двух съездах российских адвокатов.
Общественная деятельность М.М. Винавера протекала в двух сферах – общероссийской либеральной и национально-еврейской (в основном также либеральной). Будучи активным членом легального «Общества для распространения просвещения между евреями», он в начале 1890-х годов возглавил созданную при этом обществе Историко-этнографическую комиссию, сделавшую очень много в своей области. В 1901–1905 годах он был одним из руководителей журнала «Восход» – ведущего еврейского издания на русском языке. Широкий резонанс вызвали выступления Винавера на судебных процессах, связанных с Кишиневским и Гомельским погромами, и его активная роль в Бюро защиты еврейских прав. В 1905 году он руководил совещанием еврейских общественных деятелей, учредившим «Союз для достижения полноправия еврейского народа в России», и активно участвовал в его работе.
С началом первой российской революции (1905–1907) М.М. Винавер стал широко известен и как политический деятель. На I (учредительном) съезде Конституционно-демократической партии, прошедшем в Москве 12–18 октября 1905 года, Винавер входил в бюро съезда, а затем был избран в состав ЦК партии.
В ходе работы II партийного съезда Винавер председательствовал на заседании 8 января 1906 года (где обсуждался аграрный вопрос), а на заседании и января выступил с докладом о тактике партии. Здесь подчеркивалось, что «в переживаемый нами момент принадлежность к партии в большей мере определяется тактическими, чем программными соображениями», и ставился «общий вопрос о том, какова наша тактика, какую позицию мы занимаем по отношению к тактическим приемам, выдвинутым другими политическими группами, стоящими вне нашей партии». По существу, речь шла об отношениях с другими оппозиционными партиями – особенно в ходе избирательной кампании и работы в будущей Думе. Идея вооруженного восстания отвергалась изначально.
Вскоре к партийной деятельности М.М. Винавера прибавилась парламентская: он был избран депутатом I Государственной думы от Петербурга. На заседании ЦК 8 апреля 1906 года именно он выступил с докладом о плане действий партии в Думе. Как сказано в официальном отчете ЦК, «этот доклад, после внимательного обсуждения его в Комитете, лег в основу всей тактики Конституционно-демократической партии в первой Думе. Здесь впервые в виде стройной законченной схемы была установлена и необходимость ответного адреса на тронную речь, и его содержание программного характера (причем предусматривалось, что если тронной речи не будет, то необходимо будет начать свои действия в Думе особой декларацией такого же программного содержания). Далее выяснен был список законопроектов, которые партия должна будет немедленно внести и проводить в Думе».
На том же заседании кадетского ЦК Винавер был включен в состав особой комиссии (позже получившей наименование «законодательной») для выработки четырех важных законопроектов: об отмене смертной казни; об отмене положений об усиленной и чрезвычайной охране; о неотложных изменениях в уголовном законодательстве (в частности, о восстановлении в полной силе суда присяжных); о гражданском равноправии.
Период работы в I Думе можно считать пиком политической карьеры М.М. Винавера. Будучи избранным товарищем руководителя кадетской фракции (И.И. Петрункевича), занимавшей по существу ведущее место в Думе, он сыграл весьма заметную роль в жизни первого российского парламента. В основу ответного думского адреса на тронную речь легли положения, сформулированные Винавером в упоминавшемся докладе на заседании ЦК 8 апреля.
13 мая 1906 года М.М. Винавер выступил с думской трибуны с ответом на только что оглашенную министерскую декларацию. Речь его начиналась такими словами: «В тронной речи, к нам обращенной, сказано было, что для преуспеяния страны недостаточно одной свободы, нужен и порядок. В ответ на это мы сказали Верховной власти, что ни свобода, ни порядок немыслимы, доколе нет в стране гражданского равенства. Нельзя говорить о конституции, об ограждении личности от произвола, когда произвол сам собой, как злое зелье, вырастает на ниве бесправия. Нельзя говорить о контроле над должностными лицами, когда сам закон дает им возможность подавлять естественное право человека – считать себя равным со всеми людьми. В ответ на эти указания в декларации, представляющей из себя объемистый ответ, употреблена фигура умолчания. Здесь уже указывали, что наши министры не всегда знают, о чем говорят, но я думаю, они всегда хорошо знают, о чем им следует молчать».
И в других своих думских выступлениях М.М. Винавер вновь и вновь возвращался к проблемам гражданского равенства (в том числе в связи с еврейским вопросом) и произвола администрации (включая ее очевидную роль в этих погромах).
Но, пожалуй, главную роль в думской работе Винавера занимали внутридумские проблемы, взаимоотношения кадетов с левыми фракциями – трудовиками и социал-демократами. В 1907 году Максим Моисеевич выпустил книжку «Конфликты в Первой думе», где эти проблемы подробно анализировались. По словам Винавера, «Первая дума собиралась среди бурного порыва юного, чуждого хладным расчетам восторга; улица, общество, печать бравировали термином „конфликт^ К конфликту никто сознательно не стремился, но о нем говорилось почти игриво. Опьяненное успехом общество было уверено, что, когда грянет буря, кто-то за думу постоит, и народное представительство выйдет из борьбы еще крепче. Конечно, общество соглашалось, что лучше подыскать для конфликта случай более удобный, более понятный населению, но раздраженное чувство то и дело толкало думу на конфликт по всякому поводу». Далее Винавер отмечал, что этому «раздражению» чаще всего поддавалась левая, некадетская часть думской оппозиции: «Не имея никакого определенного тактического плана, не связанное ни вчерашним, ни завтрашним днем своим, оно потому столь склонно было рефлекторно откликаться на все возбуждения, непосредственно на него действующие, исходящие от внедумских кружков и беспартийной печати… Что за этим раздражением должно было следовать, какие имелись в виду ресурсы для реализации его на случай решительного конфликта, для нас оставалось неизвестным…»
В своей получившей большую известность брошюре Винавер доказывает, что именно кадетская фракция в I Думе была по сути единственной, кто фактически проводил политику «бережения Думы»: «Думу, в конце концов, не удалось спасти; конфликт произошел на почве, для населения наиболее понятной, на аграрном вопросе; все оппозиционные фракции думы (не одни кадеты, но и трудовики, и социал-демократы) обратились к стране за поддержкою – и тем не менее поддержки не последовало».
Здесь имеются в виду события, последовавшие после роспуска I Думы, в том числе история знаменитого Выборгского воззвания, с которым депутаты распущенной Думы обратились к населению. (События эти были затем описаны Винавером в воспоминаниях «История Выборгского воззвания».) За подписание этого документа Винавер, как и другие депутаты, был осужден и в 1908 году провел три месяца в тюрьме. В результате он лишился избирательных прав и в последующих Думах работать не мог. Основной ареной его политической деятельности остался ЦК кадетской партии.
Меньше занимаясь теперь политикой, М.М. Винавер продолжал активно работать в других сферах – профессиональной и общественной. Так, он сыграл активную роль в создании Еврейского
