части видятся мне и другим Старшим бесценными. У тебя неплохие шансы стать Старшим, может, правда, сначала придется долго отслужить на посту Посла, а потом уж и…
– Мне? Стать Старшим? – задохнулся Ти-Цэ. Он прижал ладонь к груди, в которой сердце пустилось в ускоренный бег. – Старшим? Мне?
– Не в ближайшем будущем, – отмахнулся он. – Не уверен, что хочу дожить до времен, когда ты будешь обращаться ко мне по имени… но такая опасность есть.
Ти-Цэ готов был поклясться, что Старший подмигнул ему тяжелым веком. В глазах у него потемнело, будто ночь нагоняла сновидение, которое выбралось в реальность без ее ведома.
– Однако, – повысил голос Старший и отвернулся к северной башне, вероятно, скрывая улыбку, – я лично прослежу, чтобы тебе не выдали форму Посла, пока ты не оставишь долине потомство.
Ти-Цэ с трудом справился с волнением и живо кивнул ему в затылок.
Старший сделал знак, что им пора двигаться в башню к Помоне.
– Старший, – окликнул его Ти-Цэ, пока тот не успел пересечь порог.
– Ну?
– Когда-то вы говорили, что не стоит обнаруживать перед супругами свою слабость, но в этом году я нарушил ваше наставление. И получил от жены поддержку, которая поставила меня на ноги. Я хочу сказать… Я согласен, что не все стоит рассказывать женам, многие проблемы их никак не касаются и вполне решаются самостоятельно. Но иногда рассказать им о какой-то слабости бывает необходимо, чтобы все расставить по местам и решить, как быть дальше. Иногда и признание слабости может быть силой, которую необходимо проявить, чтобы во всем разобраться.
Старший повернулся к нему.
– Вы ошиблись, – тихо сказал Ти-Цэ.
Около минуты Старший хмурился, напряженно рыскал глазами, но все же взял себя в руки и сухо откашлялся.
– Что ж… Может быть. В конце концов, времена меняются, а я всегда призывал лишь отталкиваться от моих знаний, приумножать их и действовать на свое усмотрение. Хорошо, что ты так поступил. Ты молодец.
– И самки понимают куда больше, чем принято думать, – продолжал он. – Ми-Кель с удивительной легкостью поняла все, о чем я ей рассказал, и в качестве помощницы она проявила себя самым достойным образом. Если бы не она, я бы не смог дать Помоне такого душевного представления о йакитах. Мне кажется, потенциал самок недооценен. И я согласен с Помоной в том, что у службы должно появиться несколько ответвлений, если мы действительно хотим найти в ней место женщинам.
– Не скрою, это интересно, – сказал Старший. – Думаю, мы это еще обсудим. Может, в кругу моих нынешних коллег.
– Старший?
– Ну что еще?
– Перед тем, как мы уйдем… Будут у вас все-таки какие-то поручения для меня?
– Одно я уже тебе дал. А ты не понял? – Он вновь оглянулся на него через плечо. Его глаза сверкнули. – Ты должен оставить потомство, теперь, когда все в порядке. Это приказ.
Ти-Цэ долго смотрел в глубину его испытующих глаз, и медленно, со значением кивнул.
– Хорошо, – удовлетворенно сказал Старший. – Уж будь добр. В кратчайший срок.
15
Одной большой компанией они вернулись в Плодородную долину пешком, и остановились на развилке, чтобы обменяться прощаниями.
Ти-Цэ отвесил Старшему подобающий его статусу поклон и с куда менее официальным видом поблагодарил его за все, что он для него сделал. Затем почтительно поклонился сдержанно улыбнувшейся ему Ама-Ги и отступил в сторону, чтобы Старший и Помона могли пожать друг другу руки.
– До свидания, дорогая Помона, – сказал Старший. – Очень надеюсь увидеть тебя вновь на общем совете. И даже чуть раньше – нам будет, о чем поговорить.
– Спасибо. Я привезу хорошие новости, Ат-Гир.
Старший просиял.
– Буду ждать с нетерпением. Отправляетесь в путь немедленно?
– Полагаю, да. – Она вопросительно обернулась к Ти-Цэ. Он отвел глаза и кивнул. – Только… нам нужно уладить кое-какие дела, но много времени это не займет. Еще до наступления вечера мы покинем ваши плодородные земли. – И добавила: – Буду скучать.
– В нашей долине ты всегда будешь желанным гостем, Помона. И не беспокойся: отныне популяция имэн под контролем, больше они тебя не потревожат. Счастливой дороги. Без происшествий и скуки.
Помона улыбнулась и кивнула. Взгляд Старшего вновь выцепил Ти-Цэ, подсказав ему сделать шаг вперед.
– А с тобой – до скорой связи, поддерживать мы ее с тобой теперь будем постоянно. Как будущий Посол, который рассчитывает получить мою рекомендацию на должность Старшего, будь готов к повышенной ответственности.
Ти-Цэ гордо поклонился.
– И, – Старший повел плечом, на котором с удобством устроилась его супруга, – передай мое почтение Ми-Кель. Талантливая, похоже, женщина. Пускай не скучает без тебя и прилетает в гости на наше древо. Может, и ей стоит обсудить что-нибудь с моей Ама-Ги.
На том они распрощались. Пружинистым шагом Ти-Цэ преодолел почти весь путь до древа, на котором его дожидалась Ми-Кель, и только в миле от него присмирил широкую улыбку.
***
Она завидела их издали и сорвалась с ветви с такой скоростью, словно ей разрешили наконец встать с улья диких пчел. Ми-Кель набросилась на Ти-Цэ с объятиями и выбила из его рук мешок с провизией. Ти-Цэ молча прижимал ее к себе и гладил по плечам, но от каждого его нежного прикосновения она взвывала как от удара ножом. Ти-Цэ с горечью подумал о том, сколько еще предстоит им работы, чтобы Ми-Кель себя так не истязала.
Помона потупила взгляд, без лишних просьб посторонилась и оставила их наедине. Ти-Цэ кивнул ей.
Йакит поднялся на ноги с Ми-Кель на руках и понес ее к древу. Самка хныкала, но покорно устроилась на нем так, чтобы Ти-Цэ мог поднять ее наверх. Он вскарабкался по ветвям на их третий снизу ярус, разжал объятия и усадил ее на древо.
Ти-Цэ повис на ветвях, как повисал всегда, когда прибегал в долину и желал сорвать поцелуй с уст благоверной раньше, чем успевал забраться в гнездо. Но теперь он уходил, и мог только надеяться, что Ми-Кель сумеет совладать с собой, пока он здесь.
Титаническим усилием воли Ми-Кель заставила себя замолчать. Слезы продолжали литься из ее глаз легко, как вода через край переполненных ладоней.
– Ми-Кель, – произнес он с чувством. Ему держать себя в руках было тоже не просто, но он постарался, чтобы его голос прозвучал как можно более спокойно.
Ми-Кель выдохнула имя супруга и приникла к его устам. Он с готовностью ответил на поцелуй.
– Всего год, – сказал Ти-Цэ. – Осталось ждать не долго, и скучать тебе будет некогда. Старший был восхищен тем, как ты поддерживала и помогала мне со службой эти недели. Он ждет тебя в гостях, приглашает познакомиться со своей супругой.
– П-правда?..
– Да, так что обязательно прилетай, Ама-Ги может много чего тебе рассказать. Заодно познакомишься с тем, кто двадцать с лишним лет ковал из меня мужчину. Интересно же?
– Очень, – сказала Ми-Кель и всхлипнула. – Ох, не знаю, Ти-Цэ… Я несколько раз видела Ама-Ги издали,
