class="p1">– Прямо сейчас? – засомневалась Жулли.
– Хочешь подождать, пока я еще что-нибудь натворю?
– Никак нет. – Жулли сорвалась с места.
Вслед за хрупкой фигурой струилось белое шелковое платье. На талии красовался корсет с вышитыми травами и цветами, которые они насобирали в туманном лесу. На этот корсет ее вдохновил именно третий этап. В этом была вся Жулли: она выражала себя через одежду.
Жулли подошла к Розали и взяла ее за руки. Она сказала повторять за ней. В детстве они часто баловались совместными заклинаниями, например, тушили свет во всем доме, а затем прятались, чтобы выпрыгнуть из темноты и напугать отца или сестер. Было забавно, пока Арлетти не отменяла их заклинание, используя свой ночной дар. Авроре никогда не нравились такие шалости дочерей. Теперь им надо было опять выключить свет, затушить огонек свободы, что у них недолго был.
После того, как они несколько раз повторили заклинание, в помещение стало прохладно, будто из щелей задул ветер. Какая-то часть Розали хотела, чтобы Арлетти вновь прервала ночное заклинание, отменила их проделку, вернула в дом свет и тепло. Но это больше не детская шалость, да и Арлетти здесь не было.
У дальней стены появились силуэты. Предки, Духи, Предки-сорсиеры – у них было много имен, много лиц, но «Они – не Бог, они могут ошибаться, – припомнила Розали слова Кайла. – Вот только идти против них опасно». Опасность – единственная причина, почему она решила вновь дать присягу. Считает ли она себя виновной? Вовсе нет. Она добилась, чего хотела, с минимальными потерями.
– Розали Нуар Дютэ, зачем нас звала?
Вслед за словами визарда в плотном черном пальто и шляпе последовал неодобрительный гул. «Она должна исчезнуть». «Мерзавка». «Вся в Элеонору». Визард выставил руку перед собой, и в то же время голоса стихли. Розали стояла перед ними с опущенной головой и смотрела в пол. Но не из-за чувства вины или стеснительности. Ей были противны их обвинения, и таким образом она от них абстрагировалась.
– Вам, наверное, уже известно, что я стала лидером ковена Нуар?
– Мы же здесь не для твоего хвастовства? – продолжил мужчина в шляпе.
Розали прикидывала, в каком веке он умер, раз так старомодно был одет.
– Нет, предлагаю сделку.
Гул вновь возобновился, но мужчина в шляпе унял его так же, как и в первый раз.
– И в чем она заключается?
– Наша семья возвращается к вам, а вы отменяете свои планы.
– Какие планы?
– Отобрать у нас ночные дары.
«И убить нас», – мысленно добавила она.
Мужчина в шляпе хмыкнул.
– Полагаю, не только мы знаем о твоих шагах, но и ты о наших.
– У меня есть связи во внешнем мире.
– Гадес, – кивнул старомодный мужчина. – Виделся с ним. Но скажи, зачем нам опять сотрудничать? Почему бы нам не передать ночные дары кому-нибудь более надежному? Тому, кто не станет своевольничать?
– Например, как раньше вы хотели передать дар Хранителя тайн Аиму?
– Мы ошиблись.
– Можете ошибиться снова, – фыркнула она. – Нас вы уже знаете. И вы могли отнять у нас дары с самого начала, но ждали. Вы хотели видеть результат моих действий, и вот он: человечество не знает о нас и на них не обрушилась нечисть из туманного леса. Вам не нравилось, что Хранительница тайн непричастна к магии, теперь я руковожу ковеном. Чего еще вам надо?
– Справедливости ради, твои разрушительные действия не привели к такому коллапсу, который мы ожидали. Ты слышала про эффект бабочки?
– Незначительные изменения породят непредсказуемые большие изменения.
– Именно. – Старомодный мужчина смаковал каждое слово. В их диалоге он определенно чувствовал превосходство. – Ты оживила Марту, она стала лидером всех ковенов.
– Она не…
– Она стала, поверь мне. И, знаешь ли ты, какие последствия это понесет за собой? Знает ли кто-нибудь из нас? А твоя помощь Аиму, чем она обернется для других визардов? Коум и Дуайт, умерли бы они, если бы ваша семья не вмешалась? Ты изменила ход истории, пронеслась по магическому миру, как тайфун. Но мы же снобы, что мы можем знать?
«Снобы» – так она однажды назвала их в разговоре с Мартой. Розали почувствовала себя неуютно.
– Значит, вы отказываетесь?
– Ах, что ты, дорогая Розали. Конечно, нет. Я один из немногих, кто оставался до последнего на твоей стороне. Мне будет радостно вновь наставлять тебя.
Однако Розали не верила ни единому его слову.
– Что вы предлагаете?
– Наше соглашение несколько изменится.
– Насколько? – нетерпеливо спросила она.
Розали метнула взгляд на Жулли, та безмолвно наблюдала за происходящим.
– Изначально мы только следили за правильным использованием ночных даров.
– Верно.
– Теперь мы будем влиять и на твое правление.
Розали опешила. «Вот как, вот почему они готовы простить мне все». Она хотела швырнуть отказ прямо им в лицо, но потом быстро опомнилась, что сейчас это она нуждалась в их милости, а не наоборот.
– Это все?
– Верни силу некроманта на могилу.
– Это невозможно, – запротестовала она.
– Мы поможем. И откажись от Аима.
Слащавая поддельная улыбка сползла с лица мужчины в шляпе, осталось лишь пренебрежение. Не успела Розали оправиться после двух ударов, как тут же последовал третий.
– Нет.
– Да, если хочешь, чтобы мы восстановили отношения.
– Не впутывайте его, он здесь ни при чем.
– Еще как раз при чем, – устало продолжил он. – Он из рода Ламарэ-Краонов и световой. Обладатели ночных даров могут связать свою судьбу только с ночными визардами. Твои дети должны быть ночными, чтобы им можно было передать дар. Чем кончается такое непослушание, ты знаешь на примере Камилы Нуар. Тем более его репутация оставляет желать лучшего.
– Это несправедливо.
– Дорогуша, мир несправедлив и особенно жесток к обладателям ночных даров. Приходится слушать всяких призраков вроде нас, – с ложным снисхождением ответил он. – И снизь общение с Мартой до минимума. По рукам?
Розали подняла на него тяжелые ресницы.
– Она никогда не пойдет на такие условия, – сказала Жулли.
– Согласна.
– Ты пойдешь на все это ради того, чтобы сохранить дары?
Скорее всего, Жулли не знала про план Духов испепелить их семью, а вот Розали знала и отчаянно хотела этого избежать.
– Ради этого. Но у меня есть свое условие.
– И какое же? – терпеливо поинтересовался мужчина в шляпе.
Другие Предки недовольно зашептали.
– Вы вылечите Жулли. В детстве ее ранил Бэзил Нал черной магией.
Пойдут ли они на сделку? Неизвестно. Розали и правда была не в той позиции, чтобы торговаться с ними. Оставалось лишь надеяться, что их желание руководить ковеном было сильнее, чем возмущение.
– Жулли не выполнила часть своей сделки.
«Ну и пошли вы».
– Ладно, разберемся
