Виатора по плечу. Они просидели ещё около часа, прежде чем оба начали клевать носом. Альтий порывался сразу взобраться на крышу и раз и навсегда разобраться с проклятым преобразователем, но Тори удалось уговорить его подождать до утра. Он подозревал, что с самим преобразователем и вовсе может быть всё в порядке, нужно просто привести в порядок зеркала и хорошенько всё проверить. Плёвое дело для котельщика со стажем.
Когда хозяин дома скрылся за подвальным люком, умело спрятанным под разноцветным ковром, Тори вернулся к себе. Он положил ладонь на лоб Соль и не почувствовал ничего, кроме того, что она горячая. А обычно люди не такие горячие? Или такие? И как только маме всегда удавалось одним прикосновением понять, на самом деле одолевает его горячка или сын снова симулирует, чтобы не идти в школу? Или на работу. Или на званый ужин к соседям. Тори вообще любил симулировать. Бросив попытки изобразить из себя врача, он, пошатываясь опустился на пол и укрылся одеялом. Оно оказалось слишком коротким, и пальцы ног торчали, немея от кусачего холода, тянущего из-под двери.
Остаток ночи Тори проспал спокойно. Может, благодаря водке, а может – приятной беседе с умным человеком. Альтий оставил в душе то чувство, что появляется после задушевной беседы с отцом. Впрочем, откуда Тори было об этом знать? У него от тех редких разговоров с Тэо, что случались в его жизни, оставалось скорее ощущение, что в душу кто-то наложил. От всего сердца наложил, а сверху присыпал своим деланым неравнодушием. Засыпая, Тори представлял, как Тэо Рэсис ступает на тропу в Долине Тени, потерянно оглядываясь по сторонам, но Звёзднорождённая лишь озорно показывает ему язык и скрывается в темноте, рассыпав звёзды из своей плетёной корзинки.
Глава 43
Товарняк
Стук в дверь разнёсся по дому оглушительным громом. И хотя первый удар был мягким и даже в некотором роде вежливым, каждый следующий становился всё настойчивее. Тори лениво разлепил глаза и повернул голову. Соль тоже проснулась и приподнялась на локтях. Она пришла в сознание, хоть и выглядела растерянной.
– Где мы? – слабым голосом пробормотала она, щурясь от белого утреннего света, пробивающегося в окно. И хоть Соль и не выглядела чудом исцелившейся, возвращение её природного любопытства не могло не радовать.
– В гостях у хороших людей, – наспех сообразил Тори. – Ну кто там барабанит в такую рань?
– Эйри Экса! – донеслось снаружи. – Вы дома? Мы получили ваше сообщение! Эйри Экса?
Сквозь приоткрытую дверь комнаты Тори увидел хозяйку, застывшую посреди коридора и уставившуюся на дверь. Она выглядела напуганной.
– Что происходит? – спросил Тори, начав подозревать неладное.
– Эйри Экса, откройте! Если вы укрываете эгеров, для вас же лучше содействовать в их поимке!
– Мрак, – шёпотом выругался Тори и сорвался с места. Он заметался по комнате, не понимая, за что хвататься. Метнувшись на кухню, он стащил с печи одежду Соль и бросил её неспящей. В спешке натягивая рубашку, Тори встретился глазами с хозяйкой, и он готов был поклясться, она лучше бы провалилась сквозь землю, чем ещё хоть раз ощутила на себе этот взгляд.
– Минуточку, я не одета! – пропищала эйри Экса. Она подлетела к Тори и, схватив его за руку, горячо зашептала: – Простите! Молю, простите!
Тори гневно выдернул руку и, перекинув сумку через плечо, опустился на колено перед Соль, небрежно заправив её шнурки в ботинки. Ковёр на полу отполз в сторону, и из-под подвального люка показалась лысеющая макушка Альтия.
– Что ж ты творишь, дура! – прошипел он, схватившись за голову.
– Простите, – повторяла Экса, пряча лицо в ладонях. Казалось, она искренне раскаивалась, но сейчас это уже не волновало никого из присутствующих. – Я просто подумала… если я расскажу… Может, они не заподозрят нас с Альтием…
– Какая же ты дура! – возмущённо повторил её муж и, выбравшись наружу, бросился к окну. Они с Тори общими усилиями подняли тяжёлую створку, впустив в комнату холодный воздух.
– Обойди дом! – послышалось снаружи, и Тори в отчаянии схватился за голову.
– Давайте вниз, живо, – поторопил их Альтий. – А ты, – он сверкнул глазами, – сейчас же пойдёшь и скажешь им, что выпроводила неспящих ещё ночью и они ушли в сторону города. Ясно тебе?
– Эйри Экса, мы должны войти! – не унимались с той стороны. – Немедленно!
– Иду, – натужно проворковала она.
Замок на входной двери щёлкнул сразу, как только люк сомкнулся над головами неспящих. Подвал Альтия оказался скорее небольшим погребом. Здесь было тесно и прохладно. Вдоль стен тянулись полки, заставленные соленьями, а в углу примостилась пузатая бочка. Напротив неё Альтий и обосновался: пара матрасов, груда одеял и подушек, стопка книг возле постели и помутневшая лампа, которую Альтий поспешно затушил. Тори невольно подумал, что сошёл бы с ума в первую же неделю такой жизни, но Альтий, кажется, не жаловался. Мужчины усадили ещё не до конца пришедшую в себя Соль на матрас и замерли, затаив дыхание. В темноте лиц было не различить, а настил под половицами делал звуки, доносящиеся сверху, приглушёнными и трудно различимыми. Тори казалось, что время остановилось. Он словно провалился в липкое первобытное небытие, где не осталось ничего, кроме оглушительного стука собственного сердца. В тишине хриплое дыхание Соль слышалось особенно отчётливо. Тори не мог знать, слышно ли его снаружи. Оставалось молиться, чтобы эйри Эксе хватило благородства не завершить начатое и не выдать их стражам. Секунды тянулись мучительно, пока шаги наверху наконец не стихли и подвальный люк не приподнялся, впустив внутрь луч света. Тори вздрогнул и зажмурился, привыкнув к темноте.
– Они ушли, – сдавленно произнесла Экса, и гора рухнула с плеч. На мгновение Тори поверил, что встретит снаружи золотую маску.
– Что ты им сказала? – сухо процедил Альтий, помогая гостям выбраться наружу.
– Что неспящие переночевали в доме и ушли в город три часа назад.
– Как ты могла так поступить? – Его голос стал таким пустым, словно он потерял веру во всё светлое в этом мире. – Они же ещё дети. Ты могла нас всех погубить.
– Альтий, я…
– Ради чего, Экса? Я столько лет любил женщину, которая готова на такое?
– Я хотела защитить тебя! – Её голос сорвался, но женщина быстро подавила эмоциональный порыв и сложила руки в замок.
– Идите на север. – Альтий отвернулся от жены и указал в сторону леса, начинавшегося почти сразу за убранным на зиму полем. – За день дойдёте до железной дороги.
Он подсадил Соль и передал её в руки Тори на ту сторону окна. Старая завалинка скрипнула, но звук потерялся в
