властей ей не требуются. – Тон его сделался вкрадчивым. – Также, госпожа Нарен, не забывайте, что в текущий момент вы являетесь свидетелем и участником известных событий, но в любой момент можете перейти в разряд подозреваемых, и даже ваш статус вам не поможет.
Я онемела, и, наверно, это было к лучшему… Вот, значит, как! Дело оборачивалось неожиданной стороной, и, признаться, мне это категорически не нравилось. «Стой на своем! – мысленно передразнила я деда. – Легко тебе говорить! А что, может, выдать им свои догадки касаемо Наора, пускай мучаются? Нет, не стоит – я тогда не выйду отсюда еще года три. И к тому же любой из этих магов может оказаться Наором. Тот же Ресс… Или нет? Вряд ли бы Наор стал так явно демонстрировать неприязнь ко мне. Но Ресс может работать на него…» Пришлось смолчать, хотя чего мне это стоило – одни боги знают!
– Господин Ресс, не перегибайте палку, – вмешался председатель, оценив выражение моего лица. – Пока что у нас нет никаких оснований подозревать госпожу Нарен в чем бы то ни было противозаконном.
– Пока – нет, – согласился Ресс.
– Свидетельские показания также не дают повода усомниться в том, что рассказала нам госпожа Нарен, – с нажимом произнес Танне. – Не так ли, господин Афаз?
– Совершенно верно, – подтвердил тот, буравя меня взглядом. Лауринь смотрел в пол, вовсе не реагируя на происходящее. Хорошо же ему досталось!
Но почему, интересно, председатель вдруг осадил Ресса? Побоялся скандала? Да, как же… Не пожелал портить отношения со мной? Не думаю. Жаль, у меня нет хороших связей в Коллегии, интересно было бы узнать всю подноготную происходящего!
Танне задал мне еще несколько вопросов – я отвечала сквозь сжатые зубы, но по возможности вежливо, – предложил остальным присутствующим высказываться. Высказались, разумеется, все те же – Ресс, ратующий за то, чтобы продолжить дознание, да Сарнайль, которому не давал покоя метод уничтожения книги. Еще двое или трое вовсе не знакомых мне магов поинтересовались второстепенными деталями (в частности, удалось ли мне запомнить хоть что-то из мельком прочитанного; разумеется, я ответила отрицательно), и на этом заседание свернули.
– Я попрошу вас, госпожа Нарен, – сказал на прощание председатель, – не покидать пока что Арастена.
– А как прикажете мне работать? – недобро прищурилась я.
– Придется на некоторое время отказаться от выездной работы, госпожа Нарен, – развел руками Танне. – Мы займемся выяснением обстоятельств, связанных со столь странным поведением Раймо Бораса, вы можете оказать нам неоценимую помощь в расследовании…
– Вы знаете мои расценки? – приторно улыбнулась я. Танне заметно помрачнел: пользоваться моими услугами бесплатно не выйдет даже у Коллегии. – Вижу, знаете. В таком случае – обращайтесь, когда назреет нужда, а пока что позвольте откланяться! Лауринь!
Лейтенант вскинул голову, едва заметно поморщился, с надеждой глядя на меня.
– Идемте, – приказала я, так взглянув на шагнувшего было к Лауриню охранника, что тот попятился. – И поживее!
– Госпожа Нарен, лейтенант еще понадобится… – попытался остановить меня Ресс, но я сделала вид, что не расслышала.
– Господин Танне, вы что, намерены лишить меня не только возможности свободного перемещения за пределами города, но и сопровождающего? – прищурилась я, игнорируя Ресса. Судя по всему, председатель отчего-то решил выбрать мою сторону, а потому усмирять придворного мага предстояло именно ему.
– Что вы, госпожа Нарен, – усмехнулся тот. Хотела бы я знать, что у него на уме! – Если вы или этот молодой человек нам понадобитесь, мы всегда можем вызвать вас, не так ли?
– Совершенно верно, – ответила я сквозь зубы. – Всего доброго, господин Танне!
– До встречи, госпожа Нарен, – доброжелательно ответил председатель.
Его взгляд буравил мне спину, Афаз смотрел бесстрастно, как и полагалось хорошему магу-палачу, Ресс, отвернувшись, потирал виски, словно от головной боли, остальные увлеклись беседой.
– Госпожа Нарен, – подал голос лейтенант, когда мы покинули зал заседаний. Он явно не поспевал за мной, а я стремилась как можно скорее убраться из резиденции Коллегии.
– Держитесь, Лауринь, – приказала я. – И молчите пока.
Лейтенант молча кивнул, догнал меня и зашагал рядом.
– Госпожа Нарен! – окликнули сзади. Кто там еще?!
Оказалось – это Лир Таваль, второй доверенный маг Арнелия. Он-то ни в один Совет не входил, но, как и многие другие, ошивался в резиденции в надежде поживиться свежими сплетнями. А при Его величестве кто остался, хотела бы я знать?
– Что вам угодно? – спросила я резко. К пустопорожним разговорам я была не расположена и, хотя Таваль всегда относился ко мне доброжелательно, решила отделаться от него как можно скорее.
– Надеюсь, с вами все в порядке, госпожа Нарен? – спросил Таваль встревоженно. – У вас такой вид, будто…
– Со мной все прекрасно, – ответила я. Этого мне еще не хватало! Иные господа – хуже базарных сплетниц: сейчас начнет проявлять сочувствие, а цель-то на виду – выведать что-нибудь интересное, о чем члены Большого Совета не проговорятся! Тьфу, пакость… – Прошу извинить, я спешу.
– Госпожа Нарен, – Таваль нагнал меня, пристроился в ногу. – До меня дошел слух, будто кое-кто из Совета к вам не расположен…
– Это их проблемы, – сказала я.
– Боюсь, ваши тоже, – серьезно произнес маг, осторожно прикоснувшись к моему локтю. – Я не в курсе подоплеки происходящего, но точно знаю одно: у вас есть недоброжелатели. И немало.
– Благодарю, я в курсе, – я ускорила шаг.
– Вы можете рассчитывать на меня, госпожа Нарен, – вовсе уж тихо сказал Таваль. – На меня и на других. Единства в Коллегии нет, помните об этом…
Он отстал, свернул в какой-то коридор, а я только выругалась вполголоса. Вот еще новости! Сперва невесть с чего ополчившийся на меня Ресс, которого неожиданно придержал Танне, теперь еще Таваль с предложением помощи! Этому-то что надо?! «Единства в Коллегии нет!» Удивил, ничего не могу сказать… В этих коллежских играх без бутылки орты ничего не разберешь, а у меня и без того забот хватает! И еще это мерзкое ощущение, будто меня снова разыгрывают втемную, на этот раз уже не один Наор, а вся Коллегия! Впрочем, если Наор состоит в ней, что можно считать непреложным фактом, то, выходит, игра просто вышла на новый уровень. А я по-прежнему не знаю правил и не представляю, каковы ставки и цель этой игры!
Выругавшись на сей раз на северном диалекте – в родном языке просто не нашлось слов и выражений, чтобы полноценно выразить обуревающие меня эмоции, – я вылетела под открытое небо и потребовала оседлать лошадей. Посмотрела на Лауриня: на солнечном свету он выглядел еще хуже, – выругалась еще раз, теперь уже в полный голос. Лейтенант не отреагировал, ему, судя по всему, было совсем худо.
– До
