невязавшейся с огромной, почти восьмиметровой боевой машиной, «Шива» во вспышке ускорителей увернулся от залпа тяжёлого импульсного роторника и следующим движением упёр ствол левой плазменной пушки в грудь машины противника.
Выстрел оставил в центре рейнской машины пылающий сквозной кратер.
— Убить их всех! — яростным голосом приказал Абал, швырнув остатки «Бакхауфа» в стену ближайшего строений. — Всех уничтожить!
Развернувшись, «Шива» перевёл огонь на отходившие доспехи, пехоту и АРКов.
Те попытались окружить своего врага, но эффект внезапности и потеря собственной техники быстро превратили это короткое сражение в одностороннее избиение.
Оснащенные тяжёлыми импульсными орудиями и плазменными пушками сульфарские «Бакхауфы», «Шварцы» и «Шива» попросту выжигали окружающих их противников, превращая АРКов в груды горелого и расплавленного железа, а людей в кучи запеченного мяса.
Тройка «Шварцев» Камаан ке Сена, поднялись над полем боя с помощью прыжковых ускорителей, заняв позиции на крышах зданий и принялись методично поливать отступающих солдат из своих роторников и вмонтированных в головные модули лёгких противопехотных импульсных пушек.
Их поддержали появившиеся на крыше и окнах промышленного комплекса солдаты личной гвардии мёртвого Шейха. Немного, всего два десятка одетых в штурмовую броню солдат, но их огонь оказался не менее смертоносен.
Весь бой продлился не более трёх минут. И не потому, что не осталось врагов. Рейнские солдаты не были идиотами. Как только стало понятно, к чему всё идёт, они начали быстро отступать, используя возможности собственных бронекостюмов. Практически сразу один из выживших заместителей погибшего командира доложил о ситуации своему командованию, вызывая подкрепление.
— Отходим, — приказал Абал, разворачивая «Шиву» и следуя собственному приказу.
Не прошло и нескольких минут, как пара штурмовых ботов армии Протектората обстреляли ракетами всю территорию комплекса.
Промышленное здание превратилось в руины под градом обрушившихся на него снарядов, но сульфарцев там уже не было.
Абал отвёл свои силы в глубь промышленной зоны, подальше от места прошедшего боя. Нужно было пополнить боекомплект для доспехов и его солдат.
Они выжили лишь чудом. Если бы не вызванная техниками Мукерджи задержка, то они бы отправились на базу почти на два часа раньше. Сейчас Абал даже немного жалел себя за ту вспышку гнева. Разозлённый постоянными заминками, он избил конструктора.
А ведь если бы не это, то все они уже давно добрались бы до главной базы Камаан ке Сена.
И сейчас были бы трупами. Как и все, кто там находился во время орбитального удара.
Ему до сих пор было трудно поверить в то, что господин погиб.
Абал связывался с Русталом за десять минут до того, как кинетические боеприпасы начали сыпаться с неба и прекрасно знал, что шейх находился в административной башне в тот момент, когда разогнанная до гиперзвуковой скорости металлическая болванка пробила её от крыши до фундамента, разрушив здание.
Теперь же... впервые в своей жизни за последние двадцать лет Абал не знал, что ему делать. Оставшись без того, кто всю его сознательную жизнь направлял его, он банально не знал, что предпринять.
Поэтому, для человека, сделавшего социальный дарвинизм главным принципом своей жизни, не осталось раздумий, когда он услышал о рейнском нападении на восточную часть города.
Это событие дало ему новую, пусть и эфемерную, как пустынный мираж, цель в жизни.
Убить. Убить всех, кто повинен в случившемся. Оставшийся без хозяина цепной пёс, всю жизнь руководствующийся правом сильного, бросился в бой без тени сомнений.
Собрав всех своих людей и оставшиеся у него мобильные доспехи, он повёл их с собой для того, чтобы убивать.
— Наиб, мы начали перезарядку, — донеслось по системе связи. — Нам нужно пять минут для того, чтобы перезарядить вооружение наших доспехов.
— Действуйте быстрее, — отрывисто приказал он. — У нас мало времени.
Оставшиеся у Абала небольшие силы расположились в глубине промышленной зоны, внутри одного из крупных складов. Он был достаточно большим для того, чтобы вместить все имеющиеся у Абала мобильные доспехи, транспорт и солдат.
Единственное, что беспокоило его сейчас — расход боеприпасов.
Их изначально было совсем не много, а этот короткий бой, пусть и закончившийся победой, сожрал довольно большое количество невосполнимых в данной ситуации ресурсов...
Град ракет накрыл здание, внутри которого они находились, заставив содрогнуться его до самого основания.
Часть крыши обвалилась, похоронив под собой одного из «Шварцев». Вокруг машины как раз крутились техники, меняя энергоячейку доспеха.
Вокруг образовавшейся на бетонном полу склада груды обломков стали растекаться грязные кровавые лужи.
Рейнские военные смогли выследить тех, кто посмел оказать столь впечатляющее сопротивление их силам и пришли для того, чтобы отомстить.
Коротко выругавшись, Абал выбросил в сторону бутылку с водой и рухнул в кресло «Шивы». Кресло задвинулось внутрь, а за его спиной моментально закрылась бронированная крышка, отрезавшая кабину машины от остального мира.
— Всем приготовится к бою! — рявкнул он, затягивая пристяжные ремни.
Рейн действовал быстро. Слишком быстро. Даже элита новой Сульфарской армии в лице Камаан ке Сена не привыкли к такому сильному противнику.
Но, это не означало, что они не станут с ним сражаться.
Два десятка солдат в бронекостюмах быстро заняли позиции на втором и третьем ярусе огромного склада с имеющимся у них небольшим количеством тяжёлого оружия.
Протекторат наступал осторожно, но с пугающей настойчивостью. Он не пустил вперёд АРКов, как сделал бы это в другой ситуации. Теперь врагу было хорошо известно о наличии у засевших внутри тяжёлой техники и современного оружия. Для начала нужно было разобраться с главной опасностью.
Четыре «Бакхауфа» заняли позиции в пяти сотнях метрах от своей цели. Расположенные на их спине тяжёлые скорострельные миномёты поднялись на необходимое возвышение и выплюнули в воздух более тридцати кассетных зажигательных зарядов.
Через полминуты на занимаемый бойцами Камаан ке Сена склад обрушился огненный ад.
Зажигательные боеприпасы буквально утопили его в огне. Одни взрывались на крыше, растекаясь огнём по всей поверхности. Другие залетали внутрь через дыры, пробитые первым ударом и тогда пространство внутри превращалось в настоящую преисподнюю. Не способные хоть как-то защититься от этой угрозы, техники и другие лишённые брони солдаты буквально сгорали заживо, умирая в мучительных воплях и попытках сбить с тела прилипшую к нему огнесмесь
К удивлению этот удар повлиял на боевой дух сражающихся сульфарцев совсем иным образом нежели планировали атакующие.
Загнанные в ловушку, они начали сражаться подобно разъярённым львам, чьё изображения украшало их штурмовую броню и мобильные доспехи.
«Шива» и остальные хашмитские машины вырвались из склада, бросившись в контратаку.
Двойка «Шварцев» моментально поднялась над поверхностью, подпрыгнув в воздух на своих прыжковых
