Голос отца был глух и суров. Но то, что он говорил, заставило Нэю вздрогнуть.
– Послушайте, мой господин, – обратился демон к наследнику. – Есть один способ…
Дайсэ резко вскинул голову, глядя на Кроули горящими глазами.
– Так отчего ты молчал! – Выкрикнул он, задыхаясь от ярости и надежды, забыв о приличии.
– Девочка будет в бешенстве, когда проснется. Да и вам этот способ вряд ли понравится, – задумчиво протянул старый демон.
– Да говори уже! Тьма тебя побери! – Наследник был готов задушить медлительного родственника Фириат своими руками.
Кроули чуть заметно нахмурился, но все же продолжил, тревожась за внучку.
– Наденьте на нее амарил. Это перекроет доступ к силе, и Фириат вынуждена будет вернуться. Только не говорите ей, что это я предложил. Мне хватает ненависти от других. – Голос демона был тверд и холоден.
Дайсэ нахмурился, а затем кивнул. Другого выхода действительно не было. В конце концов, это только временная мера. Пока Фириат не восстановит свои силы. И если Кроули так хочет, то он ничего ей не скажет. Пусть ее ненависть опять достанется на долю принца. Только бы она жила.
И вскоре на лодыжку девушки легла полоска холодного металла, свернутого в искусный жгут.
Вздох. Надсадный кашель. И изумрудные глаза, глядящие прямо в душу.
– Жива! – Дайсе не мог скрыть облегчения и порывисто обнял жену.
– В чем дело? – Окинула его холодным взглядом Фириат, чувствуя, как слабость разливается по всему телу.
Наследник отстранился. Не ему ли знать, что она не простит. Но сейчас важным было другое. Фириат жива!
Демонесса огляделась. Дайсэ с застывшим лицом. Молчаливый дед рядом с ним. Нэя, сжимавшая кулаки у окна.
– Что происходит? – Снова спросила она у мужа. – И почему я в твоей спальне?
– Я что, должен был бегать по всему замку с твоим окровавленным телом на руках? – Холодно спросил наследник, поднимаясь. Сейчас разговаривать больше было не о чем. Но в эту минуту ему безумно хотелось скрутить спесивую девчонку и хорошенько отшлепать ее по заднице за такие выходки. Страх уходил, оставляя место гневу.
– Что с Азазелем? – Буркнула хейлин, отводя глаза и вспомнив обо всем, что случилось с ней за прошедшую ночь.
– Он жив благодаря мне. – Голос Дайсэ становился все холоднее. – Я вовремя остановил тебя.
С губ Фириат почти сорвался следующий вопрос, но внезапно она поняла, что было не так, что не давало ей покоя с тех пор, как она открыла глаза. Она больше не чувствовала своей силы! Сердце заколотилось от страха, и с губ сорвался протяжный стон.
– Что вы сделали со мной? – В глазах Фириат плескался безумный ужас, и она резко села в постели, ощутив, как кружится голова.
– Дитя мое, – спокойный голос деда был словно островок в бушующем море. – Все в порядке. Но тебе придется немного восстановить силы. Ты слишком много потратила, и сейчас любое, даже малейшее заклинание, может причинить непоправимый вред.
– На твоей ноге – амариловый браслет. – Холодно буркнул Дайсэ. – Этот металл перекрывает доступ к силе. Как только я решу, что ты в порядке, то сниму его, и все станет, как прежде.
Фириат уставилась на свои ноги. На правой лодыжке и впрямь поблескивало серебристое украшение. И она что есть силы, рванула тоненькую цепочку. Но ее попытки были тщетны, и демонесса зарычала от нахлынувшего гнева.
– Не надо тратить лишние силы. – Продолжил ее муж. – Амарил может снять только тот, кто его надевал.
– Сними сейчас же, тьма б тебя побрала! – Заорала Фириат на наследника, стоявшего с холодным и отстраненным лицом.
Но Дайсэ удивил ее.
– А теперь послушай меня, Фириат. – Отчеканил он таким тоном, что хейлин от удивления замолчала. – Через пару часов начнется традиционная охота в честь дня рождения моей сестры! И мы оба обязаны там присутствовать! Так что, подымайся и приводи себя в порядок, если не хочешь обидеть еще и Аду! – Слова падали, словно камни. – Ты можешь меня презирать и ненавидеть, но раз уж взялась управлять нашими землями, так будь добра, веди себя подобающе, и не нарушая традиций, придуманных задолго до тебя! А браслет останется на своем месте до тех пор, пока ты сама для себя перестанешь представлять угрозу. – Наследник гневно нахмурился. – И это не обсуждается. Так что, поторопись! – Напоследок отрезал Дайсэ и вышел из комнаты.
– Переодевайся, Фириат, – спокойно сказал дед. – Мы будем ждать тебя внизу. – И повернулся к дочери. – Пойдем, Нэя, пусть девочка немного придет в себя. – Сказал демон, увлекая тетку хейлин за собой, не обратив внимания на ее злобный взгляд, направленный на племянницу.
Фириат, наконец, осталась одна. И ей действительно было плохо. Слабость разливалась в теле, делая руки и ноги просто неподъемными. Голова кружилась, и перед глазами плавали разноцветные пятна. Но подвести Аду она не могла. Если бы не маленькая девчушка, которую она успела полюбить всем сердцем, хейлин не обратила бы ни малейшего внимания на слова мужа, и дальше пытаясь сорвать с ноги амариловый браслет. И ни о какой бы охоте речи и быть не могло. Но она не могла расстраивать Аду.
В дверях появились горничные, и Фириат, не обращая внимания на усталость, только тяжело вздохнула, показывая, что сдается на их милость.
Эльфы
Сегодня Райлин пришел в дом Кейри незваным. И как бы ему не хотелось, чтобы все это происходило не с ним, выбора не было. Лучше он решит все здесь, без лишних глаз и ушей, чем о его позоре будет судачить добрая половина эльфийских домов.
Наследник ворвался в спальню друга, горя желанием убивать, но нетронутая кровать немного остудила его пыл. Он пинком открыл дверь в кабинет Кейри, но тихий шелест взметнувшихся бумаг заставил его усомниться в том, что казалось таким очевидным.
– Где он? – Зарычал Райлин на ни в чем не повинных и перепуганных слуг, которые с выражением ужаса на лицах неотступно следовали за ним все это время.
Тишина.
– Я спрашиваю: ГДЕ ОН?! – Наследник хорошенько встряхнул старшего управляющего.
– Господин тренируется. В западном крыле, – прохрипел эльф, которому воротничок формы уже изрядно врезался в горло.
Райлин отшвырнул его, словно тряпичную куклу и выбежал в коридор. Но, достигнув заветной двери, почти ничего не услышал. Он тихонько приоткрыл массивную створку. И увидел обоих.
Они стояли друг напротив друга. В напряженных позах. С клинками в руках. А в волосы Сариэль были к тому же вплетены тэннари, мягко мерцавшие при каждом ее вздохе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
