— Тогда это будет прекрасный танец, который без слов расскажет любому об их истинных чувствах и намерениях по отношению друг к другу.
— Звучит, конечно, замечательно… Вот, только я не пойму, как подобное возможно, вообще? Как может танец определить, кто действительно любит, а кто — нет?
— Ну, этого никто точно не знает, — пожала плечами Торувиэль. — Я ведь сказала, это очень древняя магия. Но действенная.
И она вдруг, понизив голос, заговорщически подмигнула мне.
— Хотя лично у меня есть одна догадка на этот счет. Я думаю, что те партнеры, которые выходят танцевать Муинн-ле-Тэнз, не имея в сердце достаточно любви друг к другу, просто слышат абсолютно разные мелодии.
— Что ж, возможно, — немного подумав, я тоже согласилась с ее версией. И снова улыбнулась. — Наверное, очень немногие решаются выйти его танцевать, так? Сомнение, оно ведь часто присутствует в отношениях… как мне кажется.
Однако Торувиэль только лукаво усмехнулась мне в ответ.
— Ну, сомнение бывает разное. В том-то и прелесть ситуации. Так или иначе, станцуешь ты Лунный Танец или нет, а правда, все равно, выплывет наружу. Ведь отказ танцевать Муинн-ле-Тэнз уже сам по себе достаточный ответ, не находишь?.. Ну, а бывает, что кто-то не может разобраться в себе до конца, и все же выходит танцевать Лунный Танец — и вдруг! — прекрасно его танцует. В этом случае танец помогает ему самому понять, насколько сильна его любовь к избраннику, и обрести, наконец, согласие с самим собой… Да, случалось у нас порой и такое.
— Да уж, полезная вещь этот танец, что ни говори, — со смехом согласилась я, подводя итог обсуждению.
Теперь-то я уж точно была намерена увидеть этот Лунный Танец собственными глазами. Ну, а пока снова заскользила взглядом по толпе, пытаясь отыскать в ней знакомые лица. Между тем, праздник, похоже, уже начался по-настоящему. Высокий беловолосый эльф в белой накидке с чем-то похожим на церемониальный жезл в руке трижды ударил им по земле и объявил название какого-то незнакомого мне танца. На открытое пространство тут же выпорхнули несколько пар. Над поляной зазвенела веселая живая мелодия — легкая, ритмичная, так и зовущая пуститься в пляс. Некоторое время я с интересом наблюдала за танцующими эльфами. Юноши и девушки грациозно кружились в паре под звуки музыки, лишь слегка касаясь друг друга руками, однако, несмотря на кажущуюся легкость, воздух над поляной вскоре начал буквально трепетать от скрытой за каждым движением страсти. Сама того не замечая, я понемногу увлеклась этим зрелищем. Что ж, эльфийские праздники, действительно, весьма впечатляющи… А я уж и позабыла, какими они бывают.
Вскоре Торувиэль для чего-то понадобилось отлучиться, и она скрылась в толпе позади меня, пообещав, что скоро вернется. На противоположной стороне Буковой Поляны неожиданно промелькнула знакомая серебристая макушка. Наконец-то я заметила Сева, а рядом с ним — все того же белокурого эльфийского старейшину, лорда Туиллатара. Медленно прошествовав сквозь расступающуюся перед ними разодетую толпу, они остановились на самом краю танцевального поля — и теперь, похоже, о чем-то увлеченно беседовали, время от времени рассеянно поглядывая в сторону танцующих пар. Я невольно отметила, что за последние несколько часов во внешности сереброволосого оборотня, как и в моей собственной, произошли значительные перемены. Прежде всего, исчезли грязь и усталость — теперь дарг казался гораздо более отдохнувшим и посвежевшим. Кроме того, куда-то сгинули ставшие уже привычными замшевая куртка и потертые штаны, сменившись изысканным белым одеянием явно эльфийского покроя и коротким белоснежным плащом. Длинные волосы были тщательно вымыты и расчесаны до блеска, отчего вся шевелюра казалась одной сплошной сверкающей волной серебра. Глядя на него теперь, я неожиданно очень остро осознала, что смотрю не просто на товарища по путешествию, с которым можно было вот так, запросто, вместе убегать от Егерей, бродить по опасным болотам или перебрасываться шутками, сидя вдвоем в одном седле — прямо сейчас передо мной стоял самый настоящий даргианский монарх, Альфа-лорд Северриан Рэйвен Уиллард ан'Бьорнен, Повелитель долины Сорбронн. На одно короткое мгновение он вдруг показался мне таким незнакомым, недосягаемым и, вместе с тем, неотразимым, что я даже растерялась. Видимо, подобное впечатление оборотень произвел не только на меня. Краем уха я уловила легкие восхищенные шепотки, тут и там зашелестевшие между стайками молодых эльфийских прелестниц по обе стороны от меня. Некоторые из них, судя по всему, сегодня впервые увидели даргианского Повелителя вблизи, и теперь вполне искренне восхищались представшим их глазам зрелищем. Правда, длилось это недолго — насколько я смогла уловить, более опытные подруги очень быстро остудили их горячий энтузиазм по этому поводу. Движимая любопытством, я и сама невольно прислушалась к тихим девичьим голосам, повествующим о том, что даргианский правитель еще ни разу не снисходил своим вниманием ни к одной из известных диагонских красавиц — за исключением, разве что, дочерей старейшины Туиллатара. И что, по всей видимости, объяснение этому следует искать либо в самом Сорбронне, где у него, по слухам, есть молодая и красивая любовница, либо же эту роль уже давно втайне от всех исполняет сама дочь Туиллатара, Лиаренна… правда, на этот счет никаких достоверных доказательств до сих пор нет. Тихий разговор тут же перетек с личности Альфа-лорда на эту самую Лиаренну, и я заподозрила, что, при некотором внимании к шепоткам за своей спиной, запросто смогу узнать о ней очень много нового, занимательного и пикантного. Тем не менее, лично мне эта особа была совершенно не интересна. Я ничуть не желала знакомиться с ней ни вживую, ни заочно, и поэтому, немного поколебавшись, начала потихоньку пробираться через толпу в сторону сереброволосого оборотня, чтобы узнать, наконец, удалось ли тому заручиться помощью эльфийских старейшин в предстоящем мероприятии или нет. Я прекрасно понимала, что уже не позже, чем завтра, Сев собирается вызвать своего распоясавшегося кузена на поединок, чтобы окончательно решить вопрос о главенстве в долине — однако, честно говоря, чем дальше, тем меньше мне нравилась эта затея. К счастью, интерес, который вызывала у эльфов моя облагороженная Торувиэлью персона, позволял пробираться сквозь толпу почти беспрепятственно. Эльфы сами расступались передо мной — хотя я очень сильно сомневалась, что из вежливости. Скорее всего, просто так на меня было удобнее глазеть.
Я почти успела преодолеть расстояние, отделяющее меня от Сева и Туиллатара, когда с другой стороны из толпы на краю поляны появилась группа взрослых эльфийских девушек — судя по нарядам, явно здешних законодательниц моды.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
