Читаем без скачивания 100 великих военных тайн - Михаил Курушин

Военно-морской флот не обладал опытом проведения ракетных стрельб полным боекомплектом, хотя сценарий гипотетического мирового конфликта подразумевал и такое. Самым большим достижением подводного флота к тому моменту был пуск осенью 1969 года восьми ракет – двумя сериями по четыре штуки в каждой с небольшим интервалом – с борта подводного ракетоносца К-140, находившегося под командованием капитана второго ранга Юрия Бекетова.

В перестроечную эпоху многие в советском военном ведомстве полагали, что тот восьмиракетный пуск был случайностью и что на самом деле лодка может отстрелить две, ну в лучшем случае три ракеты. А коли так, то и надо сокращать подводный флот.

В этой непростой обстановке и родилась идея проведения операции с кодовым наименованием «Бегемот». Осуществить задуманное попытались в 1989 году, но попытка закончилась неудачей. Во время старта одной из ракет произошла авария, и дальнейшие пуски были тут же отменены. К счастью, обошлось без жертв, но имеются сведения, что пострадала экология Баренцева моря. Возможно, имелись и другие последствия.

Эту вмятину в борту К-407 оставила американская АПЛ «Грейлинг» в Баренцевом море 1993 г

Ко второй попытке готовились два года. В качестве «стартовой» площадки был выбран новенький ракетный крейсер проекта 667БДРМ, имевший тогда совершенно секретный тактический номер К-407, который присваивался до закладки корабля. Позже ракетоносец, которым командовал капитан 2 ранга Сергей Егоров, стали называть «Новомосковском».

Многомесячные изнурительные тренировки экипажа дали со временем свои плоды: многие в выполнении операций добились полного автоматизма. Иначе было нельзя – на карту были поставлены не только карьера офицеров, но и перспективы всего флота.

Последнюю проверку подводной лодки проводил прибывший из Москвы начальник отдела боевой подготовки подводных сил ВМФ контр-адмирал Юрий Федоров. Он имел негласные полномочия не допустить проведения стрельб – слишком уж памятна была первая неудача, а в верхах не очень-то верили в успех. Однако контр-адмирал убедился в обратном – экипаж готов и как никогда велика вероятность благоприятного исхода эксперимента. После ушедшей в Москву шифрограммы «Проверил и допускаю» ничто не держало корабль в гавани. Операция «Бегемот-2» могла начинаться.

В начале августа 1991 года субмарина вышла в море. Вместе с экипажем на борту корабля находились и контр-адмирал Леонид Сальников и генеральный конструктор корабля Сергей Ковалев, чтобы собственными глазами увидеть то, что еще не удавалось никому в мире.

В 21 час 9 минут по московскому времени с глубины 50 метров ввысь взмыла первая ракета «Р-29РМ» (SS-N-23 «Skif» по классификации НАТО). Через несколько секунд вторая, затем третья… И так все шестнадцать ракет были выпущены всего за пару с небольшим минут. Ни одна страна в мире еще не смогла повторить ничего подобного, что явилось доказательством мощи подводного оружия не только в представлении обывателей. Подумать только: такой залп в условиях войны одним ударом мог бы накрыть целое государство!

Свидетелей этого исторического события было немного. Залповый пуск могли видеть только экипаж сторожевого катера, дрейфовавшего поблизости, да операторы служб контроля за пусками баллистических ракет, следившими за уникальным зрелищем на экранах локаторов.

Совсем гладко не получилось. За полчаса до начала неожиданно пропала связь с надводным кораблем, который наблюдал за стрельбами. На подлодке «сторожевик» слышали, но на поверхности воды были в полном неведении происходящего на глубине. По инструкции в такой ситуации вести стрельбу нельзя – все-таки мирное время, когда любой неосторожный чих может привести к непредсказуемым последствиям. Тем не менее контр-адмирал Леонид Сальников полностью взял ответственность на себя и разрешил стрельбу.

Проведение подобных уникальных и ответственных экспериментов сопровождалось – да и сейчас сопровождается – градом правительственных наград. Ушли документы и в тот раз, но развалился Советский Союз, советские награды канули в историю. В результате моряки довольствовались только очередными звездочками на погонах, что было несоизмеримо с тем, что они совершили.

Что касается самого подводного крейсера «Новомосковск», то ему еще не раз пришлось оказаться в центре общественного внимания. Через два года после оглушительного в прямом и переносном смыслах успеха в акватории Баренцева моря ракетоносец столкнулся с американской атомной субмариной «Грейлинг». К счастью, обошлось без человеческих жертв. Российская лодка получила повреждения легкого корпуса и вскоре была отремонтирована. Но если бы столкновение двух субмарин произошло на 20 секунд позже, американская лодка протаранила бы ракетный отсек российской, повредив шахты и ракеты. Последствия были бы катастрофическими…

Подводный атомный ракетный крейсер «Новомосковск» до сих пор базируется на Северном флоте, являясь важным компонентом морских стратегических ядерных сил России. А его уникальный залп шестнадцатью баллистическими ракетами до сих пор не может повторить ни одна армия мира.

Бури в одной пустыне[51]

Операция в Персидском заливе в 1991 году, получившая название «Буря в пустыне», которую проводили США против Ирака, явилась первой обычной войной после окончания «холодной войны», которую можно смело относить к сражениям новых технологий. Если в годы Второй мировой войны перед началом наступления соединений сухопутных сил проводились авиационная и артиллеристская подготовки в течение нескольких десятков минут, вслед за которыми соединения стремительно переходили в наступление, то по опыту войны в Персидском заливе сухопутные войска перешли в наступление только после проведения воздушной кампании, то есть через 40 суток после начала войны, когда господство в воздухе было завоевано и военная мощь Ирака значительно ослаблена…

Резолюцией Совета Безопасности № 660 предусматривалось в случае невозможности решить ирако-кувейтский конфликт мирным, политическим путем применение военной силы. Одновременно с этим осуществлялась экономическая блокада Ирака, исключая гуманитарную помощь его населению.

В том, что Саддам Хусейн выполнит условия резолюции № 660 – а они являлись практически невыполнимыми – никакой уверенности не было, поэтому с августа 1990 по первую половину января 1991 года стали создаваться многонациональные силы (МНС), шла тщательная и скоординированная их подготовка под флагом ООН.

МНС включали объединения, соединения, части 30 государств, в том числе вооруженных сил США, Великобритании, Франции, Египта, Сирии, Саудовской Аравии, Канады, Нигерии, Сенегала, Бангладеш, Пакистана, Омана, ОАЭ, Марокко, Кувейта, Чехословакии. Их основу составили сухопутные войска, военно-воздушные и военно-морские силы США.

Основу авиационной группировки МНС составили современные ударные самолеты тактической авиации США, оснащенные высокоточным оружием. В состав авиационной группировки также входили: палубная авиация, авиация морской пехоты; 20 стратегических бомбардировщиков В-52; тактическое крыло самолетов– «невидимок» F-117А, разработанных с использованием технологии «Стэллс»; подразделения и части самолетов управления (АВАКС Е-ЗА), РЭБ, разведчиков, заправщиков; воздушные командные пункты ВВС США.

Авиация МНС подчинялась командующему 9-й Воздушной армии ВВС США. Общее управление авиацией МНС было централизованным. Все авиачасти и подразделения МНС использовались по планам американского командования вне зависимости от их национальной принадлежности.

Горящие нефтяные скважины Кувейта, подожженные иракцами. 1991　г.

Также в районе Персидского залива была создана в подготовительный период операции мощная группировка многонациональных военно-морских сил. В ее составе насчитывалось около 160 боевых кораблей, из них около 110 из состава ВМС США. В их числе: многоцелевых авианосцев – 6, линкоров – 2, десантных вертолетоносцев – 5, атомных многоцелевых подводных лодок – 8. Пятнадцать надводных кораблей и три подводные лодки имели более 300 пусковых установок для применения высокоточных крылатых ракет «Томахок» – нового средства вооруженной борьбы. Многонациональные ВМС имели в своем составе порядка 700 боевых самолетов, из них более 450 самолетов палубной авиации на шести многоцелевых авианосцах; около 230 самолетов авиации морской пехоты. Это составило более 30 процентов всех сил авиации коалиции.

Сама операция «Буря в пустыне» была проведена в течение 43 суток – с 17 января по 28 февраля 1991 года. Причем сухопутные войска МНС начали широкомасштабные наступательные действия лишь за 100 часов до прекращения огня в районе Персидского залива. До этого имели место бои местного значения вначале по удержанию, а впоследствии по овладению частями МНС населенным пунктом Рас-Хавджи, расположенного в приграничной зоне между Саудовской Аравией и Ираком. В этом ярко проявилась одна из характерных черт войны новых технологий.