пользы нуждающихся. Но не приносило ему удовлетворение его благородное дело, ибо больных было немерено, а крови у Саши на всех не хватало. Спустя год после смерти супруги Семён Кондратьевич, несчастный вдовец, совсем впал в беспамятство и потерял связь с земной жизнью. Тогда-то сознание его и очистилось, и стали приходить ему откровения от самих древних богов. И Семёну Кондратьевичу в один момент открылась новость, что не людям нужно кровь свою жертвовать, а богам-защитникам. Мудрые идолы знали, что всем убогим да больным помочь невозможно, поэтому просили людей истекать кровью за весь род человеческий и раз в три года приносить им в жертву неженатого юношу или незамужнюю девушку. Естественно, боги открыли Семёну истину не сами, а передали откровение через посредника — Покровителя, посетившего однажды церковь, куда хаживал Чипиров с маленьким сыном. Этот Покровитель сделал тогда большое пожертвование, чем несказанно обрадовал нищего батюшку и прихожан. Он и поведал Семёну о богах, коим служил уж четверть века. И всезнающий, всесильный Семён вместе со своим шестнадцатилетним сыном принялись взрезывать плоть в знак преданности богам всемилостивым. И почувствовал маленький Саша ту самую отраду, какую мечтал испытать, будучи донором для людей. Желающих отдавать кровь идолам оказалось немало, и стали собираться по домам, по церквушкам, и основали общину из ста двадцати человек, и назвались Светлым Братством Дердера. А где община, там и строгие правила, и авторитарные священники, держащие приход в страхе и дисциплине, и высшая миссия, ради которой умереть не жаль.
Конечно, истекать кровью — дело благородное, но не столь обязательное. Первоочередной задачей светлой общины являлось распространение своего влияния на целый город: в их храмы должно рваться больше людей, нескончаемые благотворительные концерты пусть кормят голодных сирот и матерей-одиночек, и потихоньку-помаленьку Светлое Братство Дердера завоюет сердца простых жителей Петербурга. Ещё в девяностые, когда бандитских шаек развелось больше, чем крыс на чикагских помойках, Шамиль Карденберг поставил себе цель создать такую группировку, которую не будет бояться мирное население. Следуя своей святой мечте, он сжил со свету половину петербургских гангстеров и установил олигополию. Сильнейшие отбились, хитрейшие залегли на дно. Теперь по пальцам можно было пересчитать преступные формирования, которые стояли костью в горле. Самым опасным считался Владимир Дивановский. Чтобы избавиться от него, пришлось попотеть: для начала почистили круг его знакомых на периферии. Убрали Виктора Кравченко и всю его семью (через несколько лет только хватились, что мальчики-близнецы чудом выжили. Их искали в Новосибирске, а нашли в Петербурге годы спустя в одной гимназии с Сашей Чипировым). Все концы оборвали, а этот хитрый лис Дивановский по-прежнему на плаву. Из любой передряги выскальзывал, как мокрое мыло из рук. Но вот удача: Владимир влюбился. Его новая супруга оказалась бывшей пациенткой психиатрической больницы, к тому же героиновой наркоманкой. Слабость к Лане Фэйн его и погубила; Карденбергу почти ничего и делать не пришлось. Владимир по своей воле растратил все деньги, порвал последние связи, а когда жена от него ушла, оставалось только прийти к безоружному униженному пьянчуге в квартиру и повесить его в собственной спальне. Его забитая, нелюдимая дочь Ирина не представляла ни малейшей угрозы, и их семью оставили на время в покое. Перед смертью Карденберг передал полномочия Семёну Кондратьевичу, а когда тот совсем впал в беспамятство, общиной стал управлять Александр.
— Но потом, — продолжал Антон, размахивая руками на фоне маркерной доски, — как я уже упомянул, обнаружились близнецы: Артемий Викторович и Ян Викторович. С ними должен был подружиться папа. Результат «дружбы» налицо.
В центр доски рассказчик поместил фотографию Александра Чипирова, ткнул указкой в снимок и стал проводить линии от Саши к каждому из его школьных друзей. Они не сводили глаз с фотографии того, кто завербовал несмышлёную Ничку Карась и её богобоязненную мать. Вот почему Кассандра-старшая постоянно ворчала и называла Тёму маленьким бесом, а Ничка в шестнадцать лет поранила руку в церкви, но мать заставила её терпеть и ни в коем случае не перевязывать рану.
Все смотрели на единственного друга одинокой еврейки, который проводил с девочкой как можно больше времени, дабы втереться в доверие и скормить её своему духовному лидеру во время очередного ритуала; по той же причине Касенька Чипирова впоследствии охотилась за Таей и гипнотизировала доверчивого Элайджу.
— Но вот Ольга Андреевна исчезла из города на многие годы, — излагал Антон, — мы не могли больше контролировать её жизнь, тем более что Дамир Вильданович не входил в наши планы.
Все смотрели на человека, который дружил с пьющим сиротой, давал ему бесконечные деньги на выпивку и специально просил «не пропивать, не шататься по ларькам, не стрелять сигареты», зная, что Тёма услышит заветные слова-сигналы и с удовольствием продолжит губить себя. В том, чтобы избавиться от рыжего забияки, не было необходимости ровно до инцидента с Германом Кутько, ввиду которого сорвались Сашины планы по устранению Оленьки Субботы. Саша допрашивал Тёму ещё много месяцев после случившегося, но тот не сдавался и раздражённо твердил: «Не я его пырнул!» Саша ему не верил, но доказательств у него не было. Из принципа Чипиров продолжил обрабатывать друга. Если Германа ранил он, то он получит по заслугам, а если Тёма здесь ни при чём, то последствия приёма наркотиков рано или поздно заставят его задуматься о смерти, боге и исцелении, и светлая община приобретёт нового прихожанина, которого можно будет принести в жертву. План сработал частично: Тёму сковала по рукам и ногам зависимость от губительных препаратов, но помирать он совершенно отказывался. Он даже сохранил певчий голос, самозабвенно стучал по клавишам пианино и ещё мог бодро танцевать. Тогда обозлённый священник взялся за здоровье Риты, снабжая отчаявшуюся женщину якобы «гомеопатическими таблетками» и жадно наблюдая, как её организм гниёт изнутри. Так Рита стала бесплодной. Как удачно, что им понадобилась машина для поездки загород: тогда Саша и одолжил им свой автомобиль, предварительно сломав там несколько деталей, и перед самой дорогой увещевал Риту «ни в коем случае не нажимать вот сюда и не превышать скорость в пятьдесят километров; и пусть за руль сядет Тёма, он водит безопаснее». Так Чипиров намеревался уничтожить рыжего пьющего вредителя. Но Тёма — подлинная жертва — отделался инвалидностью, а вместо него погибла Рита, не давшая ненавистному супругу вести автомобиль.
Антон провёл линии от себя и Каси к фотографиям Тейзис, Элайджи и Дениса, и теперь было очевидно, почему Касенька пыталась вручить Тае Субботе писания древнего востока: она читала над ними древние заклинания. Стало ясно, почему Антон Чипиров ушёл
