на Балканах, организовать всех южных славян, живущих в Америке, — вот долг истинного патриота.
Едва разразилась война и маленькая Сербия стала центром разрушительных военных действий, Тесла обратился к профессору Радосавлевичу с предложением организовать среди сербов, живших в Америке, помощь своей родине. В конце декабря 1914 года он снова писал Радосавлевичу:
"Только что прочел Вашу прекрасную статью "Славянская душа" в "Календаре Нового Хорвата". Предмет необычайно трудный. Вы так хорошо поняли и выразили, что невозможно написать об этом лучше в столь краткой статье. … Существует надежда, что сейчас можно помочь Сербии, и нужно сделать это как можно скорее".
И Тесла не упускал ни одной возможности реально помочь Сербии в ее героическом сопротивлении австро-германской агрессии. Он принимал участие в сборе средств для помощи сербской армии; обратившись к своим друзьям из Метрополитен-оперы, организовывал концерты в пользу раненых сербских воинов; при его участии проходили митинги балканских славян.
Но желание быть полезным своей стране не заслоняло от него самого главного — необходимости бороться за прекращение войн во всем мире. Ведь именно этому должна была служить его "Мировая система". И недостроенная башня в Варденклифе была лучшим напоминанием его стремления вывести мир на прямую дорогу к счастью.
Башня в Варденклифе! Сколько надежд связано с ней! Но вот однажды из утренних газет Тесла узнал о том, что вчера по решению федерального правительства его башня, во избежание использования ее в целях шпионажа, взорвана. Взорвана!.. Долгое время Тесла не мог примириться с мыслью об этом. И лишь много дней спустя он решился побывать вновь на Лонг-Айленде.
В один из осенних вечеров 1915 года Тесла возвратился в Нью-Йорк из Варденклифа. Вид взорванной радиобашни "Мировой системы" вызвал в нем тихую грусть, бессильный гнев. Да ты все еще глух, все еще слеп, жестокий, бессмысленный мир! Ты мог шагнуть гигантским шагом в свое далекое будущее, озаренное светом "гениального провидения, но предпочел идти мелкими шажками, ощупью добираться до того же. Сотни лет украл ты у людей, простых людей труда, ты, мир сытых, упоенных собой буржуа. Миллионы жизней еще унесешь ты, чудовище, именуемое всемирной финансовой мафией.
Эти горькие мысли не давали покоя. С ними было тесно в отеле, хотелось пройтись по шумным улицам. Сам не зная, куда он идет, Тесла, выйдя с Центрального вокзала, уже несколько часов бесцельно бродил по городу.
Но вот перед ним знакомое здание Публичной библиотеки, небольшая площадь, и на ней в отблеске лучей закатного солнца голуби. Стая голубей. Задумчиво смотрел он на птиц, с которыми связано столько неумирающих воспоминаний детства. Мать, сестры, родные Смиляны — далекое близкое.
Почти белая, светло-светло-серая голубка пугливо взлетала каждый раз, когда, собирая крошки рассыпанного корма, она приближалась к высокому худому человеку на слишком близкое расстояние. Вы совсем забыли друзей и заменили их новой привязанностью. Хорошо еще, что мы забыты ради голубей, — услышал Тесла знакомый голос.
— Нет, дорогая Катарин, нет. Не упрекайте меня в этом. Что угодно, только не забвение. Вы знаете, вас я забыть не смогу никогда.
Они шли по Пятой авеню, шли молча, вспоминая прошедшие двадцать лет. Вот оно, место пожара, где впервые в огне гибли результаты многолетних трудов. Но тогда была молодость и ничто еще не было потеряно безвозвратно. У дома Джонсонов Катарин молча протянула руку этому самому дорогому ей человеку, большому ребенку, обиженному жизнью едва ли не больше других на земле. Она лучше всех знала его слабости, его недостатки, но она знала и то, что в мире не часто встречаются люди, подобные Николе.
После смерти Джуки Теслы Катарин Джонсон оставалась единственной женщиной, глубоко понимавшей великого ученого. С грустью думала она, что жизнь уже прожита, и обоих их ждет неизбежная и неотвратимая разлука, хотя трудно представить себе этого могучего великана мысли и чувств неподвижным, бездейственным. Только бы не видеть этого!
Тесла вернулся в отель "Говернер Клинтон" полный тех же грустных мыслей. Но он думал не о себе и не о Катарин Джонсон. Он думал о будущем человечества. В этот вечер он записал на листках своего блокнота следующие строки: "Придет время, когда какой-нибудь научный гений придумает машину, способную одним действием уничтожить одну или несколько армий…
Представим, что наши ученые решили загадку атома и сумели освободить его связанные силы. Представим, что тогда атом по нашей воле распадется. Что произойдет? Результат будет такой, какой сейчас мы не можем себе представить. Нетрудно рассчитать, что потенциальная энергия, которая содержится в одной монете, имеет силу, которая, если мы сумеем ее освободить, сможет передвинуть 50 нагруженных железнодорожных вагонов на расстояние в 600 миль".
Эти строки были написаны в 1915 году!
Когда через несколько дней Тесла встретился с одним из своих приятелей, издателем научной литературы Гернсбахом, и показал ему набросанные на листочке мысли, тот уговорил Теслу подарить ему эти листки, обещая при случае поместить их в одном из своих изданий. Он действительно написал на основе этих мыслей большую статью, к сожалению неопубликованную, до сих пор хранящуюся в архиве Гернсбаха.
Тесла был все еще уверен в том, что войне можно помешать созданием сверхмощного и сверхразрушительного оружия, сила которого образумит мир. Он с лихорадочной поспешностью обдумывал несколько таких изобретений: способы борьбы с подводными лодками противника и использование для этого ультразвука, возможность использования атомной энергии в мирных и военных целях и многие другие.
Но ни одно из них не было принято правительством, и тщетны были усилия Теслы добиться хотя бы ответа на свои предложения. Слишком грандиозны они были и часто казались лишь утопией, слишком явно направлены на предотвращение всех войн, а не на увеличение доходов во время одной из них. И он снова ушел в разработку своих проектов. Но, как и раньше, все выводы, подсчеты, конструкции оставались в его мозгу. Редко-редко заносил он в свои блокноты мысли, которые считал законченными.
В конце XIX века было опубликовано завещание одного из крупнейших изобретателей и промышленников, владельца многочисленных, разбросанных по всему свету нефтедобывающих и нефтеперерабатывающих заводов шведа Альфреда Нобеля. Текст этого завещания гласил:
"Со всем моим допускающим реализацию имуществом надлежит поступить следующим образом:
Капитал должен быть помещен моими душеприказчиками в солидные ценности и должен составить фонд, проценты с которого ежегодно будут раздаваться в виде премий тем, кто за истекший год в наибольшей мере содействовал благу человечества. Упомянутые проценты должны быть разделены на пять равных частей: одна часть — лицу, которое сделает наиболее важное открытие или изобретение в области физики; одна часть —
