и Кусака изображают из себя рыцарей с молотками в руках вместо мечей. А Кусака сказал, что и в своей комнате вентиляцию заколотит.
– Что ж, наверное, так и в самом деле спокойнее… Но от этого стука можно сойти с ума. Ну разве можно так под Новый год!
– Одно беспокойство.
И тут в салоне появился человек, от которого беспокойства еще прибавилось.
– Нандаймон-сан! – послышался громкий голос Митараи. Он, видимо, хотел обратиться к кому-то по имени, но забыл, как того зовут, поэтому получилась бессмыслица[91].
Никто не отвечал, в салоне стояла напряженная тишина.
Митараи в недоумении наклонил голову, а молодой полицейский каким-то шестым чувством догадался, что дело касается его, и встал. Молодец! Как он сообразил?
– Меня зовут Анан…
– Ох, извините! Подскажете, как добраться до полицейского управления в Вакканае?
– Да, конечно.
Число, месяц и год рождения Митараи запоминает сразу, а вот с именами у него проблема. Даже не пытается запомнить. Такой уж человек. Какое имя ему в голову придет – то и говорит. И уж если запомнит его, потом всю жизнь будет повторять, сколько его ни поправляй.
Митараи быстро вышел из салона, а вместо него появился Кодзабуро.
– А! Хамамото-сан! – подал голос Окума.
Кодзабуро с трубкой в зубах уселся рядом с ним.
– Куда отправился наш знаменитый сыщик? – обратился к нему Усикоси.
– Он какой-то странный.
– Странный – слабо сказано. Ненормальный.
– Он отвернул Голему голову и сказал, что хочет еще раз показать ее экспертам. Что-то ему показалось подозрительным.
– Вот дает…
– Так он, глядишь, и нам головы поотворачивает, – сказал Окума.
– С таким же успехом могли охранника из универмага прислать.
– Я с этим идиотом позориться не собираюсь, – решительно заявил Одзаки.
– Он нам скоро опять исполнит номер, о котором ты говорил. Психологический этюд. Как вернется, так сразу и начнет.
– Может, уже костер разведем?
– Вообще-то сейчас не время шутить, – сказал Одзаки и с серьезным выражением на лице обратился к Кодзабуро: – А он сказал вам, зачем ему понадобилась голова Голема?
– Ну…
– Не представляю, какая может быть причина.
– Так она мешала ему этюды исполнять!
– Конечно, мне не очень нравится, что он забрал голову, – сказал Кодзабуро, – хотя, может, так надо… Может, он отпечатки пальцев ищет?
– Ума-то у него на это хватит? – сказал Окума, забывая о том, что каждый, и он в том числе, не без недостатков.
– Мы уже проверили отпечатки пальцев, – сказал Усикоси.
– Ну и как? – поинтересовался Кодзабуро.
– Сейчас от этого мало толку. Преступники всё это знают – телевизор-то смотрят… А если преступник находится в этом доме, тем более очень трудно что-либо установить. Ну коснулся человек дверной ручки – и что это доказывает?
– Да, вы правы.
* * *
Митараи вернулся в Дом дрейфующего льда, когда было уже далеко за полдень. Вид у него был довольный. Бодрым шагом он пересек салон и остановился возле меня.
– Судмедэксперт подбросил меня обратно. Сказал, что ему как раз по дороге.
– Надо же!
– Я его пригласил чайку попить.
Митараи сказал это так, будто был в этом доме хозяином. В прихожей действительно стоял человек в белом халате. Думая о чае, мой друг гаркнул во весь голос:
– Нандаймон-сан! Не позовете Кадзивару?
По какой-то причине фамилию повара Митараи запомнил хорошо. Анан, стоявший прислонясь к стене, возражать не стал и отправился за Кадзиварой. С новым именем он, похоже, смирился.
Когда пили чай, стоявшие в салоне большие часы пробили три. Кроме нас с Митараи, в салоне находились три детектива, Анан, Кодзабуро Хамамото, супруги Канаи, Ёсихико Хамамото, Кохэй Хаякава и его жена. В кухне я заметил Кадзивару. Таким образом, отсутствовали Эйко, Куми, Тогай и Кусака. С нами еще был судмедэксперт по фамилии Осада.
Вдруг до нас донесся крик. Мужской голос. Хотя крик – не то слово, это был вопль изумления человека, увидевшего что-то невероятное.
Митараи вскочил, отпихнув от себя стул, и бросился туда, где находился двенадцатый номер. Я непроизвольно перевел взгляд на часы. Даже пяти минут не прошло. Три часа четыре минуты тридцать секунд.
Детективы тоже с криками повскакивали со своих мест, но куда бежать, понять не могли. За Митараи? Несолидно и противно как-то. В итоге за ним последовали только Усикоси и Анан.
Кричать могли либо Кусака, либо Тогай – из мужчин только их двоих не было в салоне. Кто из них – пока не ясно. Но Митараи без малейших колебаний рванул к тринадцатому номеру и забарабанил в дверь.
– Кусака-кун! Кусака-кун!
Вытащил из кармана платок, обернул им дверную ручку, покрутил.
– Заперто! Хамамото-сан, есть другой ключ?
– Кохэй! Быстро позови Эйко! У нее должен быть ключ.
Хаякава убежал.
– Эй! Посторонитесь! – скомандовал подоспевший Одзаки и тоже начал колотить в дверь. Безрезультатно.
– Ломаем?
– Нет! Вот второй ключ, – сказал Усикоси, увидев подбегающую Эйко. – Это он? Дайте!
Ключ повернулся в замке, раздался щелчок. Одзаки быстро повернул ручку, но дверь не открылась.
– О! Второй замок заперт, – сказал Кодзабуро.
На двери каждой комнаты под дверной ручкой, из которой торчала кнопка-замок, имелась овальной формы защелка. Достаточно было повернуть ее, и металлический стержень входил в отверстие в дверном косяке, запирая дверь. Открывалась защелка только изнутри.
– Ломаем!
По команде Усикоси Одзаки и Анан навалились на дверь. Несколько толчков плечом – и дверь сдалась.
Кусака лежал навзничь почти посередине комнаты. На столе раскрытый учебник, который он, очевидно, читал. В комнате полный порядок, всё на своих местах.
Из обтянутой свитером груди Кусаки в районе сердца торчал нож, точно такой же, как те, какими были убиты Уэда и Кикуока. С рукоятки ножа свешивался тот же белый шнурок. Главное отличие от прежних жертв состояло в том, что грудь Кусаки неровно поднималась и опускалась.
– Он еще жив! – воскликнул Митараи.
В лице Кусаки не было ни кровинки, но веки, похоже, были чуть приоткрыты.
Войдя в комнату, Одзаки принялся крутить головой во все стороны. Я последовал его примеру, и мы одновременно заметили на стене нечто такое, что пролило свет на природу совершенных в Доме дрейфующего льда убийств. Приколотый кнопкой клочок бумаги.
[Рис. 8]
– Что ты видел?! Что?! Говори! – вцепившись Кусаке в запястье, кричал Одзаки.
Митараи остановил его.
– Нандаймон-сан, на улице в машине есть носилки. Тащи сюда!
– Какого черта! Что ты тут командуешь?! Ты кто такой вообще, чтобы приказы отдавать?! Вали отсюда! Не путайся под ногами! Дай экспертам работать!
– Обязательно. Мешать не будем. Осада-сэнсэй, пожалуйста.
Доктор Осада, протолкнувшись через толпу, вошел в комнату.
– Ему сейчас нельзя говорить. Это опасно. Не надо с ним разговаривать.
Эксперт
