Преследуя неприятеля, корпус двинулся к Раково, но через 1,5 км был вынужден остановиться. Местность оказалась заминированной как нашими частями, так и противника. Схемы своих минных полей оказались не точными, саперам пришлось действовать днем под обстрелом врага. Боевые порядки ударного клина начала бомбить авиация противника. Ее удары оказались достаточно эффективными, почти половина из общих потерь бригад за этот день приходится на авиацию (подбито и сожжено самолетами 4 Т-34, 2 Мк-4). Из донесения начальника политотдела 21-й гв. тбр подполковника Полукарова:
«12.07.1943 г. бригада пошла в наступление на х. Чапаев и, овладев им, продолжила (наступление) над. Раково, где противником наше продвижение было приостановлено. 12.07.1943 г. целый день бригада вела упорный бой с противником за д. Раково. Танки несколько раз ходили в атаку, все разы натыкались на сильный артиллерийский огонь. В результате этого боя было уничтожено до 500 солдат и офицеров с машинами, захвачено в плен 22 человека, уничтожено пулеметов 17, минометов – 8, орудий —11, захвачен командный пункт с 3 радиостанциями и картами, уничтожено 3 дзота и 12 блиндажей.
Наши потери следующие; танков Т-70 – 6, танков Т-34 – 6, танков «черчилль» – 3, из состава экипажей подбитых и сгоревших машин дать не могу, почти все командиры танков погибших машин выведены из строя. В том числе выведен из строя заместитель командира 152-го танкового батальона (убит), мспб (ранен). Из политаппарата потеряно; инструктор политотдела по оргпартработе (пропал без вести), помощник начальника политотдела по работе среди комсомольцев (тяжело ранен), заместитель командира 152-го танкового батальона (не вернулся из атаки), парторг мспб (тяжело ранен), комсорг мспб (убит). Мотострелково-пулеметный батальон 12.07.1943 в боях за д. Раково потерял убитыми и ранеными 92 человека»[504].
Тем не менее удары корпуса А.Г. Кравченко начали приносить свои плоды. Судя по тому, как развивались события и какие решения принимало командование 48-го тк, создается впечатление, что немцы не знали реальных сил советской стороны и явно переоценивали свои возможности, ставя войскам на
12 июля неоправданно рискованные и недостаточно взвешенные решения. Так, генерал Кнобельсдорф проводил перегруппировку «Великой Германии» в большой спешке, пытаясь успеть перейти в наступление в 16.00. При этом район севернее северных скатов выс. 258.5, ур. Толстое, выс. 237.6 был просто оголен. Участок от выс. 258.5 и далее на юг от фузилёрского полка «Великой Германии» и 394-го грп 3-й тд предстояло принять 332-й пд. Но оба эти полка по приказу корпуса, не ожидая подхода дивизии, двинулись в северном и северо-западном направлениях, чтобы занять исходные позиции для наступления. А в это время началось выдвижение соединением А.Г. Кравченко, что не позволило оперативно вывести пехоту 332-й пд на участок, оставленный полками Хёйернляйна и Вестховена. Судя по документам, и Гот, и Кнобельсдорф видели опасность, которая грозит корпусу в случае, если 7-км дыра не будет быстро прикрыта, тем не менее сознательно пошли на риск. Они ожидали контратак с северо-запада в направлении ур. Толстое, но надеялись, что давление 3-й тд и «Великой Германии» заставит русских концентрировать силы против их ударных клиньев. А тем временем 332-я пд создаст прочный фронт, но при этом не была учтена возможность удара советских войск по всему западному флангу армии, в том числе и по левому крылу 332-й пд.
Расчет фон Кнобельсдорфа на быструю перегруппировку полностью провалился. Кроме того, после предупреждения Н.С. Хрущева командир 10-го тк спешно начинает демонстрировать активность. Около 11.00 его бригады атакуют разведбатальоном 3-й тд у выс. 247.0, но командира 48-го тк это пока не тревожило, так как введенные в бой силы русских не были значительными. Вот как эта ситуация изложена в журнале боевых действий корпуса:
«11.00 в 3-ютди фузилёрский полк «Великой Германии» поступает распоряжение: начать постепенно продвигаться вперед совместно с пехотой 332-й пд в глубоком левом фланге.
В Новеньком и Круглике быстро усиливается противник. Также докладывает об усилении врага и разведбатальон 3-й тд на выс. 247.0. В настоящее время идет наступление вражеских танков на высоту. Однако этот участок укрепляется полевыми гаубицами и атака отбивается. Командир 3-й тд предлагает фузилёрский полк в районе Толстое оставить на месте, пока на юге будет проводиться смена пехоты, после чего 394-й грп может быть дальше продвинут на север.
Однако фузилёры срочно необходимы для наступления «Великой Германии» (на север вдоль Обоянского шоссе. – В.З.). Начальник штаба корпуса решает посоветовать командующему армией полностью передать защиту левого фланга 332-й пд. 3-я тд продолжает наступление в прежнем направлении по обе стороны выс. 247.0. Пока не удается сменить разведбатальон 11-й тд у выс. 232.8 силами разведбатальона «Великая Германия», так как высота находится под сильным артиллерийским обстрелом. Получено донесение о появлении вражеских танков в лесу северо-восточнее высоты.
Около 11.00 противник наступает на 11-ю тд силами до полка вдоль оврага… Положение в лесном массиве у дивизии осложнилось настолько, что в 11.30 ее танковый полк был вынужден приступить к контратаке. Артиллерия корпуса получила приказ всеми своими силами отразить вражеское наступление. Это наступление, вероятно, связано с общим наступлением русских через Псёл на фронте корпуса СС. На левом фланге корпуса враг также начинает накапливать силы, которые становятся серьезной угрозой»[505].
Вслед за Сталинградским корпусом в 12.00 перешла в наступление 71-я гв. сд полковника И.П. Сивакова, занимавшая рубеж: Ново-Ивановка, Томоровочка, овраг в 800 м северо-западнее Красный Починок, Ново-Павловка, Зарытое, Подимовка. Она наносила главный удар левым флангом, 210-м гв. сп, в общем направлении на Черкасское.
Между 13.00 и 14.00 начали подходить основные силы и 184-й сд. Сходу, без предварительной подготовки, ее стрелковые полки вместе с танками вновь перешли в атаку на Раково. Преодолев сопротивление противника, после трехчасового боя войска подошли на расстояние 1,5 км к западным окраинам села, но были остановлены плотным огнем минометов и артиллерии врага.
«Генерал А.Г. Кравченко пытался организовать продвижение танков вглубь фашистской обороны, – вспоминал М.Е.Катуков, – но безуспешно. Лавина огня преграждала путь боевым машинам.
– Продвигаться не могу, – доносил Андрей Григорьевич по радио, – немцы усилили огонь. Вся местность впереди простреливается орудиями и минометами… Нас непрерывно бомбят…
Конечно, ему, боевому генералу, привыкшему действовать смело, хотелось продвинуться как можно дальше. Высокий, широкоплечий, с густым басом, с колоритным говором, Кравченко зарекомендовал себя решительным командиром во время боев под Сталинградом.
– Дальше не продвигайтесь, – ответил я ему. – Удерживайте занятые рубежи. Не продвигайтесь, – повторил я командирам корпусов. – То там, то здесь обозначайте рывок в атаку… Дайте противнику понять, что вы ищете наиболее уязвимые места в его обороне»[506].
Несмотря на скудные силы и средства, 5-й гв. Стк и 71-я гв. сд на первом этапе контрудара (до подхода основных сил 184-й и 219-й сд) сумели добиться главного – сковать маневр основных сил 332-й пд. К 16.30 пехота полковника И.П. Сивакова овладела Михайловкой, а также завязала бой за Завидовку и Красный Починок, а танкисты генерала А.Г. Кравченко уже совместно со 184-й сд полностью выбили немцев из Чапаево и вели бой у Раково. Тем самым были созданы благоприятные условия для 10-го тк, но генерал В.Г. Бурков в полной мере не воспользовался этой возможностью. В отчете 5-го гв. Стк справедливо отмечается:
«К этому времени сосед слева (10-й тк) должен был овладеть Березовкой, но селом корпус не овладел, так как в наступление вообще не переходил»[507].
Тем временем на исходные позиции сосредоточились 184-я, 219-я и 204-я сд. В ряде документов время перехода в наступление этих дивизий указывается разное. Так, подполковник Шамов писал:
«184-я сд. К 13.00 дивизия подошла к исходному рубежу Чапаев, ур. Суходол, Красный Узлив,/иск./Новенькое исходу без предварительной подготовки перешла в наступление. К 17.00, пройдя боевые порядки 90-й гв. сд, с ожесточенными боями вышла на рубеж; западная окраина Раково, Березовка, южная окраина Верхопенье.
219-я сд, выйдя к 13.00 в исходное положение;/иск./Новенькое, лог Кубасовский, /иск./ выс. 258.5, перешла в наступление в направлении Верхопенье, выс. 260.8, но до наступления темного времени суток успеха не имела»[508].
В то же время в документах штабов этих дивизий ихучастие в контрударе выглядит несколько иначе. Так, в журнале боевых действий 219-й сд генерал-майора В.П. Котельникова читаем: «Дивизия маршем к 16.00 сосредоточилась у ур. Толстое, имея задачу наступать в направлении Березовка, Дуброво, во взаимодействии со 184-й и 204-й сд уничтожить противника в районе Березов, Сырцево, овладеть южными окраинами Сырцево, к исходу дня выйти на рубеж ур. Большое, выс. 254.5.
