– О лорд Колитейр! – воскликнула другая, блондинка с залитым слезами лицом. – Спасите нас!
– Тихо! – скомандовал тану. – Я пытаюсь, но на мои призывы никто не откликается!
Третья женщина, худая, с пустым взглядом, в порванном на плечах соблазнительном наряде, опустилась на плиты пола и начала смеяться.
– Храм окружен! – прохрипел Колитейр. – Я зову на помощь, но все рыцари Велтейна в гуще схватки!.. Ха! Враги отступают перед принудительной мощью воинства тану! Слава Богине, у нас не все такие слабаки, как я!
В глубине Храма что-то оглушительно затрещало. Отдаленные крики стали громче. Опять послышались ритмичные удары и звон стекла.
– Они идут! Чудовища, они здесь! – билась в истерике блондинка.
– Солдат, ты должен нас вывести… – ясновидящий тряхнул головой, как будто разгоняя в ней туман, – к северным воротам! Может быть, удастся сесть на какое-нибудь судно…
Однако было слишком поздно. По саду, приминая цветы, несся отряд из двадцати с лишним первобытных, возглавляемых полуголым краснокожим мощного телосложения.
Рука солдата, потянувшаяся было к луку, застыла в воздухе. У большинства нападавших было точно такое же оружие.
– Сдавайтесь! – завопил Луговой Жаворонок Бурке. – Все добровольно сдавшиеся люди будут помилованы!
– Назад! – крикнул ясновидящий. – Я… я спалю ваши мозги! Доведу до безумия!
Вождь Бурке улыбнулся. Его раскрашенное тело, обрамленное всклокоченными седыми волосами, было еще страшней, чем призраки фирвулагов. Гуманоид понял, что обман его бессмыслен и что для его расы никакого помилования не будет.
Приказав Маршаку защищаться до последнего, Колитейр обратился в бегство. Но не успел сделать и двух шагов, как железный томагавк проломил ему череп.
Маршак ослабил мускулы. Лук и стрелы упали на каменные плиты, а сам он стоял и смотрел на подступавших в гробовом молчании первобытных.
Упомянув о стратегическом значении бариевой шахты на одной из последних сходок в Скрытых Ручьях, генералу фирвулагов Шарну Месу дали понять, что нет более сильного удара по самолюбию ненавистного врага, чем разрушение шахты и уничтожение ее обученного персонала. В плане мадам Гудериан особое значение отводилось прекращению поставок драгоценного элемента для производства торквесов.
Незадолго до полудня Шарн обсудил ситуацию с Блесом и Нукалави в импровизированном штабе, хорошо обеспеченном трофейным пивом. Туда к ним явился лазутчик с важными новостями. Могущественная Айфа и ее девы-воительницы осуществили успешный прорыв через восточную брешь и окружили шахту. Они завалили вход монолитной скалой, отколотой выстрелом Клода, разрушили главные очистные сооружения и корпус, где работали люди и рамапитеки; затем, чтобы не терять времени, оставшегося до того, как они сложат оружие, рассыпались по улицам верхней части города. Однако здание главной администрации с его запасом очищенного бария стояло нерушимо. Место было полностью окружено черной дымящейся лавой; теперь она застыла и только внутри кое-где просвечивала красная раскаленная жидкость. В здании все еще находились инженеры тану и среди них творец высшего класса. Айфа и ее богатырши усмотрели этот мощный ум, когда неожиданный взрыв психоэнергии испепелил одну из разведчиц и едва не задел Устрашительницу Скейту. Из клыков и когтей она соорудила метапсихический щит вокруг уцелевших, которым оставалось лишь обратиться в беспорядочное бегство подальше от умственных залпов.
– Могучая Айфа теперь ожидает ваших предложений, – заключил лазутчик.
Блес хрипло рассмеялся и влил в глотку полбочонка пива.
– Ну что ж, надо помочь малышкам спасти свою честь.
– Какая, к черту, честь! – прохрипел Нукалави. – Если творческая сила врага чуть не опрокинула оборону Скейты, значит, он и для нас грозный противник. Он живо рассеет наши умственные экраны и сделает с нами что хочет.
– Даже приближаться туда опасно, – добавил Шарн. – Кора остывающей лавы очень хрупкая, еще провалится под ногами. А вы же знаете, наши умы недостаточно сильны, чтобы проникать в глубь камня, потому мы не сможем ее укрепить. – Он повернулся к карлику-посланцу. – Пликтарн, насколько широко пространство лавы, которое придется пересечь?
– Примерно пятьдесят гигантских шагов, великий капитан. – Лицо карлика выразило готовность. – Мой вес корка наверняка выдержит.
– Пошли нас с Нукалави, – предложил Шарну Блес. – Вместе с Айфой и Скейтой мы его прикроем.
– Ага! – насмешливо проговорил Нукалави. – А что будет, когда Пликтарн достигнет главного здания? Как он атакует врага сквозь наши умственные экраны? Ты слишком долго носил обличье пресмыкающегося, Четыре Клыка, потому мозги у тебя стали вровень с твоей иллюзорной маской.
– Великий капитан, – вмешался лазутчик, – Айфа перехватила послание инженеров тану лорду Велтейну. Они просили помощи.
Шарн хлопнул по столу исполинской ладонью.
– Клянусь Тэ, как только послание дойдет до него, он поднимет их всех в воздух – вместе с барием! Этого нельзя допустить! Как ни противно прибегать к тактике первобытных, но иного выхода у нас нет.
– Спокойно, парни! – окликнула Айфа. – Не падать духом, вы почти на месте!
Хоми, низкорослый плавильщик-сингал, покрепче ухватился за шею Пликтарна. Пленка лавы дрогнула под ногами, когда фирвулаг приблизился к фасаду административного корпуса. Здесь слой толще, отметил он, и дольше удерживает тепло, а значит, охлажденная поверхность может в любую минуту треснуть и оба они провалятся в кипящую магму.
Вокруг нелепых – одна на другой – фигур повисло лучистое полушарие; основные силы дев-воительниц были спрятаны за толстыми стенами полуобгоревших домов, в безопасной дали от потока лавы и в добрых двухстах метрах от главного штаба. Кванты энергии вырывались из чердачного окошка, где сидел затравленный творец тану, и разбивались паутинкой молний, нейтрализованные мощнейшим щитом. Наконец Пликтарн и Хоми достигли окна нижнего этажа и вскарабкались внутрь. Айфа, обладавшая самой сильной экстрасенсорикой, вела репортаж:
– Трое врагов спускаются в нижнее помещение. У одного из них мощная принудительная сила. Он тщетно пытается сорвать с Пликтарна щит. Метатель молний собирает силы для ближнего удара. Ого, я думала, он будет бить короткими очередями, а он давит – все сильнее! Наш заслон колеблется! Светится голубым светом! Желтым! Сейчас рухнет… Но первобытный уже направил свой арбалет, он целит в творца! Ах! Снаряд из кровавого металла пробивает наш ослабевающий экран, точно завесу дождя! Враг повержен! Второй выстрел, третий – все готовы!
Четверо героев запрыгали от радости, а девы-воительницы хором издали торжествующий клич. Даже на таком большом расстоянии фирвулаги почувствовали, как вспыхнул смертельным огнем сперва один ум тану, потом второй.
