— Уже не уверена…
— Значит, не любили его никогда.
— Да что ты понимаешь…
— Лучше вас! — отрубила Ленайра. — Я сама была в таком же положении. Или вы полагаете, я сразу призналась в том, какое положение занимаю дома? Мое имя отнюдь не Снежана. Это Алексей мне его дал. Мое настоящее имя Ленайра Геррая. Леша хорошо знает меня как Снежану, но он совершенно не знает Ленайру Герраю, ту, которую дома зовут Ледяная Принцесса. Как вы полагаете, по какой причине меня так прозвали? — Ленайра вдруг изменилась, словно по мановению волшебной палочки. Наталья Игоревна вздрогнула, с испугом глядя на ставшую какой-то незнакомой девушку. Полный арктического льда взгляд, идеальная осанка, от нее словно волны холода исходили, казалось, даже температура в комнате упала. Наташа поежилось, непроизвольно поднялась, ибо сидеть в присутствии королевы ей казалось просто невозможным. Даже смотреть в лицо этой незнакомки невозможно, только в пол.
Давление пропало так же неожиданно, как возникло. Наташа чуть ли не рухнула обратно на табуретку от облегчения, вытерла пот со лба и осторожно глянула на девушку. Лед из ее глаз исчез, теперь она снова стала той, кем была раньше.
— Знаете, что Леша сказал, когда познакомился с Ледяной Принцессой? Он сказал, что ему нравится Снежана, но он совершенно не знает Ленайру, но он постарается ее узнать. Так что ваши слова — ложь. Нет Юрия Петровича Коршунова и Юрия Петровича, не знаю уж какой фамилией он вам представлялся. Это один и тот же человек, просто в разных ситуациях. Уж я то знаю, — тихо, словно про себя добавила Ленайра. — Если вы любите этого второго, то не можете не любить и первого. Так что решайте. — Девушка поднялась. — Но только не лгите себе — пожалеете. Вы либо сражаетесь — либо уходите. Но в этом случае не жалуйтесь потом на судьбу — она давала вам шанс.
— Но как я могу быть уверена?! — чуть ли не в отчаянии воскликнула Наташа.
Ленайра пожала плечами.
— Никак. Идти вперед и узнавать Юрия Петровича всего, таким, какой он есть в разных ситуациях. Ошибаться и исправлять ошибки. Но по-другому и не бывает. Может, вы расстанетесь очень быстро, может, сойдетесь, но действительно ли такой путь хуже позиции премудрого пескаря?
Наташа несколько нервно хмыкнула.
— Для иностранки ты неплохо знаешь нашу классику.
— То, что я иностранка не означает, что я не читаю книг. Как видите, я довольно свободно владею русским языком, чтобы читать вашу классику в оригинале.
— О да. Но ты забыла о моем сыне. Что будет с ним?
— А что с ним не так? Юрий Петрович знает о нем и все равно открылся вам. Значит, у него есть и решение проблемы. Почему бы не обсудить это с ним? Или вы считаете Юрия Петровича способным причинить вред вашему сыну?
— Я уже ни в чем не уверена, — устало вздохнула женщина.
— Ожидаете от меня какого-то решения?
— Нет уж, сама буду думать. Хватит мне уже того, что разные… тут прочитали мне лекцию про борьбу за собственное счастье.
— Не сдерживайтесь, «разные соплюшки». Вы же это хотели сказать?
Наташа несколько нервно дернула плечом, видно догадка попала в цель.
— О, я не обиделась, не переживайте. Может я и «соплюшка», а вы такая опытная и мудрая, но я борюсь, а вы сдаетесь и отступаете. Я тоже совершаю ошибки и пытаюсь их исправлять. И вас это больше всего задевает. Потому-то ваши слова меня и не задели — вы себя высекли.
— И откуда ты такая… знающая взялась на мою голову, — Наташа обреченно махнула рукой и спрятала лицо в ладонях. — Я подумаю… это все, что я могу обещать.
— Выбор только ваш, — согласилась Ленайра. — А мне пора, и так уже задержалась намного дольше, чем рассчитывала.
Девушка по дороге заглянула в комнату Кости, который самозабвенно рубился с какими-то монстрами на экране компьютера. Причем грохот из колонок стоял такой, что стоявший на столе стакан слегка подрагивал.
— А ну сделай потише! — рассердилась заглянувшая следом за Ленайрой Наталья Игоревна. — Сколько раз уже говорила тебе?!
Костя вздрогнул, обернулся и лихорадочно прикрутил звук.
— Ну мам…
— Никаких «ну мам»! Хочешь, что бы опять соседи пришли? Как сам не глохнешь?
— Это еще впереди, — с доброй улыбкой пообещала Ленайра. — Сначала перестанешь слышать высокие звуки, потом средние, а там уже и басы станут недоступны.
Костя испуганно покосился на девушку, не заметил ожидаемой улыбки и несколько нервно прикрутил звук.
— Просто поразительно, как он тебя слушает, — поразилась Наташа.
Ленайра пожала плечами и снова повернулась к Косте. Помахала рукой.
— Пока, раненый принц.
— Ты уже уходишь? — явно расстроился он.
— А ты что хотел, чтобы я тут у вас поселилась? Мне домой надо.
— А ты еще придешь?
— Хм… ну и вопросик. Вот что… — Ленайра перекинула из-за спины свою сумку и вытащила из нее блокнот, вырвала последнюю страницу, достала ручку и что-то написала. Подошла к столу с компьютером, положила листок. — Этой мой телефон. Если опять нападут темные силы, звони, Бэтмена не обещаю, но сама постараюсь прийти.
Костя покосился на мать, торопливо убрал листок в карман рубашки.
— Ага, — пообещал он. — А ты можешь меня научить так же драться? Тогда бы я раз! Раз! И тебя бы смог защитить…
Ленайра только огромным усилием воли подавила рвущийся наружу смех.
— Лучше маму свою защищай. Или девушку, когда появится.
— А ты можешь стать моей девушкой?
— О, невинность детства! — патетично воскликнула Ленайра, все же не выдержав и рассмеявшись. — Увы, мой принц, не могу, у меня уже есть рыцарь. А ты, если хочешь, можешь стать моим братом… Это, по крайней мере, от твоей мамы зависит…
Уже выйдя в коридор, Ленайра услышала за закрывшейся дверью голос Кости, пристающего к матери с просьбой немедленно взять Снежану ему в сестры, раз это от нее зависит. Наташа слабо отбивалась…
Ленайра коварно улыбнулась и поспешила вниз по лестнице, пока до Наташи не дошло, какую свинью подкинула ей гостья на прощание…
Дома пришлось рассказать обо всем произошедшем. Единственное, о чем умолчала девушка — об имени спасенного. Точнее о фамилии. Так что Юрий Петрович ни о чем не догадался.
— А зачем ты вообще в больницу с ним потащилась? И в эту клинику? — удивился он.
— Потому что могла помочь, — пожала плечами Ленайра. — Мне это ведь ничего не стоило, кроме потери времени, но зато совесть спокойна.
— Позвонила бы, я бы отправил кого-нибудь, они все бы сделали и обратно мальчика привезли бы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
