В это время одной из главных забот Советского правительства было налаживание дипломатических и торговых связей с Англией — лейбористская партия, в 1924 году побывавшая у власти в течение нескольких месяцев, и английские тред-юнионы были главной опорой СССР в его надеждах на установление нормальных отношений между двумя великими державами. В этой связи придавалось большое значение визиту М.П.Томского, возглавлявшего тогда ВЦСПС, в Лондон. М.П.Томский, приехавший в Англию в качестве гостя профсоюзных деятелей, много раз выступавший на рабочих митингах, стал, однако, объектом очень неприятных демонстраций. Представителю советских профсоюзов пришлось выслушать много неприятных вопросов относительно положения Церкви в СССР, немало вопросов касалось патриарха Тихона. «Оздоровление атмосферы» было главной заботой Е.А.Тучкова.
Митрополит Петр говорил об открытии Духовной академии, о преподавании Закона Божия детям, о нормализации положения духовенства. В конце концов был выработан проект патриаршего воззвания, в котором глава Русской Церкви должен был в самой категорической форме отмежеваться от всех антисоветских происков и осудить эмигрантское духовенство. В то же время в воззвании должны были быть сформулированы основные требования Церкви.
Митрополит Петр, которому предстояло выработать документ, очутился перед трудной задачей: «просоветская» часть документа вызывала возражения патриарха, а патриарх Тихон, мягкий по характеру, больной и слабый, умел в известных случаях становиться непреклонным. С другой стороны, «требования Церкви» вызывали бурный протест со стороны Е.А.Тучкова. Предстояло соединить несоединимое — сблизить точку зрения патриарха Тихона с точкой зрения Е.А.Тучкова.
К концу марта 1925 года документ был выработан. Однако патриарх Тихон все время откладывал его подписание.
Наконец в праздник Благовещения митрополит Петр после литургии — патриарх Тихон в этот день служить не мог — настойчиво потребовал от патриарха подписания воззвания. Колебания патриарха продолжались. Однако железная воля митрополита Крутицкого одержала верх: митрополит заявил, что отказ патриарха от подписи будет воспринят, как враждебная демонстрация, что он, митрополит Петр, вынужден, в таком случае, снять с себя всякую ответственность за последствия и просить уйолить его на покой. Лишь под вечер патриарх дрожащей рукой поставил неровную подпись под воззванием (автограф был впоследствии опубликован в «Правде» и «Известиях»).
А через несколько часов, в 11 часов 45 минут, патриарх скончался.
«Доктор Бакунин, в больнице которого скончался Тихон, сообщает следующее о болезни и смерти Тихона, — передавала «Вечерняя Москва» 23 апреля 1925 г. в заметке «Болезнь и смерть Тихона» (с. 2). — Патриарх Тихон поступил в нашу лечебницу 13 января 1925 года с хроническим воспалением почек и перерождением мышцы сердца (миокардит). Кроме того, еще до поступления в больницу в Донском монастыре у него было несколько приступов грудной жабы. Лечили Тихона проф. Кончаловский и доктор Покровский. На консультациях бывал проф. Плетнев. Кроме того, ежедневно больного посещал доктор Щелкан. До первой недели Поста в состоянии здоровья больного было отмечено заметное улучшение — отсутствие припадков, здоровый пульс и нормальное самочувствие. В начале первой недели Поста Тихон выписался на 4–5 дней из лечебницы для совершения служб в московских церквах, после чего вернулся в лечебницу очень утомленным, как со стороны сердца, так и почек.
Наступившее временное улучшение продолжалось недолго. Тихон регулярно выезжал по праздничным дням, что не могло не отразиться на состоянии его здоровья.
2 апреля 1925 года врачом Виноградовым была произведена у Тихона экстракция нескольких гнилых корешков из нижней челюсти. После удаления корней у больного появилось довольно обычное незначительное воспаление десны, распространившееся на соответствующую сторону глотки до миндалевидной железы. Был вызван специалист, доктор Генкин, который, хотя и не нашел ничего серьезного, все же, не желая брать на себя ответственность, настоял на консультации, состоявшейся накануне смерти и в десять часов вечера 7 апреля. В консультации принимали участие, кроме доктора Генкина, профессор Свержевский, доктор Мещерский и врачи больницы. В воскресенье 5 апреля, несмотря на боль в горле, больной выехал служить, что привело к сильному раздражению глотки. В день смерти Тихон принял митрополита Петра, с которым имел продолжительную деловую беседу, после которой чувствовал себя очень утомленным. В половине двенадцатого ночи состоялся последний обход врачом лечебницы, во время которого Тихон чувствовал себя, в общем, удовлетворительно, но не успел врач подняться в свою квартиру, как раздался тревожный звонок фельдшерицы, сообщавшей по телефону, что больному нехорошо. Немедленно был вызван доктор Щелкан. Врачи застали Тихона в ясно выраженном припадке грудной жабы (задыхание, падающий под рукой пульс, холодный пот). Больной указывал на сердце и жаловался на боль. Были впрыснуты обычные в таких случаях камфора и морфий, но пульс продолжал падать, и через 5–7 минут больной скончался. Между прочим, на следующий день из лаборатории «Т-ва врачей» возвратился анализ мочи, отправленный на исследование в день смерти, показавший резкое ухудшение со стороны почек.
В течение всей болезни при Тихоне неотлучно, по очереди, дежурили два келейника».
Как говорят, со слов одного из этих келейников, Т.Пашкевича, почувствовав после камфоры улучшение, патриарх спросил, сколько сейчас времени. После того как ему ответили, патриарх трижды перекрестился и воскликнул, как во время благодарственных (по причащении) молитв:
«Слава Тебе, Боже, Слава Тебе, Боже, Слава Тебе, Боже!» — и это были его последние слова здесь, на земле.
15 апреля 1925 года, через неделю после смерти патриарха, появился во всех газетах текст подписанного им воззвания под заголовком: «Предсмертное завещание Тихона». Приводим ниже газетный текст этого воззвания.
«Предсмертное завещание Тихона.
Печатаемое ниже завещание Тихона, написанное им в день его смерти (7 апреля 1925 года), доставлено в редакцию митрополитами Петром Крутицким и Тихоном Уральским с просьбой опубликовать его в печати. Ниже приводим полностью просьбу митрополитов и завещание Тихона.
«В редакцию газеты «Известия».
Гр. Редактор!
Просим не отказать поместить в газете «Известия» при сем прилагаемое воззвание патриарха Тихона, подписанное им 7 апреля 1925 г.
Петр митрополит Крутицкий Тихон митрополит Уральский 14 апреля 1925 г.»
Смиренный Тихон, Патриарх Московский и всея Церкви Российския.
Благодать вам и мир от Господа и Спаса нашего Иисуса Христа.
В годы великой гражданской разрухи, по Воле Божьей без которой ничего в мире не совершается, во главе русского государства стала Советская власть, принявшая на себя тяжелую обязанность — устранение жутких последствий кровопролитной войны и страшного голода.
Вступая в управление русским государством, представители Советской власти еще в январе 1918 года издали декрет о полной свободе веровать во что угодно и по этой вере жить. Таким образом, принцип свободы совести, провозглашенный Конституцией СССР, обеспечивает всякому религиозному обществу, в том числе и нашей православной церкви, права и возможность жить и вести свои религиозные дела согласно требованиям своей веры, поскольку это не нарушает общественного порядка и прав Других граждан. А поэтому мы в свое время в посланиях к архипастырям и пастырям и пасомым всенародно признали новый порядок вещей и Рабоче-Крестьянскую власть народов, правительство коей искренне приветствовали.
Пора понять верующим христианскую точку зрения, что «судьбы народов от Господа устроются», и принять все происшедшее как выражение Воли Божией.
Не погрешая против нашей веры и церкви, не переделывая чего-либо в них, не допуская никаких компромиссов или уступок в области веры, в гражданском отношении мы должны быть искренними по отношению к Советской власти и работе СССР на общее благо, сообразуя распорядок внешней церковной жизни и деятельности с новым государственным строем, осуждая всякое сообщество с врагами Советской власти и явную или тайную агитацию против нее.
