Вулфгар ворвался в дом, так хлопнув дверью, что грохот пронесся по залу, и Брайс, игравший на волчьей шкуре, зашелся в громком плаче. Эйслинн отложила прялку, подняла малыша и прижала к груди. Но взгляд ее не отрывался от Вулфгара. Тот раздраженно вышагивал перед очагом, хлопая латными рукавицами по бедру.
— Похоже, им известно о каждом моем движении еще до того, как я что-то предприму! — взорвался он. — Если бы я даже поделился с ними своими мыслями, они и то не смогли бы искуснее увертываться от меня! — Неожиданно остановившись, Вулфгар уставился на жену. — Они могут знать, только если… — Он покачал головой, смущенный собственными догадками. — Кто мог сообщить им? Эйслинн, кто-нибудь сегодня покидал город?
— Я не присматривалась, — пожала плечами Эйслинн, — но люди, старались держаться поближе к замку и по большей части передвигались пешком.
— Но может, Керуик? Или Майда? — допытывался Вулфгар. Эйслинн яростно затрясла головой:
— Нет, Керуик все время был в замке с Бофонтом, а Майда целый день играла с Брайсом.
— Я просто подумал… — вздохнул Вулфгар, однако Эйслинн видела, что муж по-прежнему обеспокоен. Он приказал Сенхерсту привести Суэйна и Болсгара, а когда те пришли, позвал их на башню, подальше от любопытных глаз и ушей. Взглянув на расстилавшиеся внизу поля, Вулфгар с горечью признался: — Я владею всего лишь небольшим поместьем, но не в силах защитить его от шайки жалких мародеров. Даже дозорные нам не помогают.
— Они наблюдают только за большими отрядами, — пояснил Болсгар. — Если фламандцы разбиваются по два-три человека и носят норманнские плащи, никто не обращает на них внимания, а когда грабители снова соединяются, уже поздно их преследовать.
— Верно, — кивнул Вулфгар. — В таком случае пусть часовые сообщают обо всех одиноких всадниках и следят, куда они поехали. Придется изобрести новые сигналы. Последи за этим, Болсгар.
— Вулфгар, — неожиданно заговорил Суэйн, — меня вот что тревожит: ты всегда рассказываешь при всех о наших намерениях, и мы вот уже два дня не можем перехватить врагов. Мне кажется, среди нас есть предатель. Давай отныне никому не говорить о наших планах.
— Ты прав, Суэйн, и я терзаюсь оттого, что не могу назвать имя иуды, — кивнул Вулфгар, ударив кулаком по перилам. — Возможно, кто-то научился разгадывать наши сигналы. Хотя, будь это так, проще убить часовых. Завтра мы сделаем, как ты советуешь. Никому ни слова о разговоре. Болсгар, запрети дозорным передавать сигналы о том, куда мы поедем.
Болсгар отправился выполнять приказ, а потом они все встретились в зале и воздали должное стряпне Хейлан. После ужина Вулфгар взял Брайса у матери, и все трое поднялись к себе. При виде столь необычного зрелища Болсгар и Суэйн переглянулись и подняли кружки с элем в безмолвном тосте.
Брайс восторженно ворковал, пока Вулфгар»возился с ним на шкурах, разостланных у очага. Наконец Эйслинн положила малыша в колыбель, налила вина в чашу и вручила мужу, а сама, скрестив ноги, села на постели, пока он пил. Когда кубок опустел, Вулфгар, влюблено глядя на жену, притянул ее к себе и прижался к губам нежным поцелуем. Эйслинн вздохнула и провела пальцем по щеке мужа:
— Ты устал, господин.
— Верно, но ты добавила в чашу эликсир юности, — прошептал он, лаская губами ее щеку. — Я чувствую себя так, словно день только начинается.
Он ослабил завязки ее рубахи и распахнул ворот. Жадному мужскому взору открылась полная грудь. Его руки обвились вокруг ее шеи, и они порывисто сжали друг друга в объятиях. Губы приникли к губам, и пламя разгоралось все сильнее, но Брайс мирно спал в своей кроватке, не ведая о бушующем урагане.
На следующее утро Вулфгар со своими людьми выехали с самого рассвета и ждали в маленькой рощице, пока дозорные не просигналили о появлении шайки. Они пустили коней во весь опор, и, когда прибыли на место, первый дом только занялся. Охапки сена были разбросаны так беспорядочно, словно их просто не успели поджечь, но отряду удалось спасти жилище крестьянина.
На холме вспыхнуло яркое пятнышко, и Вулфгар снова вскочил в седло. На сей раз пожара не было, лишь все еще дымился небольшой костер, разложенный грабителями. Они снова скрылись, но не успели замести следы. Уверенность в близком успехе подогревала пыл норманнов. Всадники пришпорили коней. Последовал новый сигнал, и они свернули на юг, как раз вовремя, ибо показались фламандские штандарты. Налетчики снова бросились врассыпную, и люди Вулфгара отправились в погоню.
Просигналили еще раз, и по приказу Вулфгара его люди ринулись на север. Они взобрались на вершину холма, как раз когда незваные гости вновь собрались, и норманны возобновили преследование. Разбойники поскакали к краю болота и вновь рассеялись. Воины Вулфгара бросились за ними, выманили фламандцев из укрытия, и вскоре двое уже лежали, пронзенные стрелами. Вулфгар подтвердил, что они действительно фламандцы, правда, на одежде не было гербов и никто не смог назвать имя их предводителя.
Остальные скрылись, и воины в ожидании сигнала от часовых немного отдохнули и перекусили. Однако в этот день удача им больше не улыбнулась. Наступила тьма, но грабители больше не показались. Пришлось возвращаться в дом. Вулфгар почувствовал себя немного увереннее. Мародеры не нашли сегодня ни отдыха, ни еды, и теперь до рассвета им придется так или иначе пополнить припасы. Вулфгар поклялся, что не даст покоя грабителям, пока они не покинут его земли или не сдадутся. У него уже возник план разоблачения предателя, хотя пока невозможно было сказать, кто из горожан или домочадцев нарушил клятву верности.
Позже он пригласил Эйслинн и Болсгара прогуляться по морозцу.
— Нужно во что бы то ни стало обнаружить того, кто столковался с врагом. Мои люди будут покидать дом по двое еще до восхода солнца и ждать за холмом. Я отправлюсь с Суэйном и Гауэйном, чтобы попытаться найти фламандцев.
— Вулфгар, опасно выезжать с такими малыми силами, — пробормотала Эйслинн. — Их человек двадцать или больше.
— Но, любовь моя, выслушай же, — попросил он. — Я соединюсь со своими людьми, и мы не спеша поедем на восток, где в последний раз видели налетчиков. Должно быть, они раскинули лагерь неподалеку. Вы с Болсгаром будете следить за домом и городом. Если кто-то выйдет в неурочный час, вы его увидите и пошлете гонца. Как только мы убедимся, что они предупреждены, снова попытаемся их рассеять, прежде чем они наделают бед. Может, даже сумеем прикончить нескольких, а если к тому же отыщем шпиона, значит, одержим победу.
Болсгар согласился, и, уверившись, что Вулфгар не подвергнется опасности, Эйслинн наконец кивнула. Вулфгар обнял жену за плечи:
