Другая специфическая черта континентальной системы — это кодификация, которая рассматривалась как необходимое условие отраслевой организации правовых норм. В кодификациях, осуществленных в XIX в. в рамках континентальной системы права, было реализовано пожелание Вольтера, высказанное им еще в XVIII в.: "Давайте сделаем все законы ясными, единообразными и точными". В кодификационных работах особенно ярко отразился присущий XIX в. экономический и политический либерализм, который предполагал сначала установление общих рамок правового здания, а затем — минимальное государственное вмешательство в частную правовую сферу. Кодексы, по замыслу юристов XIX в., должны были дать четкое определение границ запрещенного и дозволенного.
Континентальная система права отличается от англосаксонской системы не только по своим источникам, но и по внутренней структуре, по основным правовым институтам, конструкциям, по юридической технике. Сама правовая норма рассматривается как абстрактное предписание, как высшее правило поведения для граждан и государственных органов. Многие структурные особенности права континентальной системы проистекают еще из переработанного применительно к новым условиям римского права. Так, для стран континентальной системы, как и для римского права, характерно деление права на публичное и частное. Первое связано с публичным, общественным интересом и соединяет частных лиц под эгидой государственной власти в единый коллектив "ради блага всего общества". Второе ориентировано на отдельных индивидов и связывает частных лиц в процессе защиты своих личных интересов, в том числе от не требующегося в этой сфере государственного вмешательства.
Развитие права в современном обществе. Для новейшего периода истории характерны не только существенные изменения в политических системах, конституциях, государственном праве современного общества, но и заметная эволюция всей его правовой системы.
Обновление, которое произошло в праве стран Запада в XX в., особенно во второй его половине, затронуло как его форму, так и содержание. Оно придало ему новые перспективы и возможности активно воздействовать на общественную жизнь. Это обновление связано прежде всего с глубинными процессами развития самого современного капитализма, вступившего в постиндустриальную фазу. В современную эпоху право в значительно больших масштабах используется для решения новых общественных задач, обусловленных ускоряющейся информационной и научно-технической революцией, усложнившейся и модернизирующейся экономикой, поисками разрешения старых традиционных и вновь возникающих социальных противоречий. Право стран Запада на современном этапе его развития отражает также меняющееся соотношение демократических и реакционных сил на международной арене, региональную политику и набирающие силу интеграционные процессы в сфере экономики и политики.
В новейший период в праве западных стран отчетливо проявился ряд новых черт, не свойственных ранним этапам развития капитализма. В то же время происходит постепенное видоизменение некоторых классических правовых принципов и постулатов, которые в XVII–XIX вв. казались естественными, единственно возможными и непоколебимыми, а в настоящее время они стали не в полной мере удовлетворять потребности общественной жизни, соответствовать возникающим в ней новым явлениям. Так, характерный для права в XVIII в. индивидуализм сменяется сильной социально-правовой политикой.
Основное назначение права в современных условиях состоит не только в защите той социополитической структуры, которая в своей основе сложилась на предшествующих ступенях саморазвития капиталистического общества. Оно заключается также в том, чтобы, сохраняя это общество и сложившиеся в нем демократические традиции, трансформировать его, приспосабливая к новым общественным потребностям. Именно поэтому изменения в праве западных стран в новейший период проявляются не столько в классовых, сколько, прежде всего, в общесоциальных и общерегулятивных функциях права, связанных с объективным отражением в нем более высоких форм общественного сознания и производства, с необходимостью охраны окружающей среды и борьбы с болезнями и преступностью, с разумным осуществлением демографической политики и т. д.
Обновляющееся (особенно во второй половине XX в.) право промышленно развитых стран демонстрирует большую, чем ранее, способность к целенаправленной социальной политике. При этом оно сохраняет приверженность к собственному опыту и достижениям мировой цивилизации, особенно в сфере отношений собственности и регулирования рыночной экономики.
Процесс развития права в одних странах характеризовался высокой степенью правовой преемственности, в других он ознаменовался крупными реформами законодательства. Но в целом всем правовым системам современного западного мира присущ резкий рост самой сферы общественных отношений, требующих правового регулирования, увеличение правотворческой активности государственных органов, возрастание роли юридической формы общественных отношений, ориентация на право как на общепризнанную и самостоятельную ценность (идея правового государства).
Демонстрируя более высокую (по сравнению с политическими системами и государством) степень стабильности и преемственности, право в странах Запада в XX в. отличается большой приспособляемостью, гибкостью, способностью регулировать общественные отношения при разных государственных режимах и при крутых поворотах в политике правящих кругов отдельных государств.
Изменения в источниках современного права. Резкое увеличение нормативного правового материала, новые тенденции в развитии правовых систем привели к изменениям и в источниках права. Старые кодексы, особенно принятые в XIX в., обросли многочисленными поправками. В ряде стран им на смену пришли кодексы нового поколения, которые в большей степени соответствовали потребностям современного капитализма.
Значительный рост и усложнение законодательства, появление большого числа новых правовых актов потребовали проведения крупных кодификационных работ. Но во многих странах произошла своеобразная "декодификация", проявившаяся в том, что значительная часть положений кодекса начинает подменяться или же вытесняться текущим законодательством.
Существенные изменения произошли в самой внутренней структуре источников права. В XX в., несмотря на значительный рост законодательства, в общей массе правового материала увеличился удельный вес актов исполнительной власти. Этому изменению в соотношении закона и актов исполнительной власти способствовали в ряде стран и конституции, которые ограничили законодательные правомочия парламента определенными предметными рамками (например, статья 34 Конституции Франции 1958 г.). Сами законы нередко принимаются парламентами в довольно обобщенном виде и требуют последующей нормативной конкретизации.
Президентские и правительственные декреты, приказы и регламенты министерств, как и другие виды административных актов, во всех без исключения государствах Запада стали важным инструментом практического приспособления содержания права к быстро меняющимся общественным условиям. Процесс возрастания роли правительственных и иных административных актов (специализированных комиссий, "независимых" агентств и т. п.) ускорялся в случаях ослабления парламентской системы, выхода исполнительного аппарата из-под фактического контроля представительных органов. В фашистских государствах (в Германии при Гитлере, в Италии при Муссолини, в Чили при Пиночете и т. п.), а также при иных авторитарных режимах правительства открыто узурпировали законодательные полномочия, отменяя или подменяя своими актами не только парламентские акты, но и конституционные нормы.
Правительственное нормотворчество получило развитие в виде так называемого делегированного законодательства, принятие которого осуществлялось по уполномочию парламента и при его официальном контроле. В последние десятилетия в ряде стран в связи с возрастанием роли правительственной власти и бюрократии правотворческий характер наряду с нормативными административными актами приобретает и сама административная практика. Административные решения правительственных и иных исполнительных органов власти привели в целом ряде случаев к созданию административных прецедентов, за которыми фактически признается нормативная сила.
В ряду других источников права возрастает также и значение судебной практики. Все большее воздействие судебная практика начинает оказывать на развитие отдельных правовых институтов и в тех странах континентальной системы, где исторически судебный прецедент не признавался источником права, но решения высших судов по своему фактическому значению все больше приобретали свойства прецедента. Наибольшую правотворческую роль играет судебное решение, выносимое в связи с толкованием законов.
