выполняет приказы и выполняет упражнения с непринужденной легкостью.
Позволь ему понять это.
Пожалуйста, боже, позволь мальчику сделать это.
Он этого заслуживает.
Он заслужил это.
— Это тренировка, Шэн, а не матч, — усмехнулась Клэр, отвлекая меня от моих мыслей. — Если ты будешь продолжать хлопать каждый раз, когда он ловит мяч или завершает круг, ребята из команды устроят ему взбучку.
— О. — Униженная, я убрала руки и спрятала их под бедра, при этом сбив со скамейки пустой бумажный стаканчик. — Я не хочу смущать его. Я просто…
— Влюблена? — Она притворилась, что потеряла сознание, и уронила голову мне на плечо. — Я знаю.
— Горжусь, — поправила я, покраснев. — Он так усердно работал, чтобы вернуться туда.
— И посмотри, как он уходит, — задумчиво произнесла Клэр, указывая туда, где Джонни носился по полю, как пуля, относительно легко обгоняя соперника. — Он сегодня в ударе.
— Да. — Я вздохнула с облегчением, когда Джонни обошел большого, мускулистого парня, несущегося прямо на него, и бросил мяч обратно Фели, который побежал прямо к штанге. Они все ударились друг о друга, включая Джонни, и я застонала, закрыв лицо руками. — Боже! — Протянув руку, я натянула свою шерстяную шляпу на глаза, пока они не перестали колотить друг друга. — Я ненавижу этот вид спорта.
— Ты такая милая. — Клэр тихо рассмеялась. — Итак, как ты выбралась из дома?
Я сморщила нос при воспоминании о том, как мама кричала во всю глотку, чтобы я оставалась дома, иначе отец найдет меня этим утром, когда Ифа предложила подбросить меня до дома Клэр. Как будто этого было недостаточно, мама последовала за мной в сад перед домом, плача и причитая на виду у соседей. Я не знала, чего она от меня ожидала; остаться в своей спальне и качаться? Я не чувствовала себя там в безопасности.
По правде говоря, я чаще видела папу за нашим кухонным столом, чем в регбийном клубе. Кроме того, я хотела поддержать Джонни. Это было очень важно для него, и я хотела, чтобы он знал, что я была рядом с ним — независимо от того, что происходило в моей семейной жизни. Сосредоточенность на Джонни сдерживала панику, бушевавшую внутри меня. Пребывание здесь дало мне спасение, в котором я нуждалась. Я чувствовала, что у меня есть цель, что есть причина не лежать и не плакать в подушку. Как будто была причина давать отпор.
Ты можешь это сделать, мысленно прошептала я, сосредоточив все свое внимание на нем, наблюдая за ним со своего насеста. Я знаю, что ты можешь.
— Могу я открыть тебе секрет? — Тихо спросила Клэр, беря меня под руку. — Но ты не можешь никому рассказать.
— Конечно, — ответила я, поворачиваясь к ней лицом. — И я бы никогда не расссказала.
— С Джерардом что-то случилось.
Мои глаза расширились. — Что ты имеешь ввиду когда ты говоришь случилось?
Клэр покраснела, но не стала вдаваться в подробности.
Я колебалась, не уверенная, настаивать ли на большем или подождать, пока она сама расскажет мне об этом в свое время. Наконец, я остановилась на: — Что бы ни произошло между вами двумя… — Я сделала паузу, пытаясь подобрать правильные слова: — Это произошло недавно?
— Вроде того, — прошептала она, прикусив нижнюю губу.
— Ты…счастлива по этому поводу?
Она пожала плечами. — Я не знаю.
— Ты…сожалеешь об этом?
— Я думаю, что да, — выдавила она.
Нахмурившись, я повернулась обратно к полю, где Гибси украдкой поглядывал на Клэр. — Что бы ты ни сделала, я не думаю, что он сожалеет об этом, Клэр, — сказала я ей, поймав взгляд Гибси в миллионный раз, когда он взглянул туда, где мы сидели. — Он наблюдал за тобой все утро.
— Для него все это большая игра, — проворчала она. — И я собираюсь проиграть.
— Что? — Я покачала головой. — Клэр, перестань, не думай так.
Пронзительный свисток тренера прорезал воздух, сигнализируя об окончании тренировки и ставя точку в нашем разговоре.
— Ничего не говори об этом, когда он подойдет, — прошептала Клэр, когда Гибси прыгнул прямо к нам, вымазанный с головы до ног грязью. Серьезно, он был таким грязным, что невозможно было разобрать, какого цвета у него волосы. — Пожалуйста, Шэн.
— Я не буду, — пообещала я, натягивая яркую улыбку, когда он приблизился. — Привет, Гибс.
— Привет, Малышка Шэннон, — ответил он, прежде чем переключить свое внимание на мою лучшую подругу. — Медвежонок Клэр, — промурлыкал он с дьявольской ухмылкой. — У меня есть кое-что для тебя.
Брови Клэр удивленно приподнялись. — Правда?
— Угу. — Кивнув, Гибси прислонился к барьеру, отделявшему поле от трибун, и согнул палец. — Иди сюда, и я тебе покажу.
Перелезая через свое сиденье, Клэр осторожно приблизилась к нему. — Тебе лучше не планировать… О боже, Джерард, не надо! — закричала она, когда он перетащил ее через барьер и перекинул через плечо. — Отпусти меня!
— Ты уверена, что хочешь спуститься по моему телу? — он рассмеялся, намеренно измазывая ее грязью, когда ставил на ноги. — Я такой грязный мальчишка.
— Ты придурок! — выдавила она сквозь приступ смеха, когда он вывалил ей на волосы огромный комок грязной травы, прилипшей к его бедру. — Это не смешно.
— Тогда почему ты смеешься? — он хихикнул, уклоняясь от ее кулака, когда она вырвалась и замахнулась на него.
— Я пыталась внушить тебе ложное чувство безопасности, — выпалила она в ответ, бросаясь к нему.
— Привет, Шэннон, — голос Джонни заполнил мои уши, и я перевела взгляд туда, где он стоял, прислонившись к барьеру и ухмыляясь мне. В тот же миг мое сердце бешено затрепетало в груди.
— Привет, Джонни. — Прерывисто выдохнув, я встала и двинулась к нему, но тут же заколебалась. — Ты же не собираешься сделать это со мной, правда? — Спросила я, указывая туда, где Клэр и Гибси устраивали полномасштабный рестлинг на поле. — Потому что я этим не увлекаюсь.
Джонни тихо рассмеялся. — Только если ты не подойдешь сюда и не поцелуешь меня.
Улыбаясь, я сократила расстояние между нами и обвила руками его шею, прижимаясь поцелуем к его губам. — Привет.
— Привет. — С нежной привязанностью, которая так резко контрастировала с его предыдущим поведением на поле, Джонни прижался своим лбом к моему и потерся носом. Это было такое первобытное мужское движение, что мне ничего не оставалось, как стоять и отвечать взаимностью на доминирующие ласки. Тяжело вздохнув, он поцеловал меня в нос и провел большим пальцем по моей щеке. — У тебя все щеки порозовели.
— А ты весь как трава, — прошептала я, выдергивая несколько прядей из его волос. — Как ты себя чувствуешь?
— Я чувствую себя хорошо, Шэн, — ответил он, его глаза сияли и были полны возбуждения. —
