что второй раз он не намерен пропускать мой эксперимент, вдруг опять будет красивый и большой взрыв. Я его в тот момент чуть не прибил, ибо было утихшая паранойя дочери вновь вернулась и эксперимент был на грани срыва. Но вырвав свое право на эксперимент и вообще, я здесь правитель, и точка. Достав готовую панель, проверив ее работу, достал нейрослизь, как ее в будущем назвали, взяв под контроль данное вещество отдал команду на полное поглощение и перестройку получившейся у меня панели. Процесс оказался жуть каким сложным, требовал абсолютного контроля. Внучкам с дочкой даже пришлось соединиться со мной и начать меня поддерживать и делиться пси энергией. Данную способность открыли именно внучки, работая совместно в лабораториях. Семь часов и более трёхсот основных особей с их запасами пси энергии потребовалось, чтобы закончить процесс преобразования.
И вот она моя панель, все тот же квадратный метр, только на пол сантиметра толще. Серебреное железо сменило свой цвет, отливало сиреневым, лампа приняла плавные очертания, аккумулятор и батареи выплавились в структуру метала также приобретая плавные очертания, солнечные панели слились с металлом, образуя сетчатый рисунок на верхней стороне панели. Как только процесс преобразования был закончен, пришлось дать себе и другим полчаса на отдых, больше я просто не смог вытерпеть. С замиранием подойдя к панели, первым делом проверил ее работоспособность, щёлкнув тумблер, лампа зажглась, все работало. А теперь самое главное, попытался установить ментальную связь с панелью, что со скрипом, но удалось, отдал команду на изменение формы, квадрат медленно и со скрипом начал менять форму с квадратной на круглую, затем был поглощён тумблер, растворился в структуре метала. Подчиняясь прямому пси контролю лампочка гасла и зажигалась. Подозвав Санька попросил нанести на лицевой части панели глубокую царапину, что тот незамедлительно сделал, чуть не пробив панель насквозь. Вновь ментальное подключение к панели и отдача команды на восстановление, медленно глубокая царапина начала зарастать, почти сорок минут и вот панель вновь полностью целая.
Достав еще одну порцию нейрослизи, и шарики с затребованной эссенцией, отдал приказ на поглощение и интеграцию полученных особенностей в содержавшихся цепочках днк. Два часа ушло на новую интеграцию и преобразование. Панель даже пришлось подкормить биомассой. Но вот изменения закончены, верхняя часть теперь имела зеленоватый оттенок более явный сегментарный рисунок, прибавила в толщине еще пару миллиметров. Лампочка на панели горела ярче, упростилось ментальное управление, емкость аккумулятора и скорость зарядки возросли на несколько порядков, а новые нанесенные повреждения заросли за двадцать восемь минут, повторный эксперимент с уроном показал что при наличии дополнительных строй материалов процесс регенерации ускорялся, но и требовал большее количество энергии. Еще серия экспериментов показал что во время регенерации тратится энергия из аккумуляторов. Еще час игры и привития дополнительной порции ресурсов удалось, запрограммировать панель на определенные действия. При приближении к панели свет сам загорался, при отдалении тух. Удалось задать алгоритмы самостоятельных действий на восстановление целостности. Как только наигравшись с панелью и полностью убедившись что мне это все не снится, меня пробило дикий истерический смех, я хохотал как безумец и ни как не мог успокоиться. Дочь было начала поднимать панику, что помогло прийти в себя. Сбагрив в кучу оставшиеся материалы добавив шарики с эссенцией, активно сдобрив получившуюся кучу материала нейрослизью, отдал команду на поглощение и перестройку по имеющемуся теперь у меня шаблону первой панели. Час, ровно час и горка исходных материалов превратилась в клон первой панели, через пять минут две панели срослись в одну.
Это было просто волшебно, ведь мы смогли сделать то что в моем мире считалось не то что фантастикой, а скорее граничило с бредом. Ведь имел я кусок металла, простой обычный кусок железа, а вот после преобразования у меня уже был не простой кусок железа, а живой мать его. Живое понимаете, он мог само восстанавливаться принимать самостоятельно разнообразную форму. Да были и минусы, как и всему живому ему требовалась энергия, терялась прочность, примерно процентов пятнадцать. Но обычная цепочка днк отвечающие за фотосинтез немного солнечных батарей, днк цветков отвечающие за поглощение тепловой и световой энергии, и вот мы имеем кусок метала который сам себя обеспечивает энергией, да еще и вырабатывает ее во множество раз больше чем ему требуется, еще становится более устойчив к тепловому воздействию, нежели обычное железо. Через пол дня механикусы с биологами додумались скормить живому железу синие минералы и горсть алмазной пыли, и вот мы уже имеем даже не железную панель, а новый материал обладающий гигантской прочностью, ужасным сопротивлением к тепловому воздействию, наверняка и к световому, но пока нет возможности проверить, так еще и живое!
Но и на этом плюсы не заканчивались, они только начинались. Ведь под пси управлением из получившихся, пусть будет биосинтетических материалов можно было делать все что душе угодно. А ведь у меня были схемы тысячи приборов структур и так далее. Сложность была только в создании первых образцов, дальше создавался шаблон готового продукта, с которым было уже гораздо проще работать. Причем просто взять схемы к примеру калькулятора и сделать его не выходило, даже имея все нужные материалы, нужно именно что сделать образец так сказать, затем произвести преобразование образца. Образец мог быть корявым дышащим на ладан, но он должен быть. Скорости преобразований и их сложность росла с каждым новым образцом. Ведь в процессе наработки опыта и преобразования все более сложных образцов мы получали схемы разных устройств, и частей из которых они состоят. Но и вишенка состояла в том что все получаемые материалы и готовые вещи сделанные на их основе было можно улучшить, прививая свойства других веществ и живых организмов. Я не видел границ у нашего открытия, это было просто фундаментальное открытие вокруг которого будет строиться наша наука. Ведь недавно биологи смогли изобрести новый вид симбионта, его полный потенциал пока неизвестен, но к примеру внешний вид сильно сменился, функционал сильно расширился, причем с каждым днем все сильнее. Появились даже точки по обслуживанию симбионтов скафандров. Каждый пришедший в данное заведение мог узнать о новинках для скафандров и получить помощь в модернизации своего симбионта, что встали второй кожей для каждой особи. Чего там только не было, и новые инструменты, структуры и материалы, что прививались скафандрам.
С открытием данного процесса преобразования, наша наука обещала бы догнать научный и промышленный прогресс моей бывшей родины за какие-то лет 30-50, тормозило это только наша численность и моя невозможность передать все имеющиеся у меня знания. Так что биологи
