надоело лежать в больнице, так что через месяц, когда стала более-менее спокойно передвигаться, решила выписаться с обещанием заботиться о своём здоровье и регулярно посещать врачей.
Тогда-то я и вернулась к себе домой.
С переездом вновь помогал секретарь. Молодой мальчишка, худенький, невысокого роста, но до последнего преданный работе. Ну, и, наверняка, с определённым чувством вины… В любом случае, когда я вернулась в свою квартиру, сестрицы там уже не было. Как и большей части вещей. Техника, дорогая и стильная одежда, украшения и даже мебель — она многое успела продать за четыре месяца. Но на месте остались моя кровать, мой ноутбук — даже удивительно — пара кухонных тумбочек и газовая плитка с одной конфоркой. Хех… Вспоминаются студенческие годы.
Холодильника нет. Телевизора, кресел и дивана нет. Даже книжного стеллажа нет, а все мои книги выстроены стопочкой на полу вдоль стенки. Хорошо, что хотя бы это не выкинула.
Книги… Мои любовные романы, которые я покупала за копейки. Когда посмотрела на них, в груди неожиданно запульсировала боль, а дышать стало трудно. Но это лишь иллюзия. Я должна с этим свыкнуться…
— Завтра я позабочусь о том, чтобы замки в квартире были сменены, — заверил секретарь и поставил сумки с вещами, которые мы притащили из больницы, на пол. — Так же что-нибудь подумаю о приобретении новой техники.
— Не нужно, — отмахнулась я, даже не смотря в его сторону. — Я всё равно редко пользовалась.
— Но!.. — попытался противостоять он. — Это довольно неудобно. Босс, вам непременно нужен холодильник, чтобы хранить еду и… стиральная машина. Ваша сестра… она… Эх, — выдохнул парень, явно не решаясь сказать, что он думает на самом деле. — В любом случае, врачи сказали заботиться о вашем здоровье. Это необходимо.
— Что ж… — равнодушно произнесла я. — Оставлю это на тебя. Ты и так неплохо со всем справлялся, пока я отдыхала.
— Босс… — похоже, он не был со мной согласен в этом, но опять-таки решил не спорить. — Как скажете. Может, хотите чего-нибудь? Заказать еду на дом?
— Нет, — отрицательно покачала головой. — Можешь быть свободен. Просто немного посижу и лягу спать.
— Хорошо, — согласно отозвался тот, после чего попрощался. Обещал, что завтра ещё приедет и займётся дверным замком.
Первое, что я сделала, когда осталась одна, — не раздеваясь плюхнулась на кровать. Уже столько времени прошло с того момента, как я очнулась, но у меня до сих пор остаётся флегматичное состояние. Я бы даже сказала безразличное. В семье не всё хорошо, но мне всё равно. Сестра практически всё распродала, но и это особо не важно. Думаю, если бы она оставила мой дом с одними пустыми стенами без обоев, я бы на это и не взглянула бы. Плевать. Бывает и хуже. И это хуже я уже прожила. Вернее… видела во снах.
Что там дальше? Ах, да… моё детище. Моя работа. Мой торговый центр, который я выстроила с нуля. Я потратила долгие бессонные годы на то, чтобы сделать его таким, какой он сейчас есть. Я могла голодать, идти по головам, выжимать из себя последние капли пота, но добиться успеха. Получить прибыль. Но почему сейчас всё так изменилось? Почему меня даже не интересует, как там идут дела сейчас? Заключили ли контракт с немецкой фирмой, над которым мы работали полгода? Заполучили ли выгодную поставку? Почему меня это теперь вообще не волнует?
Всё кажется… нереальным. Пустым. Неважным.
Лежала на кровати уже несколько часов, так и не переодевшись. Да что там — даже свет не включила. За окном давно стемнело и начался проливной осенний дождь. Крупные капли барабанили по окну, стекая ручейками по стеклу вниз.
Красиво…
Вода сверкала в лучах уличных фонарей, переливалась практическими всеми цветами радуги. Так же были заметны фары проезжающих мимо машин. До сих пор не могу привыкнуть к звукам городского транспорта. Если подумать, в прошлом я не могла сидеть в тишине. Даже когда читала, на заднем фоне должна была играть какая-нибудь музыка. Тишина нагнетала и давила на сознание, но сейчас я понимаю, что мне даже телевизор особо не нужен. Радио? Компьютер? Дополнительный звуковой фон? Нет. Всё это ерунда. Без этого спокойно можно жить. Отказавшись от роскоши, благих удобств и цивилизации, жить можно… но получается ли?
***
Хоть я и вернулась домой, к работе меня пока не подпускают, а я хочу себя чем-нибудь занять. Хочу почувствовать себя живой. Когда находишься в больнице, в полной мере понимаешь своё одиночество. Меня не навещало много людей. Родители приходили пару раз и только с тем наклоном, что им нужно решить финансовые проблемы, а после перестали навещать, так как это дорого и им не по карману. А про сестру… Что ж, тут и так всё ясно. Хоть я её ни в чём и не винила, она была настроена агрессивно. Наверняка подсознательно чувствовала вину, но не желала с этим мириться. Поэтому сразу начала защищаться.
Так же кроме родителей навещали сотрудники с работы, но, по большей части, чтобы проконсультироваться касаемо проектов.
Друзей у меня не было. Были приятели, с которыми можно было выпить, обдумать совместные планы по работе. Но не было тех людей, с которыми можно было поговорить по душам. Если подумать, то я и не выстраивала такие отношения. Считала их бесполезными.
Были даже любовники, но… это были единичные случаи. И мы встречались исключительно ради удовлетворения, а не ради чего-то большего. И нас это устраивало.
Но даже теперь, понимая, что я одна, мне не было грустно. Я ничего к тем людям не чувствовала. И думала совершенно не о них. Чем себя занять? Что начать делать, чтобы вернуться в то время, когда я руководила торговым центром? Как вновь заставить себя полюбить своё детище?
Я практически всё время проводила дома. Иногда выходила на прогулку вокруг дома и до продуктового магазина, и то это было в редких случаях, так как в основном все необходимые продукты заказывали мне на дом. Секретарь старался за десятерых, за что я ему благодарна. Его видела чаще, чем членов семьи, хотя так было и раньше.
Он мне напомнил кого-то. Кого-то несуществующего. Кого-то, по кому я скучала… Уильям? Да. Хотя он и постарше будет. Не тринадцатилетний мальчишка, а ему почти под тридцать, но из-за его невысокого роста, стройного тела и поведения выглядит значительно моложе. Он проводил практически всё внерабочее время со мной, если не считать того факта, что ночевать возвращался к себе домой. А ведь, кажется, он женат. Деталей
