было возразить Семен.
- Неважно! Мы наймем другую бригаду… более компетентную.
- Вы хотите сказать «боязливую»? Которая не будет вмешиваться,… как и ваша хваленая охрана? – уточнил Шрам. – Да и вообще, не жалко переплачивать-то? Другие рабочие-то, по сути, почти ничего делать не будут.
- Никакой переплаты не будет! – резко раздалось в ответ. – Мы просто заплатим им ВАШ гонорар!
- А это уже нарушение трудового договора!
- Это – штраф за нарушение правил пансиона и за то, что влезли не в свое дело! – зло бросила директор. – Убирайтесь с глаз моих, и чтобы до конца дня вас здесь не было! Все! Разговор окончен!
Ошеломленные и обескураженные Неспящие покинули кабинет. Но едва оказавшись снаружи, Данковский от души заехал кулаком по стене!
- Твою ж мать! – вполголоса выдал он, хотя ему от души хотелось проорать это во все горло. – Да что за паскудство тут вообще творится?!
- Оно самое и есть! – вздохнул Стаматин. – Одна поганка держит в страхе весь пансион и делает, что хочет. А на нее – он кивнул в сторону директорского кабинета – не сердись.
- Да я и не сержусь! – буркнул Игнат. – Боится она, видно же. Вполне возможно, даже солидарна с нами, да поддержать не может. А выгоняя, пытается уберечь… хотя бы так.
- А чего тогда хмуришься, раз все понимаешь?
- Обидно, блин! Столько времени трудились, а заработали – дулю с маком!
Негодование Шрама было прервано протяжным звонком.
- Все, пошли! – махнул рукой лидер. – Похоже, целый урок прошел, пока мы там мариновались! Нечего у людей лишний раз на глазах маячить.
К сожалению, совсем уж незаметно уйти у Неспящих не вышло – когда они вышли из галереи, то увидели, что в коридор уже высыпала пара десятков студенток из ближайших классов. Разумеется, юные леди не смогли пропустить посторонних и замерли как вкопанные, с интересом разглядывая их. Стражи тоже остановились – в конце концов, их уже выгнали, так что небольшое нарушение правил погоды не сделает. Шрам тут же подмигнул прелестницам и чуть шевельнул бровями, заставив девушек мило зарумяниться, а кое-кого и перешептываться.
- Глянь-ка! – негромко произнес Горын, слегка кивнув вперед.
Проследив взгляд товарища, Данковский понял, что именно его удивило. По коридору, прямо к друзьям направлялась еще одна студентка, весьма отличавшаяся от остальных. Вместо туфелек на ней были высоченные белые сапоги на шнуровке и на высоком каблуке, руки скрывали перчатки, а лицо было густо припудрено. Но, пожалуй, самой примечательной деталью была ее диадема: широкий серебряный обруч почти полностью закрывал лоб, а из его центра в стороны отходили два образования, похожие на диковинные узорчатые ветки, которые можно часто увидеть на рисунках в старинных книгах. Дополняли композицию несколько драгоценных камней разной величины. Украшение ярко блестело в дневном свете, и было бы невероятно красивым,… если б «ветки» не выдавались в стороны сантиметров на сорок каждая, из-за чего все встречные вынуждены были спешно размазываться вдоль стен, чтобы не наткнуться на изящные завитки, многие их которых заканчивались острыми концами, и грозили любому неосторожному царапинами или, что хуже, потерей глаза. Неспящие тоже вынуждено посторонились, давая дорогу моднице, которая неожиданно задержалась около них на несколько секунд, бегло окинула обоих взглядом, слегка изогнула тонкие брови и продолжила путь, завершившийся около кабинета директора. Коротко постучав и дождавшись приглашения, студентка ловко развернулась боком и проследовала внутрь помещения.
- И зачем она такую фигню на голове таскает? – удивился Семен. – Неудобная ведь… и опасная к тому же.
- Да уж… в классе все наверняка под парты прячутся, когда она к доске идет. А в столовой вообще «мертвая зона» образуется! – хмыкнул Игнат. И понизив голос, добавил:
- А вообще, подозрительная она какая-то: «штукатурки» тонна, одежка подогнана максимально закрыто,… словно не хочет что-то показать посторонним.
«Думаешь,… она и не человек вовсе?» – мысленно поинтересовался Горын.
«Не исключено. Ладно, пошли уже!»
Как и следовало ожидать, принесенные друзьями новости повергли остальных Неспящих в самое мрачное расположение духа.
- Ну, ваще копец! – выдал Запал. – Мало того, что выгнали, так еще и не заплатят ни фига! Полный п… короче! И че теперь делать будем?!
- Че, че?! Партизанскую тактику осваивать! – буркнул лидер. – И школу фронтовой разведки заодно! Собирайтесь, давайте! Надо новую берлогу найти, да засветло все подходы обследовать.
Собираться, в принципе, особо не пришлось – вещей было не особо много, а оружие друзья и не доставали, так что уже через десять минут группа погрузила сумки в машину, и Семен принялся прогревать мотор. Шрам же решил от души покурить напоследок, чтобы хотя бы слегка унять клокотавшее раздражение. Но едва он полез в сумку за пачкой, как кто-то осторожно потянул его за полу спецовки. Немного удивившись, Неспящий медленно развернулся и увидел неловко переминающуюся с ноги на ногу прелестную белокурую девочку лет десяти, с большим толстым блокнотом в руках.
- Тебе чего, кроха? – поинтересовался Игнат. В ответ девочка быстро перевернула несколько листков блокнота и развернула его к Неспящему.
- «Простите. Могу я поговорить с вами?» – было изящно написано на листке.
- Да, конечно. О чем же? – поинтересовался Семен, который тоже увидел надпись.
Незнакомка развернула блокнот к себе и начала что-то быстро писать перьевой ручкой.
- «Почему вы уезжаете?» – гласила новая фраза.
