Жрец вывернулся и полоснул Джастина кинжалом по щеке. Тело пронзило дикой болью – опять! И она была даже сильнее, чем когда пострадал ворон!
«Как ты?» – жалобно спросил Магнус.
А мужчина узнал Джастина и шагнул вперед.
– Служитель… Надо же. Не ожидали увидеть вас здесь, сэр.
– Почему? Надеялись, что ваш убийца меня раньше прикончит?
За спиной противника Джастин прекрасно видел дерущегося Доминика – тот отбивался от противника, вооруженного вторым пистолетом. Доминику помощь не требовалась, но теперь бой давался ему с трудом. В общем, Джастин должен был рассчитывать только на себя одного.
– Убийца? – искренне удивился прислужник Морриган.
Его изумление выглядело даже комичным.
– Поддельная дама-нордлинг, умеющая вовремя превращаться в ягуара.
Тот покачал головой:
– Зачем мне подсылать к тебе убийц? Твой бог – кто бы он ни был – слишком слаб, чтобы тягаться с моей госпожой. Ей нет до него дела. Наверное, ты заслужил ненависть другого божества.
– Да? Тогда почему… – возразил Джастин и осекся – Мэй спрыгнула с алтаря.
Глаза преторианки заблестели, и она бросилась на высокого жреца. Тот упал, но превратился в дым и улетучился – а Мэй не успела прижать его к полу. Жрец сразу же перекинулся в человеческий облик – и принялся кружить вокруг Мэй с выражением крайней ярости на лице. Куда девалось презрение, которым он облил Джастина! Оба, не отрываясь, следили друг за другом, и Джастин понял, что присутствует при поединке эпического размаха. Даже божество, несомненно, находящееся в зале, казалось, затаило дыхание.
Доминик сказал чистую правду насчет того, что Мэй мигом оправится. Признаки адреналинового шока как рукой сняло. Она, хищно щурясь, присматривалась к жрецу, а потом резко откинулась назад на алтарь всем своим телом. Громадная плита, стоящая на двух увесистых камнях, задрожала и незамедлительно обрушилась. Вероятно, Мэй выбрала нужную точку для удара. Воздух в зале завибрировал, и прислужник Морриган охнул.
– Что такое, Эмиль? Не нравится? – улыбнулась Мэй и попятилась к стене. Не сводя с него глаз, она ухватила маску богини – и швырнула ее на пол. Та разлетелась на мелкие кусочки.
– А как тебе это?!
Эмиль побагровел от гнева:
– Ты… заплатишь за святотатство! Ты умрешь!
– Не сегодня, – холодно отозвалась Мэй. – И даже если я погибну сегодня – то не во славу твоей богини. Ей я не достанусь.
– Она создала тебя! Ты принадлежишь ей!
– Она более не имеет прав на меня, – парировала Мэй и расколотила очередную маску.
– И на других – тоже не имеет! Хватит ей уже кровавых жертв!
До сего момента Эмиль казался выдержанным и спокойным – но тоже поддался эмоциям. Он взмахнул серебряным кинжалом и бросился на Мэй, обратившись в дым – правда, совсем ненадолго, – и удивленно захлопал глазами. Однако ему все равно удалось близко подобраться к Мэй.
Доминик как раз расправился с остальными и прицелился в Эмиля из отобранного у врагов пистолета. Джастин кинулся к нему:
– Нет! Мэй должна сделать это сама!
– Но она безоружна, – ответил Доминик.
Эмиль гонялся за Мэй – та весело водила его за нос, обрушивая на пол все, что попадалось под руку. Она убегала, он догонял, но в последний миг останавливался. Зрелище выглядело странно, и с каждой разбитой маской Эмиль слабел. Теперь он даже не мог превратиться в тень, хотя оставался быстрым и сильным – хотя уже не обладал сверхъестественной мощью. Он был не способен тягаться с преторианкой!
– Подожди-ка, – пробормотал Джастин. – У нее все получится…
Мэй перебежала на середину зала, Эмиль кинулся за ней. И тут – увы, слишком поздно! – Джастин увидел то, чего не заметила Мэй: одна из лежавших жриц пришла в себя. Женщина села и схватила за ногу Мэй, сосредоточенную на смертельном поединке. Мэй споткнулась, а Эмиль пошел ва-банк – метнул кинжал в преторианку, целясь прямо в сердце. Джастин понятия не имел, действует ли еще заклинание, которое защитило Мэй раньше, – впрочем, в этом не было нужды.
Мэй взревела, выдрала ногу из объятий сектантки – и одновременно выхватила инкрустированный янтарем кинжал из голенища сапога. Эмиль целиком сконцентрировался на броске и не обратил внимания на оружие Мэй. Он подскочил к ней вплотную и опрокинул на пол, но удача от него уже отвернулась. Мэй вонзила клинок ему в бедро, Эмиль пронзительно заорал и скорчился на каменных плитах. Он выронил свой нож и попытался откатиться в сторону. Это целиком и полностью устроило Мэй – она перевернула врага на спину, уселась сверху и вонзила янтарный кинжал ему в грудь. Глаза жреца широко распахнулись от боли и ужаса, но на сей раз он не закричал. Мэй подождала пару секунд, вытащила лезвие из раны Эмиля и поднялась ноги. Она стояла над своей жертвой с непроницаемым лицом и наблюдала, как Эмиль истекает кровью. Прошло еще несколько бесконечных секунд, и Эмиль затих. В воздухе раздался тихий, электрический треск – и кожу Джастина перестало покалывать. Сила богини ушла из зала.
– Никто никогда не ожидает удара ножом, – бесстрастно проговорила Мэй.
Она пытливо изучала распростертое тело Эмиля, а потом вдруг изумленно вскинула голову:
– Морриган исчезла!
И она радостно вцепилась в руку Джастина.
– Ты чувствуешь? Воздух… он больше не давит! Она была здесь раньше, пыталась залезть в меня! Но не смогла. Это из-за тебя, правда? Ты что-то сделал, да?
– Я… не знаю, – признался он – свет в ее глазах завораживал. – Просто я кое-чему научился.
– Учись дальше, – пылко заявила она. – Возможно, таким образом мы сможем удерживать ее от меня на расстоянии!
«В этом нет необходимости, – сообщил Гораций. – Мэй свободна. Морриган потерпела поражение и покинула земной мир. Когда-нибудь она сможет нарастить свою мощь и вернуться, но сейчас все ее приспешники мертвы, а связи оборваны. Ты чувствовал, как Мэй их отсекала. Храм разгромлен, жрецы убиты… ей нанесли сокрушительный удар. Тот парень вообще был верховным жрецом, но теперь он уже никому не причинит вреда».
«А кинжал?.. Из-за него все вообще прахом пошло», – встрепенулся Магнус.
«Почему ты так решил? – поинтересовался Джастин. – В смысле, что случилось, когда Мэй вонзила нож в сердце жреца?»
«Кинжал с янтарной рукоятью благословило божество – впрочем, как и те серебряные клинки, – охотно объяснил Магнус. – Возможно, это сделали бог или богиня, которым поклоняется человек, передавший Мэй оружие».
«Вы про Каллисту?»
«Нет».
Джастин поделился новостями с Мэй: дескать, вороны считают, что Морриган покинула наш мир. Про то, что изящный кинжал исполнен сверхъестественной силой, он решил пока не упоминать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
