Лоис кинула на Ральфа отчаянный взгляд, который он едва заметил. Мысль о том, что нечто двигает ими, как шахматными фигурками в пресловутом турнире Фая Чапина, — мысль, которая при других обстоятельствах вызвала бы у него приступ ярости, — в ту минуту прошла где-то стороной. Он вспоминал тот вечер, когда Эд позвонил ему по телефону. Ты лезешь в глубокую воду, сказал он тогда, где плавают такие штуковины, которых ты даже представить себе не можешь.
Сущности, иными словами.
Создания, слишком отвратительные для понимания, как сказал мистер К., а мистер К. — джентльмен, который приносит смерть живым.
Они пока еще не заметили тебя, сказал ему Эд в тот вечер, но, если ты будешь продолжать валять дурака со мной, они заметят. А тебе это не нужно. Поверь мне, не нужно.
Лоис: [Прежде всего, как вы подняли нас на этот уровень? Это бессонница, да?]
Лахесис, осторожно: [В основном да. Мы способны совершать определенные небольшие изменения в аурах Краткосрочных. Эти изменения вызывают довольно специфическую форму бессонницы, которая влияет на то, как вы спите и как вы воспринимаете бодрствующий мир. Подправление аур Краткосрочных — очень деликатная и опасная работа. Всегда есть опасность безумия.]
Клото: [Временами вы могли чувствовать, что действительно сходите с ума, но никто из вас даже близко не подходил к этому. Вы оба намного крепче, чем сами о себе думаете.]
«Эти засранцы и впрямь считают, что успокаивают нас», — восхитился Ральф, а потом снова оттолкнул от себя злость. Сейчас у него просто не было времени, чтобы злиться. Быть может, позже он даст себе волю. Он надеялся на это. А пока он просто погладил ладонь Лоис и вновь повернулся к Клото и Лахесису:
[Прошлым летом, после того как Эд избил свою жену, он болтал со мной про создание, которое называл Малиновым королем. Это говорит вам о чем-то, ребята?]
Клото и Лахесис обменялись еще одним взглядом, который Ральф поначалу ошибочно принял за торжественность.
Клото: [Ральф, вы должны помнить, что Эд безумен и живет в иллюзорном состоянии…]
[Да-да, расскажите-ка мне об этом.]
[…но мы полагаем, что его Малиновый король действительно существует в той или иной форме и что когда Атропос перерезал жизненный шнур Эда Дипно, тот попал непосредственно под воздействие этого создания.]
Двое маленьких лысых врачей снова взглянули друг на друга, и на этот раз Ральф верно углядел то, что было написано на их одинаковых лицах: не торжественность, а ужас.
2
Начинался рассвет нового дня — четверга, и полдень был уже близок. Ральф не был точно уверен, но ему казалось, что скорость, с которой проходили часы там, на Краткосрочном уровне, возрастала; если они вскоре не закончат с этим разговором, Билл Макговерн будет не единственным их другом, которого они переживут.
Клото: [Атропос знал, что Высшая Цель пошлет кого-то, чтобы попытаться изменить то, что запущено, и теперь он знает, кого именно. Но вы не должны допустить, чтобы Атропос отвлек вас; вы должны помнить, что он — немногим больше пешки на этой доске. На самом деле вам противостоит не Атропос.]
Он сделал паузу и неуверенно взглянул на своего коллегу. Лахесис кивнул, и Клото продолжил, причем достаточно уверенно, но Ральф все равно почувствовал, как у него слегка екнуло сердце. Он не сомневался, что у двух лысых врачей были наилучшие намерения, но тем не менее они явно разыгрывали спектакль как по нотам.
Клото: [Вы также не должны напрямую приближаться к Атропосу. Мне трудно подобрать слова, чтобы достаточно подчеркнуть это. Он окружен силами, которые намного больше, чем он сам; силами злобными и могущественными; силами, которые сознательны и не остановятся ни перед чем, чтобы остановить вас. Однако мы думаем, что, если вы будете держаться подальше от Атропоса, вам, быть может, удастся предотвратить ту страшную вещь, которая вот-вот произойдет… Которая в очень реальном смысле уже происходит.]
Ральфу не очень понравилось невысказанное предположение, будто он и Лоис сделают все, что бы ни захотели эти два веселых парня, но сейчас, похоже, было не совсем подходящее время для сомнений.
Лоис: [Что должно случиться? Чего вы хотите от нас? Мы должны отыскать Эда и уговорить его не делать плохого?]
Клото и Лахесис посмотрели на нее с одинаковым выражением немыслимого ужаса.
[Разве вы не слушали, как мы…]
[…вы и думать не должны о…]
Они запнулись, и Клото кивнул Лахесису, чтобы тот продолжил.
[Если вы не слышали нас раньше, Лоис, услышьте сейчас: держитесь подальше от Эда Дипно! Нынешняя необычная ситуация снабдила его, как и Атропоса, огромной мощью. Даже приближение к нему вызовет риск посещения этого уровня сущностью, которую он считает Малиновым королем… А кроме того, его больше нет в Дерри.]
Лахесис оглядел улицу, где зажигались огни в вечерних сумерках четверга, а потом снова перевел взгляд на Ральфа и Лоис:
[Он уехал в…]
[. . . . . .]
Никаких слов, но Ральф уловил ясный чувственный образ, бывший частично запахом (масло, жир, выхлопы, морская соль), частично ощущением и звуком (ветер, колышущий что-то — возможно, флаг), а частично зрительной картинкой (огромное ржавое здание с громадной, раздвинутой на стальном треке дверью).
[Он на побережье, да? Или в пути?]
Клото и Лахесис кивнули, и выражения их лиц свидетельствовали, что расстояние в восемьдесят миль от Дерри очень хорошо подходит для Эда Дипно.
Лоис снова стиснула ладонь Ральфа, и он взглянул на нее.
[Ты видел это здание, Ральф?]
Он кивнул.
Ральф: [Это не Лаборатории Хокингс, но где-то неподалеку. Думаю даже, это место мне знакомо…]
Лахесис, торопливо, словно желая сменить тему: [На самом деле не важно, где он и что собирается сделать. Ваша задача лежит в другом месте, в более безопасных водах, но все равно вам может понадобиться вся ваша Краткосрочная сила, чтобы выполнить ее, и все равно остается угроза огромной опасности.]
Лоис тревожно взглянула на Ральфа:
[Скажи им, что мы никому не причиним вреда, Ральф; мы можем согласиться помочь им, если сумеем, но ни ради чего мы никому не станем причинять вред.]
Однако Ральф не стал говорить им ничего подобного. Он думал о том, как бриллиантовые сережки сверкали в мочках ушей Атропоса и как умело его поймали в ловушку — и, разумеется, Лоис вместе с ним. Нет, он сможет причинить кое-кому вред, чтобы вернуть сережки. Это даже не вопрос. Но как далеко он готов зайти? Пойдет ли он на убийство, чтобы вернуть их?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
