Читаем без скачивания Лейна - Петрова Елена

– Я… я сейчас… извините… – Губы непроизвольно искривились в виноватой улыбке. Я попыталась развести ладони, чтобы, как в детской игре в «колечко», передать юный мир Торну.

– Ну уж нет! – возмутился Демиург. – Раз начала – заканчивай, а мы тебя подстрахуем.

– Но… я… я же не знаю, что делать дальше! – Меньше всего мне хотелось испортить результат наших трудов.

– У тебя неплохо получалось, – ухмыльнулся Торн.

– Да, пока вы меня не сбили, – пробурчала я. – Ладно, что делать дальше?

Странная эйфория, позволяющая творить, ушла, оставив сожаление и печаль. На моих призрачных ладонях сиял крошечный нестерпимо‑золотистый шарик, окруженный пятью «планетами». Присмотревшись, я убедилась, что они тоже светятся… хотя и гораздо более скромно.

Торн ухмыльнулся, подтянул мои ладони практически к своему носу и, насмешливо приподняв бровь, сделал над миром несколько круговых движений указательным пальцем левой руки, словно перемешивая что‑то. Планеты слегка сместились, занимая более правильное, с точки зрения Творца, положение.

На мгновение юную планетную систему накрыла сложнейшая, похожая на тончайшую филигрань из лунного света трехмерная сетка с расчетами. Затем Торн удовлетворенно хмыкнул, одобрительно потрепал меня по остаткам прически и скомандовал:

– Отпускай его… только осторожно!

Я покорно раскрыла ладони. Ощущения были просто непередаваемые – это был чистый восторг. Лучше, чем первый прыжок с парашютом, лучше победы, лучше секса… совершенная эйфория.

– Идем! – Непривычно серьезный Торн вцепился в мое плечо.

– Еще немного… – Я просто пьянела от наплыва чувств.

– Немедленно! – рявкнул Творец… и неожиданно залепил мне пощечину.

– Что?! Какого черта?!

Зажмурившись, я очнулась в нормальном мире. Дико кружилась голова, внутри словно порхали бабочки – странная эйфория последовала за мной в реальность.

– Лейна, прости, что я тебя ударил, но времени объяснять что‑либо просто не было – ты едва не сгорела.

– Я… что?

– Ты должна была слышать, что некоторые Творцы погибают при создании миров. Растворяются в них… Это едва не произошло с тобой. Хотя я предпочитаю термин «гореть», он точнее передает происходящее.

Я ошеломленно застыла. Мне только что с мягкой улыбкой сообщили: смерть прошла совсем рядом.

– А где Харон?! ‑ Я испуганно огляделась.

– Да вон он лежит. Не пугайся, у него обычное истощение. Все же он второкурсник. Вот я и выкачал из него больше, чем из тебя… хотя зря, наверное… надо было наоборот поступить!

– Извините, я, похоже, все испортила, – мне было нестерпимо стыдно.

– Да нет. Как ни странно, ты все сделала удивительно правильно. Даже расстояние от звезды до планет рассчитала почти идеально! Хотя я так и не понял, какого демона тебе потребовалось кольцо астероидов между четвертой и пятой планетами, это же не имеет никакого смысла. Да и газовый гигант – сплошная трата ресурсов… Но для первого раза – просто превосходно!

– Торн… а газовый гигант – пятый по счету?

– Да, сразу за поясом астероидов, – заинтересованно отозвался Демиург.

– А планета, пригодная для жизни, третья, так? – Это было скорее утверждением, чем вопросом.

– Ну, если честно, то для создания жизни подходят три планеты – со второй по четвертую, но условия на третьей действительно почти идеальные. А почему ты спрашиваешь? – насторожился Торн.

– Да так, проверяю, насколько правильно я все запомнила.

Уф… еле выкрутилась! Вряд ли предок Кэртена обрадовался бы, узнав, что его уникальный мир все же является копией. Не Эдема – Солнечной системы… Кто бы мог подумать, что любовь к астрономии сыграет со мной такую злую шутку.

Открыв двери и впустив в залу нервничающего правнука и Адель, Торн бросил в мою сторону странный изучающий взгляд. Это изрядно меня насторожило. Не хватало только еще одного игрока в партии за мою тушку. От размышлений меня оторвал тихий вскрик Адель. Она подскочила к Харону, валяющемуся на полу, словно сломанная кукла, и, рявкнув на Кэртена, с поразительной для столь хрупкой девушки силой втащила несопротивляющееся тело в воронку портала.

– В лечебницу, – пояснил Кэри в ответ на вопрос в моих глазах.

– Пожалуй, я бы тоже отлежалась, – поморщившись, призналась я.

Эйфория схлынула, и меня пошатывало от слабости. Нехорошее ощущение, что я сейчас последую за Хароном в глубокий обморок, все усиливалось… Трэш!

Последнее, что помню – летящий в лицо мрамор пола. Кажется, выставить руки перед лицом я успела…

Большую половину следующей декады мы с Хароном провели в небольшом флигеле, где располагалось закутанное в целебные Потоки лечебное отделение. Правда, в отличие от Демиурга я пришла в сознание уже на следующий день после обморока. Он же провалялся трое суток под тихие причитания Адель.

Кэртен приползал к нам вечерами, с каждым визитом все больше напоминая свежевыкопанного зомби. Торн занимался подгонкой мира под какие‑то ему одному известные параметры, нещадно эксплуатируя при этом правнука.

На десятый день с момента сотворения Глава Рода дер Сэннет собрал нас в уже знакомой зале, дабы продемонстрировать результаты.

По его словам, нам было чем гордиться. Даже опытной команде Творцов требовалось бы не менее шести‑восьми дней для создания мира. Мы управились за десять.

Это было… странно. Да, каюсь, расположение планет (по крайней мере, первых пяти) было практически идентично нашей Солнечной системе… но в то же время было ясно, что это совершенно различные миры. Условная «Земля» имела два спутника, «Марс» – небольшое кольцо, вместо двух лун, а «Венера» была настолько ближе к третьей планете, что имелась реальная возможность в дальнейшем попробовать создать там жизнь, аналогичную земной.

За прошедшие пять дней Торн прокрутил не менее четырех миллиардов лет. В результате вместо раскаленной, плюющейся вулканами планеты нам предстала вполне невинная картина – мир голубых океанов и коричневато‑золотистых полосок земли с незначительной тектонической активностью. Материки юной планеты своими очертаниями ничем не напоминали мою родину, забавно скучковавшись в центре, в районе экватора. И тем не менее я ощущала этот мир как родной… Теперь мне было ясно, почему семья Кэртена считала столь важным участие владельца мира в его создании.

Вздохнув, я раскинула руки и ветром полетела в раскрывающийся подо мною мир, слыша рядом счастливый смех своих друзей. Кажется, никогда раньше они не были мне так близки…

Глава 3

– Выше голову! – сказал палач, накидывая петлю.

Станислав Ежи Лец

Лейна

– У нас осталось несколько дней. – Кэртен с удовольствием потянулся и одарил меня сытой усмешкой. – Предлагаю повеселиться и отпраздновать наше невероятное везение! Кстати, ты можешь потрясти моего прадеда – обычно Творцам хорошо платят: артефакты, услуги… поверь, моя семья не обеднеет.

Мы удобно устроились на устланном звериными шкурами полу небольшой затененной террасы в компании сэльфинга и Филиппа. Белокурый растрепанный эльфенок не отлипал от своей пушистой игрушки ни на минуту. Малыш притворно вздыхал, но я чувствовала, что ему действительно нравится этот ребенок, и потому не вмешивалась. Адель и Харон опять куда‑то пропали. В последнее время они все чаще уединялись, оставляя меня наедине с Кэртеном. А у того появилась нервирующая привычка – искоса рассматривать меня, когда я отворачивалась. Странный изучающе‑вопрошающий взгляд беспокоил…

– Услуга, говоришь?…

– Ты что‑то хочешь? – заинтересовался Демиург.

– Если честно, мне ужасно хочется побывать на Ларелле. Это мир, с которого я пришла сюда…

– Да, я помню, ты показывала при прямом контакте. Так в чем проблема?

Я грустно усмехнулась:

– Если бы все было так просто! Я же не знаю координат… ну, местонахождения мира.

– Лейна, не говори глупостей, – отозвался Кэртен. – Даже я смогу вытащить координаты этой Лареллы из твоей памяти, не говоря уже о Торне.

– Возможно, ты и прав, – не стала спорить я. – Но это все равно ничего не меняет! За оставшиеся два дня я успею разве что доехать от портала до Сартара, сказать «здрассьте» и отправиться обратно, потому что через три дня, если ты не помнишь, у нас начнутся занятия! А я хотела бы повидать всех своих друзей и убедиться, что с ними все в порядке…

– А что, если… – Кэртен покосился на меня и закусил губу.

– Что? Кэри, раз уж начал, договаривай! – Я приподнялась, напряженно ожидая ответа.

– Понимаешь, это используется крайне редко, но такое возможно… – отрешенно признал Кэртен, явно что‑то просчитывая. – И я иду с тобой!

– Зачем? – искренне удивилась я.

– Хочу посмотреть на тот мир, на твоих друзей… и поговорить с Тиль, – преувеличенно честно признался он.