рыцарь Хайгардене и уже тогда видел как Оленна вертела хайгарденским двором. Своего жениха она свела с оруженосцем, заставив того забыть о женщинах, а сама залезла в кровать к Лютору, привязав этого безобидного увальня к себе. — По ходу рассказа глаза всех присутствующих постепенно становились все больше и больше. Не то чтобы рассказанное Фаулером было какой-то великой тайной, но такие «подробности» были для большинства откровением. — Как потом она рассказывала «по секрету» своим фрейлинам, с одной из которых я тогда спал, она терпеть не могла Таргариенов и считала их опасными безумцами, недостойными Железного трона.
Повисшая после этого тишина была почти абсолютной, прерываемой лишь негромкими звуками дыхания и льющегося в бокал вина Красного Змея.
— Вот поэтому шансов на выигрыш у драконов мало. — Наконец сказал Темпер, собравший со стола фигурки и свернувший карту. — Их максимум тридцать тысяч, со всеми оставшимися преданными им людьми. Может пятьдесят, если мы все напряжемся и отправим всех наших воинов на помощь. Но даже если мы победим, то ничего не получим. Долина и Север, наравне с Дорном, являются природными крепостями, которые очень трудно взять и мстить за смерть своих лордов они будут очень долго.
На этом моменте совещание затихло. В последующие дни было произнесено много слов, проведено множество споров и обсуждений, вылившиеся в несколько драк, но время шло, а единое решение так и не было принято. Слишком много было противоречий и обид среди дорнийцев, не позволявших им объединиться и принять единое решение.
Все решили два послания.
Письмо с угрозами от короля и записка от Ливена Мартелла, просящего поторопиться и описывающим вышедшее на пик безумство Эйриса.
Решение было принято. На север, в Королевские земли направлялся Феликс Темпер с восьмитысячным сборным корпусом с двумя приказами — сберечь как можно больше солдат и вернуть принцессу Элию домой.
* * *
— Поздравляю, твой план полностью сработал.
— Благодарю Доран. Если бы не ваше доверие, у меня ничего бы не получилось.
— Но как ты смог уговорить помочь Айронвудов и Фаулеров?
— Деньги, милорд. Простые деньги. У Айронвудов я продлил контракт на сопровождение, а у Фаулеров закупил саженцы.
— Неплохо. Я доверяю тебе, мой друг. Ты ведь помнишь свою задачу?
— Оставить на поле боя солдат остальных лордов и организовать похищение.
— Правильно. Но запомни — если хоть что-то пойдет не так и с головы моей сестры упадет хоть один волос… Тебе не жить.
Глава 36
В ожидании начала
282год от З. Э
ПроливТартский, Штормовые земли.
Если бы судьба существовала, и у нее был пол, то тогда она была бы женщиной. Самой непостоянной, капризной и несправедливой женщиной на всем белом свете. Ибо не могу найти причин, почему спокойные дни мира так резко превратились в пожар гражданской войны, где страдают ни в чем неповинные женщины и дети.
Конечно, все это софистика.
К этому все шло уже много лет. Можно сказать, что предпосылки к войне появились еще до моего рождения. Слишком слабыми были Таргариены для титула королей, слишком амбициозными были грандлорды для простых слуг, слишком сильной была ненависть между регионами… причин много, и сдерживались они всего двумя факторами — честью лордов, не позволявшей им предать своего сюзерена, и выгодой от общих границ между королевствами и отсутствием постоянных войн.
Но Эйрис и его сын Рейгар все разрушили.
Первый много лет подтачивал верность благородных к своему дому, ведя очень недальновидную и откровенно глупую политику, еще сильнее утверждая репутацию Таргариенов как безумных инцестников и полностью разрушая те крохи уважения оставшиеся после Эйгона I Завоевателя, а второй одним своим решением завершил начинания отца — натравил на Железный трон королевства Севера и Штормовых земель, вместе с их союзниками, Талли и Арренами.
И когда я получил письмо, то сразу все понял. Это и есть тот самый конец драконов, о котором говорилось в сериале. И прямо сейчас это несло лишь одни проблемы, как для меня, так и для Дорна. Зная Дорана, можно легко предположить, что он точно пошлет свою личную гвардию на помощь свояку, и наверняка ее потеряет.
А это значительное ослабление дома Мартелл. Дома, который уже несколько лет защищает меня своей протекцией от таких монстров как Айронвуды, Фаулеры, Манвуди, Сванны и другие. Без дома Солнечного копья меня бы просто стерли в пыль, как только Осгилиат начал приносить хоть какую-нибудь прибыль. Так что нужно было что-то делать.
План родился лишь через пару недель, когда мы с Оберином, на самой быстроходной шхуне, примчались в Солнечное копье. Кое-как я убедил Дорана, который был в тихом бешенстве от произошедшего и не начинал ругаться, крушить все вокруг и пить лишь из-за леди Меларио, находящейся на последних сроках беременности и готовой разродиться в ближайшие недели, что не нужно торопиться и следует все как следует обдумать. В ход шли все возможные аргументы, вся информация собранная моими людьми по всему Вестеросу и даже некоторые «преуменьшения» о истинных размерах королевской армии… Ну не узнал он, что вместо тридцати тысяч северному альянсу будут противостоять все пятьдесят, с учетом оставшихся верными короне лордов. Что такого? Главное, что он со мной согласился и решил выслушать.
В конце концов, после многих часов мозгового штурма мной, Дораном и Оберином был намечен простой курс — как можно сильнее снизить участие Дорна в войне, не провоцируя этим короля, в конце встав на сторону победителя и одновременно с этим выкрасть из Красного замка принцессу Элию с детьми — и на его основе был построен план.
С тех пор прошло уже четыре месяца и пока все шло более-менее хорошо.
Был созван Совет Дорна, где через меня, простого торгаша, за которым не слишком пристально наблюдают, до большинства лордов была донесена мысль — «Мы вынуждены участвовать в войне на стороне Таргариенов и наверняка проиграем».
Естественно, большинство из них решили отказаться от участия в походе, сразу после собрания. Но тут их навестил Оберин и намекнул, что в
