а мистер Кэррис даже разложил пасьянс, внезапно зазвонили звонки.
Миссис Брэдли успела починить все провода, и каждый из присутствующих либо собственноручно проверил звонки, либо наблюдал, как это делают другие.
Когда прошел первый шок, реакция была вполне сдержанной и здравой. Волонтеры — Фердинанд, миссис Брэдли, мистер Кэррис и отец Конлан, — покинув комнату, обошли весь дом. Сначала они прошли в то крыло, где жили слуги, поскольку там по-прежнему раздавался звон. У каждого волонтера был маленький блокнотик, в котором фиксировались происходившие явления и давалась их оценка.
Все старательно записали свои впечатления, решительно вынеся окончательный вердикт: Обман. Двое, Кэролайн и священник, соответственно приписали: «Не понимаю, каким образом» и «Необъяснимо». К своему вердикту Фердинанд добавил: «Я бы решил, что это имеет естественное происхождение, если бы зазвонили все звонки, но полтергейст, видимо, так и не решился к нам приблизиться. В холле, в комнате, где мы сидели, и в спальне над нами звонки так и не зазвонили».
Вся компания вернулась в библиотеку, и больше часа в доме ничего не происходило. Но потом раздался грохот, за которым последовал стук, и все, на этот раз без исключения, бросились в холл, где увидели остов кровати, три стула, подсвечник и пять металлических подносов, валяющиеся на полу у лестницы.
Эксперты, несколько выбитые из равновесия, побежали наверх. Там они обшарили все комнаты и мансарду, но ничего ровным счетом не обнаружили. Двое самых усердных даже нашли в мансарде шкаф с вентиляционными отверстиями, но там, по выражению Кэролайн, царила девственная пустота.
Теперь мнения в блокнотиках были самые разные. Большинство написало, что мебель, вероятно, была сброшена людьми, а не нечистой силой, однако двое признались, что не понимают, как такое могло произойти. Фердинанд отметил, что у него в мозгу что-то забрезжило, а мистер Пратт написал следующее: «Мне кажется, я знаю, где они спрятались, но никак не пойму, почему мы не обнаружили их на задней лестнице». Священник сделал вывод: «Это хитроумное трюкачество, но способ мне пока не понятен. Должно быть, здесь есть подвал».
Кэролайн и мистер Кэррис пришли к выводу, что раз все эти явления не поддаются объяснению, значит, они подлинные. Кэролайн еще добавила со свойственным ей простодушием: «Я бы не рискнула ночевать в этом доме одна».
Никто из гостей в доме ночевать не остался, за исключением молодого воспитателя и его подопечных, но их присутствие по-прежнему оставалось тайной. Все остальные, как было оговорено заранее, переночевали в гостинице, хотя мистер Кэррис и возражал.
Весь вторник явления продолжались с некоторой хаотичностью, а вечером, когда стемнело и Фердинанд, Кэролайн и отец Конлан уже собрались уезжать, миссис Брэдли собрала всех в столовой и попросила проводить эту троицу до ворот.
— Я помашу вам рукой из окна спальни, той самой, откуда выпал кузен Том, — сказала она.
Фердинанд, заподозривший, что их ждет очередное надувательство, скептически поднял брови.
— Не волнуйтесь. Я не выпаду из окна, — уверила присутствующих миссис Брэдли.
Выйдя на подъездную дорожку, гости посмотрели на второй этаж. Миссис Брэдли энергично махала им из окна, а за ней была видна призрачная фигура мужчины.
Священник бросился назад, но был остановлен Фердинандом, схватившим его за руку. Когда все вернулись в дом, в холле их встретила миссис Брэдли.
Двое журналистов побежали наверх, но после тщательного обыска так никого и не нашли.
— Обман зрения? — предположил мистер Пратт.
— О, нет, со мной действительно кое-кто был, — заявила мисс Брэдли. — Более того, он и его сообщники все еще в доме.
Услышав это, журналисты, сопровождаемые директором приюта, который был заинтересованным, но несколько замкнутым наблюдателем таинственных явлений, обшарили весь дом еще раз. Потратив массу усилий и электроэнергии, журналисты убедились, что вентилируемая каморка в мансарде ничего в себе не таит, а директор обнаружил между главной спальней и соседней комнатой дверной проем. Миссис Брэдли сидела в столовой и безмятежно вязала нечто бесформенное из светло-лиловой шерсти с беспорядочными серыми и розовыми вкраплениями, поскольку не придерживалась никакого определенного рисунка; и невозмутимо принимала поступающие рапорты. Временами она выглядывала в окно, за которым не было ничего, кроме печальных деревьев и заросшей травой подъездной дороги. Дом во многих смыслах производил удручающее впечатление и давил на психику.
Поиски продолжались почти до десяти вечера, после чего все отправились в гостиницу на ночлег. На следующий день гости возобновили разведывательную операцию, и миссис Брэдли уже думала, что мистер Кэррис, который четверть часа провел в заросшем травой дворе, где он исследовал каждый уголок и несколько раз заглядывал в колодец, уже имеет первый ключ к разгадке. Но тот ключом не воспользовался, а лишь заметил, что колодцы следует закрывать крышками, а тот, что в этом дворе, особенно опасен, потому что рядом находится погреб.
Второй ключ нашел мистер Пратт, но в отсутствие первого это ему ничего не дало. Поэтому он просто сообщил миссис Брэдли, что фундамент, вероятно, старше самого дома. Вполне разумное предположение, с которым она тотчас же согласилась. Не отставая от других, директор отметил то странное обстоятельство, что в доме того времени на половине слуг нет дверей вверху и внизу лестницы, тем более что тщательный осмотр стен привел его к выводу, что такие двери изначально были. Он предположил, что их сняли более поздние владельцы, и это, по его мнению, создавало в доме сквозняки. Этим открытием он, как и двое других, так и не смог воспользоваться.
Днем, когда эта троица, утомленная своими розысками и их очевидной безрезультатностью, прекратила рыскать по дому, загадочные явления начались снова. Помимо шума и разрушений на стенах появились свежие
