Именно он на следующей палатке. Прим. – автора).
Третий флаг, и он был снова трехцветный, и очень похож на первый за исключением одного цвета, состоял из трёх вертикальных полос – зеленой, белой и красной. И то, что это кто-то из Европы, НаБом уж точно знала. Ее знакомой из Европы привезли какую-то жутко дорогую модную сумочку, как раз из этой страны чей флаг она сейчас видела, она его хорошо запомнила, очень уж он красиво смотрелся на шильдике модной женской сумочки, но вот название этой страны сейчас напрочь вылетело у нее из головы.
К тому же, палатка на которой развевался этот флаг, была внешне самой вместительной, и что примечательно даже сама палатка была в цветах этого самого флага что развевался над ней.
(Флаг Италии представляет собой прямоугольное полотнище, состоящее из трёх вертикальных равновеликих полос: зелёной у древкового края, белой — в середине, и красной — у свободного края полотнища. Отношение ширины флага к его длине — 2:3. Изначально, утверждён как флаг Циспаданской республики 9 декабря 1797 г. Разумеется, на палатке именно он. Прим. – автора).
Но если с этими тремя флагами в плане опознания у госпожи начальника тюрьмы возникли какие-то проблемы, то вот оставшиеся два, таких затруднений априори не вызвали.
Звёздно-полосатый флаг главного союзника и самого важного партнера Южной Кореи, знал в Корее каждый гражданин.
Впрочем, каждый в Корее прекрасно знал и следующий флаг - белое полотно с большим красным кругом в середине, олицетворяющим восходящее солнце, бывший злостный оккупант и враг, а нынче один из союзников и главных торговых партнеров – государство Япония!
Но даже узнавание двух из пяти, ну или трех из шести, учитывая испанцев, символов государственности иностранных стран не принесло НаБом особой радости. Наоборот! Дело похоже резко выходило на неожиданно высокий уровень. Международный уровень. И что теперь со всем этим делать, что делать с этими иностранными гражданами она решительно не представляла. Впрочем, что, что, для начала надо хотя бы поговорить.
Конечно вероятность того, что эти поклонники и сторонники Агдан послушают ее и свернут палатки и уедут прочь стремится к нулю, но как там ДаХе говорила словами этого полицейского Чон ДжонСо? … главное показать свою работу с этими протестующими, ну или … попытку такой работы, ну а то что она получилась не совсем удачной, то что делать ну … вот так получилось. В конце концов переговоры с протестующими у тюрьмы иностранцами это что-то очень далекое от ее прямых обязанностей. Так что сейчас для начала короткие переговоры, надо так сказать уже официально узнать цели этого протеста, впрочем, они уже довольно очевидны, ну а после этого нужен новый срочный доклад начальству в Сеуле, все остальное пока подождет.
НаБом уже поджидали, знакомые испанские лица, правда что-то не видно этой вчерашней красотки, неужели уехала? Но зато на месте эта вчерашняя переводчица, как ее там? Ах да, На КенВон! Ну сейчас хоть не будет языкового барьера.– облегченно выдохнула НаБом про себя, разумеется.
Кстати, встретили ее не сказать, что дружелюбно, что, впрочем, и не удивительно, учитывая вчерашний день, когда в полицию отправилась это трио испанцев с их переводчиком. Хорошего отношения к себе, этим она явно не заработала в глазах встречающих. Отсутствие испанки при этом в полной мере компенсировалась кучей практически одинаковых европейских лиц, в основном мужских, но мелькнуло и несколько женских.
Хотя насчет европейских лиц НаБом несколько погорячились, разбавляли это вегуинское столпотворение и лица явной азиатской наружности. Похоже те самые японцы, чей флаг и палатку она уже заметила. А вообще, ее окружили где-то под пятьдесят незнакомых и совсем не дружелюбных иностранных граждан, ну за исключением разве что переводчицы. Но у той дружелюбие, это как говорится издержки профессии.
Внутренне НаБом поежилась, но внешне это никак не сказалось на ее виде. Как, впрочем, и на виде ДаХе пришедшей с ней, та тоже невозмутима и спокойна, хотя вполне возможно, что про себя костерит начальство на все лады. Взяли и сами сунули голову в пасть льву, ну или применительно к данной ситуации пришли на разборки к непонятным иностранным гражданам, на разборки, которые заранее обречены на неудачу, что вполне понятно, учитывая столь разные цели сторон. Тем не менее взяв себя в руки, НаБом заговорила, обращаясь к переводчице.
- КенВон, скажи всем собравшимся мое простое требование, пусть они немедленно покинут территорию, прилегающую к тюрьме. Даю на это час времени. В противном случае, через час буду вынуждена вызывать полицию.
Толпа вокруг сразу недовольно загудела, еще до перевода, вряд ли они поняли корейский, но универсальное слово «полиция», явно им не понравилось. В принципе не нужно было быть гением чтобы понять в каком контексте это слово может быть упомянуто госпожой главной по тюрьме. Только в сугубо отрицательном!
Поэтому толпа, что-то громко говоря на разных языках, этакой волной недовольства и зла окатила выступающую НаБом, при чем сделала это так ощутимо, что она растерянно замолчала. КенВон тем временем перевела все это на английский, тот очевидно был универсальным языком в этом Анянском столпотворении.
После этого, недовольство в сторону главной из Анян несколько активизировалось, тут и там раздались уже более гневные выкрики на разных языках, к сожалению, а может и к счастью для нее, что там кричат в ее адрес окружающие ее она не понимала, но то что это явно что-то нелицеприятное, это понятно и так. Да и вряд ли окружающие хотят выразить ей благодарность за ее безупречную работу.
НаБом съежилась и похолодела, внутренне опять же, внешне она по-прежнему стояла также спокойно, хотя даже на лице невозмутимой до этого ДаХе, проявились признаки определённого беспокойства. А тем временем толпа похоже разогревала себя, еще немного и может произойти и что-то непоправимое, в первую очередь для самой НаБом, ну и может быть, и ДаХе достанется что говорится за компанию.
И вот когда уже казалось, что сейчас разгоряченная и что-то выкрикивающая толпа вот-вот набросится на представителей тюремной администрации Анян, раздался спокойный женский голос, произнесший на английском. Голос, который словно по мановению волшебной палочки прекратил все зреющее недовольство, чуть было не перешедшее в рукоприкладство.
What's going on here?
(Английск. – Что здесь происходит?).
