Законник ждал во дворе, расположившись в моем любимом шезлонге, и чувствовал себя как дома. Это бесило. Я и так была не в самом лучшем настроении. А он развалился и прикрыл глаза. Рубашка с коротким рукавом была расстегнута на груди и обнажала смуглый торс с рельефными мышцами. Мне захотелось кинуть в мужчину чем-нибудь тяжелым. И, пожалуй, я бы обязательно реализовала это свое желание, если бы он неизвестно каким образом не заметил меня раньше, чем я успела сделать пакость.
– Как прошла встреча? – поинтересовался он, не открывая глаз.
– Отвратительно, – призналась я и присела на соседний шезлонг. – Маррис – мерзавец, я ведь говорила об этом?
– Он сказал что-нибудь? – Дерек со стоном приподнялся и уставился на меня покрасневшими от недосыпа глазами. Мне стало стыдно. Похоже, то время, которое он провел в моем шезлонге, было его единственным отдыхом за последние сутки.
– Нет, конечно. – Раздражение вспыхнуло с новой силой. – Потребовал плату.
– У него же денег немерено? – удивился законник. – Неужели все мало?
– А кто сказал, что он просил деньги? – Я саркастически усмехнулась, представляя, как сжимаю тощую рыжую шею. – Его светлость желают тематическую вечеринку завтра ночью – фонтаны с вином, развязные танцы на столах и девушки в костюмах медсестричек. После этого он, так и быть, возможно, ответит на наши вопросы. Точнее сказать нельзя, ибо Маррис непредсказуем, и я не могу гарантировать, что он сдержит свое обещание. Впрочем… Кэлзу лучше не врать. Не думаю, что Маррис захочет портить отношения. Он так выпендривается, пока чувствует, что ему пойдут навстречу.
– Он хочет вечеринку прямо в госпитале? – Дерек так удивился, что не смог этого скрыть. Его лицо стало таким забавным, что я прыснула в кулак.
– Нет, конечно. У него завтра свободен дом. Он желает принимать гостей там.
– А сам он на каталке приедет? – У меня создавалось впечатление, что Дерек не любит жителей Золотого пляжа не меньше, чем я. Это нас делало ближе.
– У него есть возможность переместиться туда, куда хочется. Все ведь упирается в деньги. Они делают доступными многие вещи, которые простым смертным кажутся нереальными.
– Даже так? – Законник нахмурился и задумчиво уставился на закат. Лучи заходящего солнца обрисовали четкий профиль со слегка крупноватым носом и упрямо выдвинутым подбородком. – Что б я так жил! – хмыкнул Дерек и тут же сменил тему: – Завтра я иду с тобой.
– Куда? – осторожно поинтересовалась я, хотя прекрасно знала ответ. Просто в душе еще теплилась надежда, что я ошибаюсь и законник не собрался на тусовку золотой молодежи.
– На вечеринку, – с удовольствием подтвердил он мои опасения и встал, возвысившись надо мной, словно скала. Со своего ракурса я могла в деталях разглядеть только массивную пряжку ремня и загорелый живот с полоской жестких черных волос. И отвернуться-то никуда не выходило! Пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть в его глаза. Законник веселился. Создавшаяся ситуация, видимо, его забавляла.
– И как вы себе это представляете? – поинтересовалась я. – Думаете, Маррис будет рад законнику на своем мероприятии? Я вообще не уверена, что получится пройти кому-то постороннему.
– А ты постарайся, чтобы все получилось. Представишь меня своим парнем. По-моему, я еще не настолько стар, чтобы тебя это опозорило.
Высказав свои пожелания, Дерек направился к выходу, а я пробормотала себе под нос: «Вот не лучшая идея» – и откинулась на шезлонг, внезапно понимая, что за день устала и ноги буквально гудят. Наверное, стоит завести себе обувь без каблуков. Я слишком много передвигаюсь, для того чтобы всегда ходить на шпильке. Наконец-то вокруг меня стало тихо. Больше никто не хотел со мной говорить, не пытался отвлечь мое внимание, и выдалась возможность подумать.
Наверное, идея Дерека и правда неплоха… Все, что ни делается, – к лучшему. Наверное. Все равно на душе было не очень хорошо, я остро чувствовала неправильность происходящего между мной и Кэлзом. Все, словно липкая паутина, опутала ложь – я увязла в ней словно муха. Да и Кэлз скорее всего тоже. Я не хотела отношений с ним, но не таким способом. Мне не нравилось врать.
Я прикрыла глаза, отгораживаясь от окружающего мира. С океана дул легкий ветер, который приносил свежий запах большой воды и мелкие песчинки – сначала они жутко раздражали, но сейчас я к ним привыкла. Я вообще в последнее время все чаще воспринимала это место как дом и с удовольствием проводила бы на улице все свободное время. Лениво потягивала бы коктейль из запотевшего стакана и ничего не делала. Может быть, иногда брала бы в руки блокнот. И если днем в летние месяцы в дом могла загнать жара, то ночами всегда было изумительно – тишина, которую нарушал лишь шум волн, и чернильное небо с яркими звездами, словно запущенными в праздник фонариками.
Но сегодня что-то шло не так, я чувствовала дискомфорт. Не было привычного ощущения покоя, наоборот, необъяснимая тревога. Сначала не явная – так, легкое, раздражающее беспокойство, которое с каждым мигом становилось сильнее и отчетливее, словно надоедливый взгляд в спину.
Я повела плечами, приподнялась на шезлонге и лениво оглянулась назад, не испытывая пока страха. Бояться было некого. Я жила в хорошо охраняемом районе, сюда чужим непросто попасть – везде жучки-следилки и охрана.
За спиной находился дом, край небольшого бассейна и еще дальше, за зеленой лужайкой, высокий забор – общий с соседями, с которыми я за несколько месяцев жизни здесь так и не познакомилась.
Вокруг было тихо, спокойно и на первый взгляд умиротворенно. Но почему-то неприятное ощущение, будто за мной кто-то исподтишка наблюдает, не отпускало. Я осторожно поднялась и дошла до стены дома – здесь, прямо рядом с дверью, у меня стоял длинный металлический пруток. Я убеждала всех приходящих ко мне гостей (которые, впрочем, являлись в моем доме редкостью), что это необходимая в хозяйстве вещь. Но сама себе я не врала. Я его держала всегда под рукой на случай опасности.
Прихватив лом, я медленно двинулась в обход дома, представляя, какой дурой выгляжу со стороны, но, к счастью, забор с соседями высокий, а там, где камень сменялся ажурной вязью решетки, через которую я наблюдаю за океаном, никто обычно не ходит.
Ощущение взгляда в спину не исчезло, но чужаков я не обнаружила. На заднем дворе встретила только ползущего по своим делам скорпиона и парочку больших жуков. Все.
Убедить себя в том, что опасности нет и мне просто почудилось от переутомления и постоянного напряжения, было довольно просто, но вот настроение посидеть на веранде под шум волн пропало напрочь, и я ушла в дом. Впервые за долгое время активировала все охранные заклинания, включая те, которые установили по просьбе Дерека, и отправилась спать, предварительно по привычке почеркав в блокноте. Но сегодня у меня не вышло ничего путного – паук в центре паутины, на краях, словно мухи, попавшие в ловушку, тела убитых – Расти, Эстер и неизвестный мужчина. Они образовывали часть геометрического рисунка – тела являлись словно ключевыми узлами. И на паутине, для того чтобы картина была максимально полной, не хватало несколько таких узлов-фигур.
Мне не нужно было даже задумываться над тем, что картина значит. Знала это и так. Убийства еще не закончились – только вот кто следующая жертва? Маррис? Или еще кто-то? И какая между жертвами связь? Если Маррис, Расти и Эстер можно связать, то как к ним относится законник?
Как всегда, когда я думала слишком много на ночь, начала болеть голова, и я отложила рисунок в сторону, чтобы лечь спать. Уснула быстро. Видимо, организм смирился с бешеным ритмом, кучей мыслей в голове и научился отключаться.
А самое обычное на первый взгляд утро закончилось неприятно и пугающе. Я встала даже без будильника и выспавшаяся, потому что вчера все же легла вовремя. Поэтому успела попить кофе, сидя на кухне, не спеша и черкая на листочке узоры – просто для своего удовольствия. Накрасилась с особым тщанием. Стрелки, любимые тени и румяна на скулы, а когда открыла дверь, на пороге меня ждал весьма гадкий сюрприз.
