стоять самостоятельно уже не мог.
- Отныне назначаю ванактом ударной фаланги «Тритон»! Сражайся с честью! – сурово сказал Кэп, - За Мака!
- За Мака! – крикнул в ответ Спэйс.
- Отомстим за братана! – яростно поддержал Гизмо.
- Всем остальным! Приготовиться к бою! – продолжал молодой царь, в его голосе звучал лязг стали. – Умрем за «Спарту», за Мака! Убить всех ублюдков! Вперед! АУХ!!
Не смотря на царившую вокруг преисподнюю, голос Кэпа был удивительно четко слышен каждому из выживших воинов, как будто он телепатически говорил сейчас с каждым из них лично.
- АУХ!! – был ему единый ответ.
Часть 5.7 Хаос и эволюция
В то же самое время, когда «спартанцы» сражались на пределе последних сил внутри «Коперника», под непрерывным обстрелом терран извне – на «Стальной Ярости» так же отчаянно и жестоко в одиночку сражалась Майса, защищая детей-мутантов. Бывшие судьи атаковали «реликт» Шамана, сбрасывая на него абордажные капсулы «Шип». Начать абордаж «шлюз-в-шлюз» они не могли, поскольку Т-5 был прикреплен к гигантскому «резирагху» между кристаллическими выростами и гранями, которые таким образом делали его недоступным для прямого десанта, пристыковаться рядом было невозможно.
Такая позиция была тактически выгодной для Майсы – абордажники не могли ворваться сразу большой толпой, выходило так, что они проламывались по 1-3 человека за раз, как только очередной «Шип» пробивал корпус корабля. Дети, хоть и напуганные опасностью, все же старались помогать ей, направляя псионную боль на проникающих внутрь врагов. Раненый, притухший «Отец-резирагх» все еще достаточно резонировал их псионные способности, и нападавшие каждый раз получали достаточно мощный удар боли. Секутор «Горгон» встречала их разу на рывке, она била их жестко и быстро, стараясь использовать эффект ошеломления. Ее бластер, «кровохлеб» и джеты работали без передышки, окрашивая переборки брызгами крови и обгоревшей плоти врагов.
Не смотря на численное превосходство, даже учитывая судейскую дисциплину и стойкость, атакующие встречали мощный отпор. Один за другим они умирали в рукопашном бою, но не бесполезно, многим удавалось держаться какое-то время, некоторые даже наносили ранения защитнице «Стальной Ярости». Но Майса продолжала свой бой, хоть время работала против нее – с каждой схваткой она уставала все больше, и полученные раны давали о себе знать. Хорошо, что она сама была «фарханаргом», как и ванакт Алекс, ее раны быстро регенерировали, пока был запас «нарга» в ее крови, и псионика врагов была ей нипочем.
Насколько ее хватит – она не думала об этом, полностью поглощенная боем. Не останавливаясь ни на мгновение, она атаковала, впав в неостановимую ярость, она била, рубила и стреляла, быстро перемещаясь между целями, и снова била. Но врагов не становилось меньше, абордаж шел непрерывно, «Шипы» с грохотом пробивали обшивку один за другим…
Приказ о захвате «Стальной Ярости» отдал сам командующий Тесей.
После того, как его флагманский крейсер «Громовержец» был разрушен страшным огнем экспериментальной ионной пушки, он командовал боем из медотсека другого крейсера среднего класса Т-3 «Белое Крыло», куда в момент опасности практически силой эвакуировали его подчиненные. Впрочем, они бы не смогли его туда транспортировать, если бы он был в сознании, он ни за что бы не бросил мостик своего корабля. Но при первом же попадании мощного ионного луча на мостике возник пожар, и он отключился, пытаясь справиться с ним. Там его и нашли, в обгоревшем скафандре, раненого и без сознания, успев забрать и перевезти на другой крейсер перед вторым фатальным ударом. Там уже его подключили к медботу, чтобы начать немедленно оказывать помощь. Как только Тесей пришел в себя, он сразу же потребовал доложить обстановку и снова взял командование флотом на себя, управляя своими бойцами прямо из медотсека.
За то время, когда он был без сознания, оставшись без прямого командования, судьи-терране нисколько не растерялись и даже не сбавили темп атаки. Подготовленные действовать в подобных ситуациях, они продолжали бой по ранее утвержденному плану, не теряя строя и присутствия духа. Когда командующий пришел в себя, он дал необходимые корректировки и приказы по ситуации, битва продолжилась – и если бы не огонь с захваченного «Коперника», каратели бы уже в скором времени раздавили всех мятежников и даймонистов. Все планы рушила ионная пушка, с такой же легкостью, как она рушила крейсера терран один за другим, буквально разрывая их на куски сверхмощным лучом. Капитан Тарика, до последнего отбивавший захват врагом корабля-базы, погиб, храбро вызвав огонь на себя в последние минуты своей жизни, понимая, что не может выполнить боевую задачу до конца.
Командующий Тесей дал приказ оттянуться части сил от мятежников и бить напрямую в «Коперник» на уничтожение. Секретные технологии Священной Терры не должны были достаться врагу, слишком много усилий и ресурсов было потрачено на них.
Первоначальный залп по «Копернику» был успешен, удалось вывести из строя генератор поля, корабль-станция осталась без защиты. Казалось, с этой проблемой вот-вот будет покончено… Но добить корабль-станцию так и не удалось – непонятно как и почему, внезапно ее щит снова поднялся. И он оказался гораздо сильнее чем прежний, отражая не только энергетическое оружие, но даже блокируя ракетные удары, подрывая боеголовки на подлете, как будто что-то заставляло детонировать их раньше, чем они поражали цель.
Дело осложнялось.
С каждым выстрелом ионной пушки флот терран нес сильные потери, теряя один крейсер за другим, нависла угроза потери огневого преимущества перед мятежниками, и следовательно угроза проиграть все сражение в целом. Командующий Тесей готов уже было приказать перегруппировку, ослабив давление на мятежников и даймонистов, чтобы усилить фронт с «Коперником» - но вмешалось неожиданное обстоятельство.
Внезапно, прямо посреди боя возник рой сияющих кристаллов, и мощная волна псионной боли накрыла все пространство происходящей битвы. Это было похоже на болевое поле гуков, только во много раз сильнее и действовало на гораздо большем расстоянии. На какое-то время все участники сражения были парализованы этой псионной болью, корабли, перестав стрелять, дрейфовали в пространстве по бессмысленным траекториям, не совершая никаких маневров. Боль была настолько сильна, что сам командующий Тесей, ослабленный ранением, потерял сознание на время действия поля и не видел, что происходило дальше.
Когда медбот все же привел его в сознание, псионная боль уже исчезла, а один отряд судей-терран уже атаковал самый большой кристалл, дав по нему концентрированный ракетный залп и тем самым, видимо, выведя его из строя. Командующий Тесей с удовлетворением отметил про себя отличную подготовку своих бойцов, которые даже под псионным воздействием и без его
