70 тысячами человек будут двигаться в резерве русская и прусская гвардии, что доведет количество солдат до 100 тысяч. Наконец, Коллоредо на левом берегу Оба, и Витгенштейн с Йорком, двигаясь через Суленский лес, исполнят двойное обходное движение и окружат Наполеона.
Наполеон мог выставить не более 32 тысяч человек против 170 тысяч союзников. Правда, он обладал тщательно выбранной позицией, своим гением и преданными солдатами. Мы увидим, как он использовал эти ресурсы.
С утра Наполеон заметил движение в войсках Блюхера и, зная, что на другом берегу Оба у Вандёвра показался Коллоредо, подумывал покинуть берега реки и отступить на Труа, чтобы соединиться с Мортье и противостоять войскам коалиции. Однако днем он узнал от нескольких перебежчиков и понял из явных диспозиций неприятеля, что его намереваются атаковать с фронта в Ла-Ротьере. Отступать теперь было бы бессмысленно и не в его характере. Наполеон решил отразить ожидаемую атаку и, только после того как окажет достаточно сильное сопротивление, чтобы не показаться ни деморализованным, ни побежденным, отступить.
Правый фланг французской армии опирался на Об в Дьенвиле, где под началом генерала Жерара располагались дивизия Дюфура (1-я резервная) и дивизия Рикара из корпуса Мармона. Центр, сформированный войсками Виктора в Ла-Ротьере, перерезал большую дорогу и тянулся до Ла-Жибри. Левый фланг располагался перед Ажуйским лесом, защищенный ручьем и деревней Морвилье. Состоявший из корпуса Мармона, сократившегося до одной дивизии Лагранжа, левый фланг насчитывал не более 4 тысяч человек, обладая, правда, множеством пушек, которые Мармон искусно расположил, чтобы сдерживать баварцев, когда они атакуют ручей и Морвилье. Наконец, сам Наполеон с двумя дивизиями Молодой гвардии, всей кавалерией и многочисленной артиллерией держался позади Ла-Ротьера и чуть слева в резерве, чтобы иметь возможность оказать помощь либо Мармону, либо Виктору.
Огонь был открыт только около двух часов полудни. Блюхер выдвинулся на Ла-Ротьер двумя сильными колоннами, одна из которых состояла из войск Сакена, а другая – из войск Олсуфьева и Щербатова. Бурная канонада развязалась с обеих сторон. Вскоре Блюхер захотел перейти к более серьезным действиям и двинул свои пехотные полки на первые дома Ла-Ротьера. Деревню занимала дивизия Дюэма из корпуса Виктора. Наши молодые солдаты, засевшие в домах и садах и забаррикадировавшие все выходы, встретили солдат Блюхера ожесточенным огнем и остановили их.
Тогда как в центре Блюхер столкнулся с этой преградой, Дьюлаи прошел позади него, передвинулся на Дьенвиль и столкнулся там с нашим правым крылом, расположившимся перед городком и на берегах Оба. Жерар расставил часть своих войск внутри городка, а другую часть – на равнине, под прикрытием большого количества орудий. Дьюлаи, поначалу встреченный, как и Блюхер, мощной канонадой, был не более удачлив и тщетно пытался подступиться к городку. Он потерял много людей, но не смог в него прорваться. Дабы обеспечить себе больше шансов на успех, он решил атаковать Дьенвиль с обоих берегов Оба и передвинул бригаду Френеля на левый берег по мосту Юньенвиля, расположенного чуть выше по течению. Перейдя через Об и подойдя к Дьенвилю, бригада Френеля обнаружила, что мост забаррикадирован, и попала под ружейный огонь множества тиральеров, засевших на берегу реки. Ей пришлось занять позицию на вершине холма напротив Дьенвиля и обстреливать его из пушек через Об. Дивизия Дюфура на другом берегу переносила обстрел с редкостной выдержкой и отвечала на него не менее смертоносным огнем.
На нашем правом фланге, как и в центре, союзники также столкнулись с упорным сопротивлением. На левом фланге принц Вюртембергский, пройдя через леса Экланса, попытался захватить деревню Ла-Жибри, фланкировавшую Ла-Ротьер и примыкавшую к Ажуйскому лесу, занятому Мармоном. Там находилось подразделение Виктора, которому пришлось отступить и оставить селение. Но Виктор, встав во главе одной из своих бригад, отбил Ла-Жибри и далеко оттеснил вюртембержцев.
На оконечности поля битвы, там, где линия союзников огибала наш левый фланг, баварцы дебушировали из Суленского леса и развернулись вдоль ручья Морвилье, но были остановлены Мармоном, превосходно расположившим свою артиллерию и использовавшим ее самым устрашающим образом.
Так, после двух часов бурного артиллерийского и ружейного огня, неприятель нигде не выиграл участка. В четыре часа полудни он предпринял решающее усилие. Блюхер, позади которого разместились русская и прусская гвардии, двинулся на Ла-Ротьер, а император Александр послал бригаду своих гвардейцев на подмогу принцу Вюртембергскому, чтобы содействовать его атаке на Ла-Жибри. Бой сделался ожесточенным. Колонны Сакена вступили в Ла-Ротьер, были оттуда вытеснены, затем прорвались в деревню снова, сражаясь только с дивизией Дюэма, состоявшей не более чем из 5 тысяч человек. Тем временем, заполняя пространство между Ла-Ротьером и Ла-Жибри, кавалерия гвардии, сопровождаемая конной артиллерией, ринулась на кавалерию Палена и Васильчикова и опрокинула ее на пехоту Щербатова. Но была остановлена русской пехотой, атакована с фланга драгунским корпусом и потеряла в этой стычке часть своих пушек. Принц Вюртембергский при поддержке русской гвардии прорвался в Ла-Жибри, а баварцы, устыдившись того, что их останавливает горстка солдат, перешли, наконец, через ручей, захватили деревню Морвилье и дебушировали на равнину перед Ажуйским лесом, дабы избавиться от нашей артиллерии, причинявшей им огромный ущерб.
Минута была критической, и, хотя уже стемнело, Наполеон решил не оставлять за неприятелем столько преимуществ. Понимая, что отступление с честью возможно только после устрашения противника, он внезапно бросил две дивизии Молодой гвардии, бывшие его последним ресурсом, на два основных пункта. Он направил на Ла-Ротьер дивизию Роттембурга под началом Удино с приказом опрокидывать всех на своем пути, а сам повел дивизию Менье на левый фланг, к Мармону, отступившему на деревню Шомениль, и Виктору, потерявшему Ла-Жибри. Дивизии под предводительством Наполеона и Удино двинулись вперед с решимостью отчаяния. Дивизия Менье остановила баварцев и вюртембержцев между Шоменилем и Ла-Жибри. Возглавивший пехоту Роттембурга Удино потеснил солдат неприятеля и даже сумел отбить у них Ла-Ротьер.
Спустилась темнота, в деревне завязался яростный рукопашный бой, и только в десять часов вечера, когда неприятель уже не мог помешать нашему отступлению, героический Удино отошел от Ла-Ротьера на Бриенн. Наше попятное движение исполнилось в правильном порядке, прикрываемое дивизиями Молодой гвардии и драгунами Мило. В то время как отступал центр, состоявший из гвардии, кавалерии и остатков корпуса Виктора, левый фланг под началом Мармона благополучно отошел через Ажуйский лес, а правый фланг под началом Жерара, выказавший себя непоколебимым в Дьенвиле, отступил, не потерпев поражения, вдоль Оба, убив и ранив значительное количество солдат неприятеля.
Так закончился ужасный бой, в котором 32 тысячи человек героически сопротивлялись 100 тысячам. Он оказался возможным благодаря искусству и энергии Жерара, правильному применению Мармоном его артиллерии, героической преданности маршалов Удино и Виктора и, превыше всего, неукротимой стойкости
