Читаем без скачивания Конец начала - Гарри Тертлдав

пинбол, только внизу были живые люди. "Живые люди, которых я хочу убить", - подумал пилот.

   На краю гавани появились десантные суда. Несколько зениток бросили стрелять по самолётам и открыли огонь по ним. Это плохо. Трёхдюймовое орудие могло устроить немало бед судну, которое, что на суше, что на воде, шло одинаково неважно. Джо налетел на орудие с тыла. Он решил, что расчёт не услышал его приближения. То, что пули .50 калибра делали с людьми, было намного хуже, чем то, что зенитки могли сделать с лодками.

   Несколько уродливых неуклюжих судов вошли в канал. Остовы затопленных кораблей блокировали бухту от крупных судов, но мелкие лодки прошли без труда. Расстреляв пулемётное гнездо, Джо помахал крыльями, приветствуя своих.

   В воды Уэст Лох устремился дымящий "Хеллкэт". Джо огляделся. Парашюта он не заметил. Возможно, этому бедолаге повезло, что он не успел выбраться. В противном случае, он угодил бы в самую гущу япошек, не имея ни единого шанса выбраться оттуда живым. Что бы те с ним сделали, прежде чем убить... По сравнению с этим, падение в воду - не так уж и плохой исход.

   Джо закладывал один вираж за другим, стрелял короткими очередями, дабы не перегреть пулемёты и не сжечь стволы. Наконец, боеприпасы закончились. Топлива ещё достаточно, но толку с него? Делать ему здесь нечего, если только он не хочет повторить подвиг того япошки и запалить гигантский пожар.

   Пора домой. Он полетел через весь Оаху обратно на "Банкер Хилл". Несколько раз по нему стреляли япошки, но ни разу не попали. Попасть в быстро летящий самолёт - дело непростое. Стрелки по обе стороны окопов прекрасно об этом знали.

   Ещё несколько клубков чёрного дыма вокруг него, и вот, Джо выбрался на простор Тихого океана. Он надеялся, что американские корабли по нему стрелять не станут. Начнёт один, остальные к нему быстро присоединятся, и в его сторону полетит настоящий дождь из пуль и снарядов. Его могут и не сбить, но зачем рисковать?

   Он прошёл рубеж. К нему подлетел патрульный, чтобы рассмотреть поближе, но, убедившись, что перед ним "Хеллкэт", убрался прочь. Улетая, его самолёт помахал крыльями. Джо ответил взаимностью.

   Как обычно, при посадке на "Банкер Хилл", Джо лишился собственной воли, подчинив её указаниям сигнальщика. Пилоты истребителей - очень своевольные ребята. Джо терпеть не мог вставать под чей-либо контроль. Однако нет проще способа покончить с собой, служа на авианосце, чем не подчиниться приказам сигнальщика. Как бы Джо ни злился, он подчинялся.

   По сигналу офицера, Джо толкнул штурвал вперёд и нырнул на палубу.

   - Господи! - воскликнул он, приземлившись.

   Хвостовой крюк зацепился только за второй тормозной трос. "Хеллкэт" дёрнулся и остановился.

   Джо открыл "фонарь" кабины и к нему устремились механики.

   - Как прошло, мистер Кросетти? - поинтересовался один.

   - Легко, - ответил Джо. - Нужны патроны. Тогда, вернусь, и добавлю им ещё. Мы отбиваем у этих тварей Перл Харбор, и будь, уверен, отобьём.

   Матросы закричали от радости.

   - Вернём вас в небо без проблем, сэр, - сказал техник. - За это не переживайте.

   - Я и не переживаю, - ответил Джо. - Это пусть золотые погоны переживают.

   Будучи энсином, он по званию стоял выше техников. Разумеется, он офицер. Только сам он себя им не считал. Отдать ему приказ мог практически любой член экипажа.

   Об этом он будет думать потом. Сейчас же ему хотелось устроить япошкам очередную взбучку. Что станет с Перл Харбором, после того, как американцы его отобьют, тоже относилось к будущим размышлениям, причём, не к самым желанным.

   Битва приближалась к Гонолулу. Грохот боя в Перл Харборе звучал совсем близко, как бы Хиро Такахаси ни желал обратного. Он был готов спорить, что этого не случится после того, как Япония завоевала Гавайи. Он был уверен, что они - победители. Какое-то время эта ставка могла и сыграть. Теперь нет.

   Хиро хотелось, чтобы сыновья устроили ему взбучку. За собственную глупость он заслужил отличную взбучку. Они относились к нему хорошо, словно он был стариком, который вернулся после веселья с молодухой, оставив ей всё, кроме собственных золотых зубов.

   - Сигата га наи, отец, - сказал ему Хироси. - Когда американцы вернутся, мы сделаем всё, чтобы ты не попал в неприятности.

   - Его не могут судить, - сказал Кензо, словно Хиро не сидел с ним в одной палатке. - Он - не гражданин США. Он помогал своей родине.

   "И не важно, насколько же он был глуп".

   Вслух Кензо этого не сказал. Да и не надо было говорить. С тех пор как американцы вернулись, всё вокруг, буквально кричало об этом.

   - Думаешь, им будет до этого дело? - спросил Хироси. - Он просто япошка, который помогал другим япошкам.

   Главное, самое ненавистное слово, было произнесено по-английски. Старший сын продолжал:

   - Возможно, разбираться будут со всеми, так что нам стоит поискать оправдания получше.

   - За меня не переживайте, - сказал Хиро. - Консул Кита сказал, что позаботится обо мне, если сможет, и я уверен, что он сможет.

   Сыновья уставились на него.

   - Тоже мне, - сказал Кензо. - Кита и себе-то помочь ничем не может, не говоря об остальных.

   - Это так, - согласился Хироси. - Всё это - пустая болтовня.

   - Ну, надеюсь, что нет. Консульство до сих пор на месте и работает.

   - Пока на месте, - заметил Кензо. - Работать там уже некому. Американцы уже в Перл Харборе. Через день они будут уже в Гонолулу. Что Кита может сделать?

   Хиро пожал плечами и поднялся на ноги.

   - Не знаю. Схожу, выясню.

   - Не ходил бы ты туда больше, отец, - сказал ему Хироси. - Мало бед принесло тебе это консульство?

   - Если Америка победит, вы будете счастливы. Хорошо, будьте счастливы. Я бы никогда не стал счастливым, даже если бы не выступал по радио. Америка - не моя страна. И никогда не была ею. Я