— …«Каламак индастриз», — закончил он, морщась и вытирая руку об штаны. — Я знал вашего отца.
— Блин, просто глазам своим не верю, — сказала я, сдвигаясь так, чтобы видеть их обоих.
Ал просиял:
— Поразительно, кого только в лифте не встретишь! — сказал он, и Трент посмотрел на меня пристально:
— У вас есть средство для превращения мертвого в живое. И это белая магия, — заявил эльф.
Я открыла было рот, но меня очень спокойно опередил Ал:
— И оно продается по ученическим ценам. Без гарантий. Вот у меня здесь две бутылки, — сказал он, похлопывая себя по карманам. — Эффект временный: проклятие для придания им долговечного тела куда как сложнее. Для этого, видите ли, кто-то должен умереть. Конечно, можно тогда назвать такие чары черными, но вы, кажется, не особо переживаете насчет убийств ради собственных ваших целей. Я ведь не ошибаюсь, Трентон Алоизий Каламак? — спросил он, притворно улыбаясь. — Весьма забавно, что вы мою ведьму называете черной, притом что сами вы убиваете ради выгоды, а она убивает… — Он изобразил, будто задумался. — Ха, она ни разу не убила того, кто не просил ее это делать! Можете себе представить?
У Трента выступили на щеках красные пятна.
— Я не убиваю ради выгоды.
— Если ты хоть сколько-нибудь похож на отца, то ты убиваешь ради прогресса.
Тут мы все как один обернулись к Пирсу, но лифт звякнул, и внимание наше привлекли открывшиеся двери.
— Пожар! Чудесно! — радостно провозгласил Ал и шагнул в шумную толпу, забившую нижний вестибюль.
Мне в ноздри ударил запах дыма, я бросилась следом, не желая упускать Ала из виду. Народу было полно, в вечерних платьях и нарядных костюмах вперемежку с одетыми в джинсы и пальто — зашли погреться, и еще не готовы уходить. Или не могут, потому что улицы блокированы.
Стараясь видеть одновременно Ала и Пирса, я подгребла к гардеробщику, протянула номерок. Почувствовав на руке ладонь Пирса, я резко обернулась, чуть не ударив его наотмашь.
— Любезная ведьма, лучше держитесь подальше от этого господина. Его отец был дьявол во плоти, — сказал мертвый колдун, показывая глазами на Трента.
— Да ты что!
Кому мне верить, призраку или родному отцу? Отец мой был хорошим человеком. Правда ведь? Он не стал бы работать с дьяволом во плоти. Ведь не стал бы?
Терзаясь сомнениями, я взяла свое пальто и поискала глазами зеленый фрак Ала. Увидев Квена, я слегка пожала плечами, показывая ему, что все в порядке и не надо переходить в боевой режим при виде Ала. Когда-то этот демон сделал из Трента котлету.
Трент пробирался к Квену, медленно из-за постоянных задержек — его все узнавали. Я показала на него Квену, и начальник службы безопасности бросился вперед, держа на руке пальто своего работодателя.
Наконец я заметила Ала — он стоял у дверей, болтая с какими-то близнецами, надевшими детские чепчики в порядке новогоднего маскарада. Я открыла сумку, Дженксу скомандовала «Залезай!» — и пошла выручать близнецов. Пикси спустился вниз, замерзший и явно радуясь теплу от грелки. Я знала, что ему невыносимо сидеть в закрытой сумке, но выбора не было. Застегивая сумку, я дала себе обет дальше обращаться с ней очень осторожно.
По дороге я стала надевать пальто, отдернувшись от Пирса, когда он попытался мне помочь.
— Спасибо, я справлюсь, — сказала я и вздрогнула, когда Ал схватил меня за плечо, чтобы не дергалась, и помог надеть второй рукав. — Отпусти, — потребовала я, но мои возможности были ограничены толпой. Рука скользнула в холодный рукав, и Ал наклонился, застегивая мне верхнюю пуговицу.
— Я просто любуюсь, как ты ломаешь Трента, — прошептал мне Ал сзади. Пальцы в белых перчатках сместились к подбородку, он повернул мне голову в сторону Трента и Квена. — Медленно-медленно, будто лед тает. И с помощью его собственной гордости. Мастерская работа. Я даже не знал, что в тебе есть такой талант, Рэйчел. Боль со временем притупляется, но до того она весьма эффективна, а эффективность — смысл любой деятельности. Если она ведется не просто ради искусства.
— Я его не ломаю, — тихо возразила я.
Ал отступил, и я повела плечами, поправляя пальто. Трент и Квен уходили. Квен еще раз обернулся с непроницаемым лицом и скрылся из виду — я вздохнула с облегчением. По крайней мере я не буду виновата в смерти Трента. Сегодня уж точно.
Сирены взвыли громче, я повернулась ко второй двери. Пирс забежал вперед, распахнул ее перед нами. Я не сразу сообразила, что привлекло к нему мое внимание.
— Где ты взял пальто?
Пирс покраснел, но ответил мне Ал, наклонившись ко мне:
— Украл, конечно. У него много разных талантов. Почему, как ты думаешь, он меня так интересует? Или тебя, моя ведьмочка?
Я в мрачном настроении вышла на холод, на ходу нырнув в шарф и жалея, что вообще здесь оказалась. А если что-нибудь случилось с Айви или с Гленном, я кого-то урою на фиг.
Глава двадцать восьмая
Не все слава богу, думала я, косо поглядывая на идущего рядом Ала. Мы шагали по перекрытой улице к Фаунтейн-сквер, я мерзла, кутаясь в пальто, и сквозь вспышки мигалок высматривала Айви. Пирс тащился сзади, стараясь не выглядеть деревенщиной, но так таращил глаза, что никак не вписывался в этот город. Да и в это столетие тоже.
Площадь представляла собой организованный хаос. Только что подъехали пять машин, судя по их виду — из ОВ, в дополнение к двум из ФВБ и ОВ, заранее поставленным на это мероприятие, и еще, разумеется — фургоны телевидения и «Скорые». Плюс ко всему этому работали пожарные машины, и брызги из рукавов, замерзая на лету, кололи мне лицо ледяными иголками. Мерзкий холод вместе с ветром забирался под пальто и пронизывал до костей. Дженксу даже в моей сумке наверняка было нелегко.
Народу было меньше, чем можно было бы ожидать: внутриземельцы отлично умеют исчезать и по природным склонностям избегают всего, что пахнет скандалом. Горсточка зевак соперничала друг с другом за внимание телевизионщиков.
Стараясь ни с кем не встречаться глазами, я ускорила шаг и подошла к желтой ленте, притворяясь, будто не слышу вопросов, которые кричали мне вслед.
Возле отключенного фонтана толпились пострадавшие, которым обрабатывали ожоги, еще некоторые, похоже, надышались дыма. Огонь уже погасили, но пожарные все еще поливали сцену — думаю, работали на камеры телевидения. На краю огороженной зоны я заметила коренастый силуэт Эддена, и капитан обернулся, когда я ему крикнула. Во фраке ему наверняка было холодно, но держался он четко и уверенно. Приподнял передо мной желтую ленту, и мы пролезли под ней. Тут же я почувствовала, что нахожусь под защитой, ушло состояние настороженности, и меня затрясло от холода.
