь она крутилась у Наполеона в голове. Корсика…
* * *
— Трусы — твои корсиканцы: отдали нам Корсику! — дразнил Наполеона тот, который и придумал ему прозвище. Звали этого «злодея» Матео. Он был императором, среди остальных учеников класса. Но Наполеон и Элен, к ним не относились.
Наполеон молчал, копил в сердце обиду. Но, после того как ему достался от Элен слоник, он протянул правую руку вперед, величавым движением оратора и возразил со спокойным достоинством:
— Если бы вас было четверо на одного, не видать бы вам Корсики, как ушей своих; но вас было на одного десятеро!
И Матео замолчал, понимая, что он говорит истину. После того как Наполеон произнёс речь, он отошёл к своему другу. Кроме Элен, у Наполеона был друг Буррьенн. Он тоже не любил Матео и его компанию.
