Враг, не столько сильный, сколько хитрый и жестокий. Минотавры, после штурма крепости бородатых коротышек, стали погибать слишком часто, и не только от мечей и стрел. Яды, пожары, голод, вызванный отсутствием пищи, отнятой у дикарей, все это медленно, но уменьшало численность великой армии. Обычные отряды, брошенные в погоню за призрачным врагом, либо возвращались с пустыми руками, либо не возвращались вообще.
Монстр, выпущенный на охоту, шел по следу несколько дней, то, теряя врага, то вновь обнаруживая следы. Два дня назад, след был потерян окончательно, но охотник не отчаивался, уже успев изучить повадки жертвы, он предположил следующий шаг, и теперь действовал на опережение. Так как вверенные воины, совершенно не умели работать тихо, пришлось изображать обычный дозорный отряд, организуя действия как можно более небрежно.
Сейчас, стоя на середине моста, монстр чувствовал злой взгляд, источник которого умело скрывался.
"ты пришел, но чего-то ждешь... ночь, наверняка собираешься использовать темноту, как и раньше. Что ж, я буду тебя ждать, и ты станешь отличным украшением, на лезвии моей секиры".
Солнце полностью скрылось за горизонтом, костров никто разводить не стал, остерегаясь приказа монстра. Была бы воля охотника, он бы и звезды с луной закрыл тучами, что бы воины не так отчетливо просматривались на фоне моста. Но до самой полуночи, ничто не нарушало тишину.
Все завертелось в один миг, жизнь монстра спасли реакция, а так же животное чувство опасности. Ноги подогнулись, колени гулко стукнулись о бревна моста, голова со спиленными рогами, дернулась в сторону и стрела, просвистела мимо левого уха.
Магу повезло меньше, полагаясь на свою магическую защиту, он даже не отреагировал на зачарованную стрелу, которая с противным чавканьем, вонзилась в его глаз. Длинное худощавое тело, дрогнуло, голова откинулась назад, а затем, маг мучительно медленно упал, разбрасывая тучу брызг.
- всем лечь, быстро уроды! - Взревел монстр, закрывая свою голову лезвием секиры.
Минотавры, как подкошенные, падали на полотно моста или на землю перед ним, кто плашмя, кто на колени, пригибая голову к земле. Стрелы же, еще зацепили нескольких рогатых воинов, а затем началась атака.
Первым из зарослей, находящихся в сотне шагов от берега реки, появился человек в черной железной маске. Тенью, метнувшись через открытое пространство, он взмахнул мечом, и вонзил клинок в спину не успевшего подняться врага. Не задерживаясь ни секунды, он выдернул сталь из раны, и направился к следующему противнику, уже начавшему замахиваться своим чудовищным топором.
Атака плотного кулака, как остро заточенный нож проходит через нежное мясо молодого теленка, прошла сквозь неуспевшие организовать оборону, ряды рогатых воинов.
Минотавры погибали один за другим, от ударов мечей, вновь появившихся в воздухе стрел, или же, от сияющего золотом облака, разбрасывающего смертоносные лучи во все стороны, но, так и не задев ни одного человека.
"идите ко мне, пусть эти слабаки, умирают как домашний скот, но я и один, сумею остановить много больший отряд".
Монстр стиснул рукоять секиры, его пасть оскалилась в кровожадной усмешке, а колени слегка согнулись, готовя ноги к прыжку. Глаза, немигающим взглядом, наблюдали за расправой над подчиненными. Некоторым, их было около восьми, удалось собраться в одну группу, и отступить к своему предводителю, а когда последний рогатый, остающийся на берегу, был убит, наступила небольшая передышка.
- гррррах! Пленных не брать, но того, что в маске, и того, кто с белым мечом, я убью собственными руками, и успею вонзить зубы в их трепещущие сердца.
Выжившие после атаки воины, воспряли духом, потрясая секирами они встали в одну линию, полностью перекрыв широкий мост. Глаза сверкали яростью и жаждой крови, а их командир, выступил вперед, собираясь как камень, выступающий из воды, разбить волну наступления еще до того, как она достигнет "береговой линии".
Взревевшие в один голос люди, помчались в лобовую атаку, не взирая на преимущество врага в силе. Первым шел воин в черной маске, на ходу создающий огненный шар в свободной руке, а мечом, замахиваясь для смертельного удара. Каково же было его удивление, когда магический огонь беспомощно соскользнул с бурой шерсти, покрывающей тело рогатого монстра. Удар клинка, был блокирован рукоятью секиры, а затем, охотник ударил ногой в живот своего противника.
Человек отлетел в сторону, как от удара тарана, плюхнувшись в воду чуть правее моста. Секира провернулась в воздухе, и ее лезвие снесло голову еще одному человеку, неосмотрительно оказавшемуся рядом.
Прямо перед минотавром со спиленными рогами, оказался лысый человек с мечом, белым как чистый снег, и серыми глазами, не выражающими ни страха, ни злобы. Создавалось впечатление, словно этот враг, смотрит на уже мертвого минотавра, только по ошибке одного из богов, еще продолжающего стоять на ногах.
"неужели я боюсь? Нет, этого не может быть! Я сильный, я охотник, я не знаю жалости усталости и страха!"
Секира скрестилась с клинком меча, еще раз, а затем рогатый, попытался ударить человека обухом, но сероглазый, оказался ловок и быстр, уворачиваясь, он распорол шкуру зверя, и кровь хлынула по правой половине широкой груди, закрашивая бурую шерсть.
Их схватка продолжалась довольно долго, время от времени минотавру приходилось отвлекаться на отражение атак других людей, на окутанного сиянием жреца, он вообще не обращал внимания, полностью полагаясь на свою нерушимую защиту от любых чар.
В один момент, ощущение, что спину прикрывают товарищи, исчезло, и, бросив взгляд назад, минотавр увидел, как его воинов, почти в плотную, из арбалетов, расстреливают люди, подкравшиеся сзади. Их было немного, четверо во главе с белокурой женщиной.
Взревев, монстр крутанулся, размахивая своим оружием, разгоняя противников в стороны, а затем, бросился на человека с белым мечом. Перед глазами вспыхнули искры, разноцветные круги, все, как и всегда, когда тело переходило все возможные пределы и начинало двигаться быстрее, чем лучи светила, согревающие землю. Но сероглазый, так же стал быстрее, почти не уступая ни в силе, ни в мастерстве. Белый клинок вспыхнул, начав испускать языки ослепляющего огня.
Рукоять секиры не выдержала очередного соприкосновения с мечом человека, а реакции монстра оказалось недостаточно, что бы увернуться от удара. Холодная сталь, окутанная обжигающим пламенем, рассекла толстую шкуру, с хрустом проходя сквозь грудину, достала до артерий, спрятанных в средостении.
Ноги подогнулись, тело упало на колени, меч врага выскользнул из груди, но было уже поздно. Минотавр чувствовал, как жизнь ускользает, и на последнем дыхании, теряя остатки сил, произнес на языке, понятном населяющим этот материк дикарям:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
