и зачаточные основы медицины, который видел многокилометровые мосты и туннели, космические капсулы и фронтовые штурмовики, поэтические альманахи и художественные галереи, миллионные библиотеки и многотысячные университеты...
Единственный, кто горел в танке, замерзал с ледорубом на заснеженном перевале, прыгал с парашютом, смотрел кинофильмы на большом экране, общался с человеком, который находился на другой стороне шарика, прочитал больше всех книг и слышал десятки языков. Мало?
И можно было бы накидать самому себе пафосные фразы, типа... а не хочу даже их здесь произносить, вы сами все их знаете, зачем еще раз вбивать их в голову, нет, оттолкнусь не от того, что надо, а от того, что хочу.
Только сейчас понял, что стоит мертвая тишина, и все смотрят на меня, а Орха одной рукой сжимает мою, а вторую поднимает к лицу в полном недоумении. И я теперь здесь не просто гость, вот стоит человек, жизнь которого теперь полностью зависит от моей, если другие, если что, будут помнить, но будут жить дальше, то вот эта девушка без меня хлебнет столько горя, что этого никак нельзя допустить. Вздрогнул, встряхнулся и выпрямился:
— Я, герцог Корт Поду, хочу взять в жены виконтессу Орху Окар и не имею преград для этого.
— Я, виконтесса Орха Окар, хочу взять в мужья герцога Корта Поду, делаю это без принуждения и не имею причин, которые могли бы этому помешать.
— Я, бургомистр коронного города Подух, Лит Решш, объявляю вас, герцог Корт Поду, и вас, герцогиня Орха Поду, мужем и женой. Да послужит ваш брак процветанию и величию всего герцогства. Ура!
— Ура! Ура! Ура-а-а!
Мы вышли на площадь, запруженную народом. Остановились на крыльце, гвардейцы с трудом оттесняли толпу от нашего свадебного кортежа.
Я поднял руку, толпа взревела и стала затихать.
— Эй! Герцогство Поду! Ты слышишь меня?
— Да! Да!
— У меня самая красивая жена, а у вас самая добрая герцогиня!
— Да! Да! Ура!
— Все меня слышат?
— Да!
— Сегодня я самый счастливый человек, и, если сегодня кто-нибудь не выпьет за нашу прекрасную герцогиню, тот станет моим личным врагом! Вы поняли?
— Да! Да! Ура герцогине! Ура! Ура!
— Празднуйте и веселитесь! А всех девочек, которые родятся через девять месяцев, мы назовем как?
— Орха! Орха!
— А всех мальчиков?
— Корт!
— Правильно! Празднуйте! Ваш ужасный герцог повелевает вам сегодня пить и целоваться!
— Ура! Ура! Ура!
Мы сели в свой экипаж, и под восторженные крики двинулись обратно к замку. У ворот я приказал остановиться, мы вышли, я вытащил заранее приготовленный замок. Вернее, его подобие, но рабочее, дужка защелкивалась внутри, и чтобы открыть нужно было вставить в прорезь штырь с двумя бороздками на конце.
— Что это?
— Замок, моя любовь. А вот ключик... увесистый такой. А вот мостовая цепь. Защелкивай, да, прямо здесь. Вот, а ключик, оп...
— Ты выбросил его в ров в воду... зачем?
— Пусть это символизирует нашу с тобой любовь. Никто и ничто не сможет нас разлучить, как это замок никто и никогда не откроет.
— Смешно, но чудесно. Спасибо!
— А теперь, оп..., — я подхватил Орху на руки и пошел через мост.
— Что ты делаешь?
— Это мой дом, и я хочу чтобы первый раз в качестве хозяйки ты пересекла его порог у меня на руках.
Орха засмеялась, а на той стороне нас встретили наши гости.
— Несет! Сам! На руках! Ура герцогу! Ура герцогине! Ура!
Я так и нес ее до пиршественного зала, по дорожке, усыпанной цветами, и сам зал... цветы, цветы, цветы...
— Откуда это все? Я не видела!
— Ха! Поживешь со мной, еще и не такое увидишь...
— Обещаешь?
— Конечно...
А дальше были тосты, песни, пляски, поздравления. Барон Жу взял на себя основной удар в клубе любителей вина. Я им поставил свое, крепленное, и удалые бароны «убрались» довольно быстро. Дамы хвастались нарядами и украшениями, мужчины выправкой и оружием. Фурор произвел мой сервиз, еще бы, получилось очень стильно и необычно для этого времени. Обычно вся посуда на столе представляла сборную «солянку» из всего, чтобы было в доме, а тут... одинаковое, красивое.
Повара тоже постарались на славу, блюда поражали обилием, вкусом и, главное, подачей и украшениями. Это тоже было необычно, но это все не главное...
А главное... оторвались... После торжественной части с официальными поздравлениями и тостами, после того как все уже расслабились, началась, тоже подготовленная мной, неформальная... Это было, да...
Представьте хор гвардейцев, который поет «Жил-был у бабушки серенький козлик...», а дамы в пышных платьях, играющие в жмурки, а перетягивание каната в исполнение пьяных баронов, и прочее, и прочее.
Наконец настало время десерта, вынесли огромный торт в виде нашего замка, даже флаги были воткнуты, а потом вышли на патио.
— Песню! Песню! Ваша светлость!
— Да я не готовился.
— А
