В числе прочих документов, подписанных Ельциным 23 сентября, был указ о проведении досрочных выборов президента. Они намечались на 12 июня 1994 года. Таким образом, Ельцин отклонял “нулевой” вариант, на котором настаивали депутаты и Зорькин, – об одновременных досрочных выборах президента и парламента 12 декабря. Логика Ельцина была понятна: выборы всегда несут в себе неопределенность, а одновременные выборы законодательной и исполнительной власти – неопределенность двойную, чреватую продлением и даже разрастанием хаоса, в котором и без того пребывает страна; отсюда идея отделить одни выборы от других хотя бы на полгода. Другое дело, что досрочные президентские выборы в России тогда вообще не состоялись…
Помимо давления на сидельцев Белого дома, которое оказывалось с помощью президентских указов, использовались и другие, более простые, методы. 23-го в 11 утра в здании были отключены городские телефоны. В ответ Хасбулатов призвал связаться с военными специалистами, а также с радиолюбителями и наладить в здании парламента работу передвижной радиостанции.
Затем очередь дошла до электричества. Его отключение началось в 6 вечера. Остановились лифты. В половине восьмого в Белом доме включили автономную электростанцию – осветить удалось лишь часть помещений. Позже, когда топливо для автономного генератора иссякло, умельцы ухитрились “подцепиться” к уличному освещению и подать электроэнергию в некоторые начальственные кабинеты.
Усиленно циркулируют слухи, что может быть отключен и водопровод. Это было бы уже совсем серьезно, ибо, как справедливо заметил один из журналистов, без телефона руководить страной еще можно, а без канализации – уже нет.
Аналогичному давлению подвергся Конституционный Суд. В его здании была отключена ВЧ-связь с регионами, а в служебном автомобиле Зорькина – радиосвязь. (Вообще, в те дни у многих деятелей, в чьей лояльности Кремль имел основания усомниться, возникли проблемы с телефонной связью.) Особую тревогу судей вызвало то, что КС лишили вневедомственной охраны…
Чрезвычайный съезд
23 сентября в 10 вечера начался чрезвычайный съезд нардепов. Он открылся при отсутствии кворума, – для него требовалось 689 депутатов. По утверждению руководства ВС, присутствовало 639 (президентская сторона настаивала, что было и того меньше – 493). Поступили просто: лишили депутатского статуса тех, кто не явился в Белый дом. Кворум “получился”.
Забавно, что люди, на каждом шагу прибегавшие к подобным беззаконным манипуляциям, в то же время клялись и божились, что привержены закону и Конституции.
Первое заседание съезда продлилось до четырех утра. На повестке дня – один-единственный вопрос: о политическом положении в стране “в связи с совершенным государственным переворотом”.
Поименным голосованием депутаты утвердили решение ВС о лишении Ельцина президентских полномочий (за – 630 голосов, против – 4, четверо воздержались). Соответственно, президентскими полномочиями был наделен Руцкой, к этому времени, как мы знаем, уже принесший присягу.
“Экономическая программа”, с которой выступил новый “президент”, – набор дешевых популистских мер: снизить цены, проводить ежеквартальную индексацию зарплат и пенсий… Где взять деньги? О, на это у Руцкого и компании всегда имеется ответ: печатный станок – вот он, в нашем распоряжении.
Съезд также утвердил “силовых министров”, назначенных Верховным Советом. Новые “силовики” выступили с духоподъемными речами. Баранников сообщил, что большая часть личного состава МБ “будет выполнять только Конституцию и закон” и назвал фальшивкой появившееся в СМИ сообщение о состоявшейся будто бы коллегии министерства, “которая якобы поддержала Бориса Ельцина”. Ачалов заверил депутатов, что “подтягивать к Белому дому войска и окружать его танками пока нет необходимости, поскольку по нашему зову личный состав придет сюда целыми частями”. (Трудно сказать, какие такие части генерал тут имел в виду. Возможно, 119-й Нарофоминский парашютно-десантный полк, с командованием которого защитникам Дома Советов о чем-то вроде бы удалось договориться.) Наконец, и третий “силовик”, Дунаев, на этот раз утверждал, что подавляющее большинство сотрудников МВД относится к указу Ельцина отрицательно.
В 10 утра 24-го съезд продолжил работу. Оказалось, что на нем уже присутствуют 653 депутата – по крайней мере так утверждал Хасбулатов.
Нападение на штаб ОВС СНГ
Накануне вечером в Москве на Ленинградском проспекте произошло трагическое происшествие. Примерно в 21-00 группа вооруженных людей попыталась прорваться в штаб Главкомата ОВС СНГ, расположенный неподалеку от станции метро “Аэропорт”. Произошла перестрелка. Были погибшие.
По сведениям “Коммерсанта”, события на Ленинградском проспекте развивались следующим образом. Два офицера милиции – участковый инспектор капитан милиции Валерий Свириденко и оперуполномоченный местного отделения, – проходя вечером мимо КПП штаба ОВС, обратили внимание на стоящий возле него УАЗик Он показался им подозрительным: возле него суетились какие-то вооруженные люди в камуфляже. Милиционеры решили проверить у них документы. Вместо документов оперуполномоченный получил удар по голове, а Свириденко – очередь из автомата (позднее он скончался от полученных ран). На выстрелы подоспела патрульная машина дежурного по городу. Когда старший группы лейтенант милиции попытался подойти к УАЗику, из КПП выскочил какой-то человек в камуфляже и по нему тоже стал стрелять из автомата…
Журналистам стало известно, что происходило и в самом помещении контрольно-пропускного пункта. В тот же момент, когда находившиеся на посту солдаты-срочники услышали первые выстрелы, от удара прикладом автомата разлетелось стекло в двери КПП. Ворвавшиеся в помещение люди в камуфляже наставили на солдат стволы и отобрали у них табельное оружие – пистолеты Макарова. После этого нападавшие бросились на территорию штаба, а один из них выскочил обратно на площадку перед КПП – по-видимому, именно он стрелял в лейтенанта, подъехавшего на патрульной машине.
Обращает на себя внимание, что нападавшие действовали весьма профессионально. Не растерялись даже при появлении милиции. Кроме того, они хорошо знали, как организована охрана штаба ОВС, и прекрасно ориентировались на его территории.
Прибывшие на место происшествия подразделения ОМОНа оцепили территорию штаба, а также прилегающие к ней жилые дома и начали прочесывание…
Довольно странным выглядит то обстоятельство, что в числе задержанных оказались несколько “ополченцев” из числа “защитников” Белого дома, явно не имевших прямого отношения к нападению. Дело в том, что старшие в их “десятках” зачем-то, – даже не объяснив толком зачем, – послали их в район метро “Аэропорт”. Посланцы появились там, когда все уже, по сути дела, закончилось, и были задержаны ОМОНом на подступах к месту событий.
Все это дало повод сторонникам ВС утверждать, будто нападение на штаб ОВС – провокация, устроенная их противниками. Так, в частности, прокомментировал трагическое событие генерал Макашов, которого Руцкой незадолго перед тем назначил заместителем министра обороны. На пресс-конференции в час дня 24 сентября он заявил, что цель провокации, устроенной сторонниками Ельцина возле штаба ОВС, – “предъявить нам ультиматум”. Между тем, сам же Макашов в момент, когда события на Ленинградском проспекте еще продолжались, торжественно объявил на митинге у Белого дома о взятии штаба как о большой победе. Эти его слова были встречены аплодисментами.
Что касается ультиматума, направленного в Белый дом Павлом Грачевым и его заместителем Константином Кобецом, в нем содержалось требование сдать все оружие, распустить Съезд, полностью освободить здание, отстранить от должности белодомовских “силовых министров” и выдать виновных в нападении на штаб ОВС СНГ. Если до 16-00 24 сентября эти требования не будут выполнены, то, по утверждению Макашова, Ельцин и Грачев отдадут приказ о штурме Белого дома со стрельбой на поражение.
О том, что штурм вот-вот начнется, сидельцы Белого дома говорили в те дни постоянно. Ельцин же и его министры с такой же частотой опровергали наличие у них подобных намерений.
Всю вину за случившееся возле штаба ОВС – впрочем, как и за любые кровавые события, которые могут произойти в дальнейшем, – на президентскую сторону возложил и Хасбулатов.
– Возможно, будут жертвы, – сказал он, – но жалкие попытки переложить на нас ответственность за кровь мы отвергаем, – кто совершил государственный переворот, тот и несет полную ответственность за это.
Помимо капитана Свириденко, в результате инцидента на Ленинградском проспекте погиб еще один человек, совершенно к нему не причастный, – 63-летняя пенсионерка Вера Малышева. Во время перестрелки она стояла у окна в своей квартире на пятом этаже дома, расположенного напротив КПП, и была убита шальной пулей.
