с магом, угробившим моих родителей, и как разделался с ним? Очевидно, это произошло еще тогда, когда мы жили на островах: дед, помнится, частенько отлучался, а возвращался, бывало, не скоро, так что… Впрочем, это сейчас не важно. – Ловлю на слове, когда-нибудь расскажешь. И если ты уверен, что тот человек и Наор никак не связаны…
– Совершенно уверен, – оборвал дед. – Я ведь сказал – то были личные счеты. Не отвлекайся, Флошша!
– Стараюсь, – хмыкнула я. – Так, значит, по твоему мнению, Наор хочет залучить меня в союзники?
– Похоже на то, – кивнул дед. – Я бы на его месте поступил точно так же.
– Борас ведь намекал на что-то… – задумчиво произнесла я. – Предлагал мне бросить «всю эту ерунду» и упоминал, что в Арастене мне ловить больше нечего. Я тогда решила, что он занимается словоблудием, как обычно, но если предположить, что действовал он по заданию Наора…
– Сходится, – кивнул дед. – Но это было очень грубое… хм… предложение сотрудничества. Впрочем, иного от Раймо я и не ожидал, он всегда был прямолинеен до отвращения. Я даже рад, что ты его бросила…
– Дед! – рассвирепела я. Бораса дед поминал мне года три, уж больно выгодной партией казался ему боевой маг. – Хотя бы сейчас можно не лезть в мою личную жизнь?!
– Спокойнее, Флошша, – дед подвинул мне бутылку. – Вернемся к делу. Очевидно, наш Наор из породы игроков. Он тебя испытывал… проверял, годишься ли ты ему. Видимо, пришел к выводу, что да, годишься…
– Допрос в Коллегии был еще одним испытанием? – скривилась я.
– Вполне вероятно, – ответил дед серьезно. – Иначе как объяснить столь странное поведение Ресса и Танне?
– Думаешь, они действовали по указанию Наора? – Мне тоже приходила в голову такая мысль.
– Не исключаю. – Дед побарабанил пальцами по столешнице. – Мы ведь уже решили, что Наор действует не один. У него должны быть свои люди и при дворе, и в Коллегии. Особенно в Коллегии! Но Ресс…
Дед нахмурился и задумался ненадолго. Я терпеливо выжидала.
– Не могу представить себе Дейена в роли подручного Наора, – сказал он наконец. – Я его слишком давно знаю. Честнейший человек, предан королевской семье до мозга костей.
– Может, предложенное Наором оказалось настолько заманчивым, что Ресс наплевал на преданность? – предположила я.
– Не та натура, – хмыкнул дед. – Но даже если предположить… Дейен слишком умен, чтобы вот так выставлять напоказ свою к тебе неприязнь. Нет, он бы действовал совсем иначе. Допрос он тебе организовать мог, заключение – тоже, но так явно и грубо действовать против тебя…
– Тогда выходит… – Я глубоко затянулась, выдохнула дым. – Ресс находился под управлением Наора?
– Не исключено, – кивнул дед. – Ты же сама сказала – после заседания он выглядел странно.
– Виски тер, – проговорила я. – Будто от головной боли… Похоже. А Танне…
– Танне, опять-таки, один из тех немногих высокопоставленных членов Коллегии, кому я склонен доверять, – сказал дед. – Он суров, но не жесток. Не сомневаюсь, поведение Ресса стало для него неожиданностью, и он просто постарался свести к минимуму возможные последствия. Скандал Коллегии не нужен, как бы ни желал Наор его устроить.
– Ты подтвердил мои измышления, – усмехнулась я. – Очень любопытно выходит… И еще Таваль. Помнишь? Тот, что сказал – в Коллегии нет единства.
– В Коллегии никогда не было единства, даже если так казалось со стороны, – хмыкнул дед. – Она никогда не испытывала недостатка в разных, скажем так, течениях. Просто никто на стороне об этом не знал… – Он помолчал, грея в ладонях стакан. – И очень странно, что Таваль сказал об этом тебе. Очень, очень странно… Я допускаю, что он принадлежит к какой-либо группировке молодых магов – такие, знаешь ли, склонны требовать реформ и прочей чепухи. Но чтобы они доверились постороннему и тем более предложили помощь… Это вовсе ни на что не похоже.
– Время нынче такое, – ответила я. – Все меняется.
– Есть вещи, над которыми время не властно, – ответил дед весомо.
– И что, думаешь, Таваль тоже из компании Наора? – предположила я.
– Не исключаю, – дед призадумался. – Зря ты его отшила, Флошша. Может быть, стоило побеседовать с ним… в располагающей к доверию обстановке.
– Прости, было не до того, – мрачно усмехнулась я.
– Так или иначе, – медленно произнес дед, – на достигнутом наш друг не остановится… Что ты намерена делать, Флошша? У тебя, насколько я понимаю, есть подозреваемый, хоть ты и не желаешь назвать его имени.
– Боюсь ошибиться, – хмыкнула я. – Ладно… Если правильны наши выводы, то Наор ждет моего хода. И если я дам понять, что мне известно, кто он таков и чего желает… Как думаешь, могу я рассчитывать, что он проявит себя?
– Думаю, да, – кивнул дед. – Сдается мне, игра близится к завершению, и такой союзник, как ты, ему не помешает… Но как ты намерена дать ему знать о своих догадках?
– Вот этого я пока не придумала, – ответила я. – Нужно что-то такое… что было бы понятно только ему.
– Книга? – ухмыльнулся дед.
– Предлагаешь ходить с нею наперевес? – желчно произнесла я. – Или использовать какое-нибудь из заклятий?
– А это идея… – протянул дед. – Кстати, до сих пор не возьму в толк, зачем ты обманула своего… сопровождающего!
– Да очень просто, – устало сказала я. – Мне нужен был кто-то, кто подтвердил бы, что книгу я действительно уничтожила. Лауринь, конечно, сказал бы все, что бы я ни приказала, но возможности допроса в Коллегии я не отрицала уже тогда. Вышло, как видишь, по-моему.
– Да, но если бы допросили тебя…
– Ну, тут уж оставалось только полагаться на удачу, – развела я руками. – Пока что до этого не дошло. И все же… книга – единственная вещь, с помощью которой можно дать понять Наору, что я его вычислила… даже если это не совсем так.
– Есть у меня одна идея, – крякнул дед. – Только, боюсь, она тебе не понравится.
– Изложи, – попросила я, устраиваясь поудобнее.
Идея мне действительно не понравилась, но выбирать было не из чего. Спорили мы с дедом до хрипоты, в итоге я согласилась, что его вариант – единственно возможный в данной ситуации, и птица с посланием отправилась по хорошо знакомому адресу…
Ждать пришлось изрядно. За это время мы успели допить бутылку орты и начать вторую, дважды перелистать злосчастную книгу – наследство Баграна Такейна Второго – и выяснить, что я действительно помню ее наизусть, равно как и дед. (А что тут удивительного? Всю дорогу до столицы я только и делала, что штудировала эти записки, притворяясь, будто делаю путевые заметки, а дед занимался тем же самым, пока нас с лейтенантом мурыжили в Коллегии.) В этой книжонке содержалось
