Я был прав в том, что увижу по-настоящему плачущего Яна. Вот только то, что вместе с ним Святу придется успокаивать и меня, узнал чуть позже.
Когда дошло, что к чему, получил такое громадноеоблегчение...
Мама дорогая!
Глядя на вздрагивающую спину Яна, уткнувшегося в шею брата, и ощущая, как начинает душить ком в горле и дрожать ноги, сполз спиной по стенке и, обхватив колени, тихо разревелся.
Как же долго я ждал этого!
Мне казалось, что сейчас мое тело отреагировало намного быстрее, чем разум, который был как во сне. Только я знал, что это не сон – вцепился зубами в свою руку, и было больно...
И я радовался этой боли, которая давала понять, что все реально.
Все позади...
Прежде чем самому вот так раскваситься, я слышал, как Свят, глотая слова, что-то шепчет Яну, видел, как он его гладит по спине.
Хотелось скулить от радости и плакать, расслабляясь, по полной, давая такой долгожданный отдых натянутым столько времени нервам...
А потом со мной рядом примостились и клоны. Смешались их прикосновения, успокаивающий шепот, поцелуи, покрасневшие глаза и носы...
Кто-то гладил меня по волосам, Свят шептал, что я придурок.
Ну да, Святуся, монстр мой.
А кто еще мог в такой ситуации назвать меня придурком так, чтобы было нежно?
Сам носом шмыгал, хлопая мокрыми ресницами, а мне выговаривал. А потом заставил поднять лицо от коленей, убирая волосы с мокрых щек, смеясь сквозь слезы.
Я, улыбаясь, послав Свята в задницу, притянул к себе голову Яна, стоящего рядом со мной на коленях, и успокаивались потихоньку, утирая друг другу слезы.
А Свят, устроившись на корточках, гладил нас по головам и плечам, с дрожащими губами, тихо, срывающимся шепотом скулил:
- Придурки... Какие же вы у меня придурки... Оба... Реве-е-ете, как девчо-о-онки, ну?! Все позади. Все хорошо... Ужевсе хорошо...
А стыдно и не было, ни капли.
Я прижимал к себе Яна, утыкаясь ему в щеку носом, при этом умудрялся шептать, что люблю очень, что рад так, что обоссусь, наверное, заставляя нашего эмо улыбаться и прижиматься ко мне еще сильнее.
Да, я не сомневался, что Ян мне благодарен за многое. Но и я был ему благодарен не меньше. Этот человечек изначально перевернул мою жизнь, заставляя любить себя, заставляя меняться. Даря невероятно сильные эмоции, разные до невозможности, но такие мне нужные.
- Деби-и-илы... Весь пуловер мой изма-а-азали уже, – утираясь, пытался возмущаться Свят про свитер, который был на мне. - Развели тут сырость…
- А са-а-ам? – Ян не выдержал и притянул к себе Зверя, целуя его в скулу. – Трындит тут, а? Га-а-ад...
- Ага, – подтвердил я, обнимая сразу двоих, улыбаясь, облегченно выдыхая, и терся об их щеки и шеи, постанывая от бушующих в груди эмоций. – Суко... Сам слезы глотает, а на нас вякает...
- Блин... А на кого мне еще вякать? На кого? Ой... Все-все-все... Хватит! Хух... Наконец-то, этот идиотизм закончился...
И уже успокаивались, все свободнее дыша, украдкой разглядывая друг друга, и в то же время, пряча счастливые взгляды за челками, ресницами, но понимали и чувствовали состояния друг друга, как свое собственное. И от этого мутилось в башке...
- Может, нажремся, а? – неожиданно выдал Зверь. – Не заслужили, что ли? Деньги есть... Давайте?
Ян перевел взгляд с сияющего брата на меня. Я усмехнулся.
- Да, вообще-то, почему бы и нет? Пятница!
- Ну да... Останешься у нас, м-м-м? – Свят потрепал меня по челке. – Я тебя, блонд, толком и пьяным-то не видел... Может, хоть сегодня напою?
А Монстр прав.
Как-то получалось всегда, даже на новый год, что не напивались, как следует. Впрочем, я ведь тоже Яна не видел пьяным.
- Напоит он, – я перехватил его руку и сильно сжал, заглядывая в глаза, жмурясь от накатывающего удовольствия.
- Ага, – Свят улыбался в ответ, также стискивая мои пальцы.
Голубые глазищи сияли.
- Не, ну я серьезно же, Дин!
- Да нормально все, перестань. Я тоже хочу нажраться. Ммм? – это я уже смотрел на Мозаика, с закушенной губой наблюдавшего за нами. – Напьемся, малыш? Отпразднуем?
- А то! Только я подумал, Кира бы позвать, а? Все-таки он волновался не меньше... Я знаю...
- Эй, котенок... послушай меня, – Свят положил свободную руку на плечо Яна. - Я знаю, он твой друг и тоже переживал за тебя... Но давай, ты с ним потом встретишься, а? В кафе сходите, или тут у нас выпьете, если захотите? Денег оставим, если что - завтра, послезавтра. В любой день. А сегодня очень хочется, чтобы только мы, понимаешь? Мы трое - это просто немного другое, родной...
Я видел взгляд Свята и не сомневался, что Ян возразить не сможет.
Да и не захочет уже.
- И знаешь, я ведь до одури устал себя контролировать рядом с тобой. Честно... Хочу быть самим собой. Пожалуйста...
Меня, наверное, никогда не перестанет клинить от Свята, снимающего свою обычную «маску». А сейчас он был действительно без нее.
Это прекрасно видел и чувствовал не только я. Вздрогнувшая губа Яна, а потом его сильное, до мычания, объятие за шею Свята и шепот:
- Я все понял. Обожаю тебя! – просто кричал об этом.
Я понимал желание Зверя быть втроем. Нам действительно есть о чем поговорить, а может, и помолчать. И на самом деле хочется быть собой, обнимать, когда захочешь, целовать, тискать, сказать все, что на ум придет. Тем более, если пить, то сами понимаете – это непредсказуемо.
Свят подмигнул мне, когда Ян с выдохом отпустил его. Я ответил улыбкой.
Все правильно. Спорить было не о чем. Произошло то, чего мы хотели больше всего на свете, и имеем право за все это безумное время, когда чуть не свихнулись, как следует расслабиться.
- Ну, что пить будем? Вино и все такое - думаю не серьезно, правильно? Мало выпить - толку нет, много - обрыгаемся потом, – Монстр смотрел на меня, когда Ян угукнул, и я подтвердил:
- Да уж, какое сейчас вино! Водяру надо.
