– Безобидный? – Дерек даже поперхнулся, но оружие все же убрал. – А вы знаете, что именно такие твари совершили несколько зверских убийств, потрясших Кейптон?
Женщина замолчала и помрачнела, а потом отстраненно, но очень уверенно сказала:
– Но ведь и люди тоже бывают разными, это не повод судить обо всем виде. Поступки отдельных личностей могут быть ужасными, но это ничего не говорит об обществе в целом.
– Возможно. – Законник не стал спорить, но на таниму смотрел подозрительно. Тварь сейчас плюхнулась на внушительных размеров зад и пыталась поймать передней лапой подрагивающий хвост, как собака.
– Мы бы хотели поговорить с вашим сыном, – сообщил Дерек наконец, отвернувшись от танимы. – И пожалуйста, постарайтесь держать свое домашнее животное взаперти. Хотя бы какое-то время. Это в ваших же интересах. У меня еще будут к вам вопросы и по поводу зверюшки тоже. Мы обязаны точно проверить, всегда ли она такая мирная и где находилась во время убийств.
– Эдис не выходит за пределы двора. У нас везде жучки-следилки. Так что можете проверить. А мой сын на заднем дворе. Но… – Женщина замялась. – Кэвин… он особенный мальчик. Он сильно изменился после того случая. Ему с животными лучше, чем с людьми. Мне бы не хотелось, чтобы вы на него давили.
Дерек, кивнув, отправился по тропинке, а я повернулась к женщине и поинтересовалась:
– Как давно вы вернулись в Кейптон?
– Месяца четыре назад. Несмотря на трагические события, Кэвину хорошо именно здесь, вдали от столичной суеты, – пояснила она и спросила с изрядной долей утверждения в голосе: – Они думают, будто он причастен к убийствам? Так ведь?
Я, понимая, что нельзя разглашать тайны следствия, пожала плечами и заметила:
– Убили несколько человек. Они все были так или иначе связаны с трагедией, в которой погибли друзья Кэвина и пострадал он сам.
– Кэвин – не такой! – сказала она с горячностью, присущей любой любящей матери. – Он не способен на зло. Посмотрите на Эдиса! Разве питомец, о котором заботится мой сын, способен убить?
– Не знаю, – честно ответила я. – Давно не верю первому впечатлению, которое производят люди или явления. Да и второму не верю.
Я, чувствуя себя неловко, повернулась к женщине спиной. Со стороны внутреннего дворика Дерек уже вел, придерживая за локти, молодого, очень худого парня с потерянным взглядом. Рыжие растрепанные волосы, светлые глаза и бледная кожа – убийцу я представляла себе не так. В молодом человеке было еще очень много очаровывающей беззащитной детскости.
– Куда вы его? – испуганно подалась навстречу его мать.
– Леди фо Рональд – уверенно сказал законник. – Не стоит. Мы просто поговорим с вашим сыном в более спокойном месте.
– Он не может… слишком боится других людей! Он болен!
– Медицинское заключение говорит об обратном, – категорично заявил Дерек, а танима, которая до этого момента просто молча взирала на незнакомых людей, внезапно подобралась и зарычала.
Законники приняли боевую стойку, а я внутренне напряглась. Но Кэвин лишь взглянул в сторону животного и тихо шепнул какое-то слово, которое я не разобрала, и танима, понурив голову и поджав хвост, отступила в розовые кусты. Она беспрекословно повиновалась приказам хозяина, и если предположить, что тварей у Кэвина было больше, чем одна, и некоторым он отдал приказ убить… тогда да, убийца он.
По крайней мере, я больше не встречала людей с его способностями.
Кэвина, который выглядел обреченным, увели к платформе. Дерек передал его двум своим коллегам, а сам обратился к леди фо Рональд, которая стояла возле входа в дом и рассеянно гладила по голове притихшую таниму:
– Вы можете приехать в управление?
– Это не он! – почти крикнула женщина, с мольбой вглядываясь в холодные глаза Дерека. – Вы понимаете это?
– Пока… – Дерек сделал ударение на это слово, – все против него. У вашего сына есть мотив и есть… – он показал на таниму, – орудие.
Я смотрела на женщину, по щекам которой текли слезы, видела ее беспомощность и понимала – так гадко я себя не чувствовала никогда.
Я сдержанно попрощалась и направилась следом за Дереком к выходу. Там замерла возле платформы и попыталась немного прийти в себя.
– Что? – уточнил законник. – Все не так просто, как тебе виделось раньше?
– Я не верю в его вину. – Я покачала головой и не ответила на вопрос. – Он…
– Айрис, не все убийцы законченные расчетливые мерзавцы. Иногда потерянные, запутавшиеся дети совершают проступки. Позволяют эмоциям и гневу взять верх… а все остальное время продолжают оставаться любящими сыновьями, талантливыми волшебниками и просто неплохими парнями, но это не умаляет чудовищности их поступков. Чаще всего в жизни бывает именно так. Поэтому задержание – это всегда нелегко, а допрос еще сложнее. Ты уже сочувствуешь парню, а ведь он еще даже не начал говорить.
– Не уверена, что хочу услышать.
– И правильно. – Дерек кивнул. – Я давно сказал, что тебе лучше идти домой. Ты ведь в курсе, что завтра будет сложный день?
– А что будет завтра? – уточнила я, понимая, что в голове вакуум и я вообще смутно представляю, что мне завтра надо сделать и где быть.
– Завтра день траура, прощание с погибшими. Вся церемония будет проходить в колледже. Думал, ты не захочешь пропустить.
– Точно! – Я устало прикрыла глаза, недоумевая, как могла об этом забыть.
– Поехали. Хочешь, я тебя подвезу до дома?
– Нет. – Я покачала головой. – Предпочту забрать свою платформу у управления, иначе за ней завтра придется ехать специально.
Несмотря на то что я очень сильно устала и мечтала поскорее лечь спать, все же была слишком расстроена, чтобы сразу же ехать домой, поэтому нарезала круг по Золотому пляжу. Привела в порядок мысли, поняла, что меня все равно не оставляют сомнения, и поехала в сторону дома, планируя перед сном немного порисовать. Что-то в этой истории не давало покоя. С одной стороны, все складывалось очень удачно, куски пазла вроде бы подходили друг к другу безупречно, но создавалось впечатление, что есть что-то за границей моего понимания. Какого-то куска не видели ни я, ни Дерек.
Когда повернула на свою улицу, с неудовольствием заметила у ворот платформу Кэлза. Ну а этот-то что тут забыл? Сидел бы со своей спящей красавицей и оставил меня в покое! Сейчас совершенно не хотелось общаться с парнем. Слишком противоречивые чувства я к нему испытывала, и слишком больно было понимать, что он принадлежит не мне.
– Находить мужчин на своем шезлонге каждый раз, как возвращаюсь домой, похоже, это моя карма. – Заметила я, подойдя поближе, и остановилась, недовольно разглядывая длинные, вальяжно вытянутые ноги в узких светлых штанах. Кэлз даже успел заехать домой переодеться.
– Все возможно, – лениво согласился парень и отставил в сторону бутылку с шампанским, которое пил прямо из горла.
– Скажи мне, пожалуйста… – Я уперла руки в бока и с неудовольствием перевела взгляд на чрезмерно довольное лицо Кэлза. – У тебя есть повод пить шампанское во дворе моего дома? Вам тут всем медом, что ли, намазано?
– Ну… – протянул он. – В общем-то, да. Клэр вышла из комы и готова дальше радовать мир своим дурным характером. Маррис идет на поправку. Благодаря твоим усилиям поймали убийцу. Как видишь, поводов даже несколько. Выбирай, какой тебе нравится больше.
– Честно? – Я приподняла бровь и ухмыльнулась: – Ни один. Маррис – мерзавец, и за его здравие я точно пить не буду. Он и без моих тостов замечательно выкарабкался с того света на одном поганом характере. А за возвращение Клэр пил бы с Клэр, – это я буркнула совсем недовольно, но бутылку у парня все же отобрала и сделала глоток. Шампанское было теплым, но все равно хорошим. У Кэлза был великолепный вкус и на спиртное тоже.
– Яд, если бы я тебя не знал, то подумал бы, что ревнуешь… – хитро протянул он, заставив меня подавиться. Я действительно ревновала, но никогда и ни за что бы не призналась.
