И Первые дрогнули, не выдержав дождя из молний и стрел. Где-то за оврагом загремели боевые барабаны, командующие отступление.
Орки отступали организованно и четко, оставив небольшой отряд прикрывать отход основных сил. Но люди, воспрянувшие духом, молотом ударили в стену щитов, круша Первых направо и налево, а подоспевшие лучники из тех, кто так и не сменил во время битвы лук на меч, не обращая внимания на кипящую вокруг них битву, стали осыпать стрелами преодолевающих овраг орков.
Из отряда Первых, прикрывающего отступавших, не осталось никого. Последнего орка настигли парные кистени Лиса.
К стрелкам присоединились выжившие во время сечи лучники, вновь поднявшие грозные луки. Жалкое сопротивление вражеских лучников, попытавшихся отстреливаться с другой стороны оврага, было безжалостно подавлено. Следующие минуты шел планомерный отстрел отступающих. В который раз за два дня колчаны опустели.
— Отлично, кур-рвы! — Блидхард довольно заметно подволакивал левую ногу, из которой торчал обломок стрелы. — Хорошо поработали!
— Шлюха! — крикнул Харьган, тяжело опираясь на топор и наблюдая, как последних орков, не успевших отбежать на безопасное расстояние, поражают стрелы лучников.
— Нету больше Шлюхи, — хмуро сказал один из воинов.
— Да пребудет он в свете, — пробормотал Лис.
Харьган стоял под так и не закончившимся за время битвы дождем, зажмурив глаза и стиснув зубы. Потеря друга была такой неожиданной. Любой другой, но не Шлюха. Слишком уж хорошо обращался с мечом старый друг, чтобы вот так просто дать себя зарубить орочьим ятаганам. Выйти без единой царапины под Ранненгом и Иселиной и погибнуть тут…
— Как? — наконец выдавил Харьган.
— Стрелой, точнее стрелами, — ответил Кляо, правая рука Шлюхи. — Он ребят повел на орков, прорвавших линию, и нарвался…
Говорить больше было не о чем.
— Кляо.
— Да?
— Принимай командование.
— Слушаюсь!
— Оцени потери отряда, всех раненых — к лекарям. Мертвых… Мертвых сложите в стороне, похоронить всех не сможем.
— А орков?
— Этих в овраг.
— Их там и так полно, — нахмурился Лис. — Через день вонять начнут так, что не продохнем.
— А что ты предлагаешь? — К ним подошел Блидхард. — Поменьше этих кур-рв убивать? Так ты скажи, мы тогда с моими ребятками во время следующей атаки отдохнем, а то надоедает тетиву дергать.
— Ты бы лучше к лекарю сходил, — миролюбиво ответил Лис.
— А-а, — махнул рукой Блидхард. — Стрела зазубрена, хрен такую вытащишь. Уж лучше пусть там сидит. Я и с ней в глаз любой кур-рве попаду.
— Смотри, ногу оттяпают, — пригрозил Харьган.
— А нам и так недолго осталось, — сплюнул Блидхард и, посмотрев в глаза Харьгану, произнес: — Ты думаешь, что мы отбились? Это ведь только авангард орочьей армии. Основные силы еще не подошли, а эти попробовали взять нас нахрапом — не получилось. И ни одного шамана, иначе бы волшебница тут много не наколдовала. А вот когда подойдут Кровавые топоры или Груунские ухорезы, нас сметут, как пылинку. Против этих кланов мы не продержимся и часа. Так что уж лучше я сразу лишусь башки. Чем вначале ноги, а потом еще и башки.
— Дело твое. — Харьган и сам знал, что против элитных войск орков при теперешнем состоянии отряда им тут не продержаться.
И так-то они выстояли лишь благодаря внезапной помощи Сьены.
— Кстати, как там наша волшебница? — спросил Харьган.
— Жива, — ответила Сьена.
Она, как всегда, подошла незаметно. Действительно жива. И даже стоит без помощи телохранителей. Харьган мельком отметил, что от десятка воинов-телохранителей осталось только шестеро. У молодого жителя Пограничья на голове повязка, уже успевшая пропитаться кровью.
— Рад, что ваше здоровье в порядке, и спасибо за помощь.
— Да это и не я, — смутилась девушка.
— Да? — приподнял бровь Харьган. — А кто тогда?
— Ну, точнее не совсем я. — Волшебница смутилась еще сильнее. — Это все амулет.
Харьган перевел взгляд на магическую капельку серебристого металла.
— Его мне дал мой учитель, сказал, что он защитит меня от шаманства орков. Амулет его нейтрализует, если шаманство направлено непосредственно на меня. А оказалось, что он еще и силы восстанавливает. Я тут попробовала пользоваться им немножечко по-другому, так от избытка силы меня чуть не раздавило!
— Командир! — Это вернулся Кляо. — Командир, потери… — Сотник на миг запнулся.
— Продолжай.
— Семьдесят шесть мертвы, двадцать легко раненых, еще семеро при смерти.
— Скажи ребятам отдыхать, Кляо. Блидхард, пусть лучники тоже передохнут, следующая атака состоится не скоро.
— Будем надеяться. — Лис вздохнул и стянул с рук перчатки. — Ну, кто поставит, что мы продержимся до завтрашней ночи?
Ставок никто делать не хотел, зачем ставить на то, что попросту абсолютно невозможно?
— Шестая? — Лис присел рядом с Харьганом и облокотился спиной о полуразрушенную стену укрепления.
— Какая шестая? Восьмая только что была, вон сейчас девятая пойдет, слышишь? — усмехнулся Харьган и сплюнул кровью.
Боль в груди и постоянная кровь изо рта — последствия удара орочьего молота в доспех.
Над просыпающимся и отходящим от ночи миром раздавался рокот боевых барабанов орков. За ночь Первые атаковали укрепления людей восемь раз, три раза им удалось прорваться за стену, несмотря на огонь лучников и вставших насмерть воинов. Каждый раз орков отбрасывали назад со все большими и большими потерями. Первые как заведенные пробовали на зуб Песьих Ласточек. Овраг заполнился трупами наполовину, стрел у лучников осталось по двенадцать штук на каждого, приходилось собирать стрелы орков, чтобы хоть как-то отстреливаться от вала наступающей армии.
Отряд Харьгана совершил невозможное — выстоял против врага почти четыре дня, дав армии Грока огромную фору во времени.
Харьган окинул взглядом немногих выживших. Тридцать девять человек. Тридцать девять уставших, перебинтованных, измазанных кровью людей. Все, кто выстоял атаки орков, все, кто выжил.
Не стало Кляо, погибшего от глупой одинокой стрелы, не стало Блидхарда, не стало молодого пограничника, охранявшего волшебницу. Да и сама волшебница погибла из-за того, что смогла прибить шамана противников. После этого орки целенаправленно устроили за Сьеной охоту и в предпоследней из вылазок добились удачи, окружив ее и телохранителей.
Солдаты похоронили волшебницу в неглубокой могиле возле опрокинутой палатки, положив на могильный камень амулет-капельку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
