- Оно, конечно, с большим войском канительно, - Кандибоб все-таки решил, что лучше прикинуться дурачком. - Всех кормить надо. Это же, сколько припасов с собой везти приходится. Ни в одном поселении на войско припасов не найти, - намекнул он, что войско, которое рыцарь пока почему- то прячет, здесь кормить не станут. - Вчетвером проще. Накормить мы вас, всегда накормим. И пива не пожалеем, пейте, дорогие гости...
А рыцарь перешел к тому, что его интересовало больше всего.
- Из ваших поселян наверно кто-то видел принцессу? Идет молва, что она величава и прекрасна, как утренняя заря.
- Да, принцесса хороша, - подтвердил Кандибоб. - Советник понятия не имел, как выглядит заточенная в башне пленница, но надо было угодить рыцарю. - Крупная, фигуристая, значит, и солидность в ней имеется. Лицо румяное. Коса толстая... И строгая, сразу видно, что принцесса.
Сам он тем временем рассуждал:
"То, что рыцарь не привел в поселение войско - это хорошо. Малый отряд много не награбит, а уж девок и вовсе не разыщет. Надо узнать, почему рыцарь войско прячет? Какая в том хитрость? Может, пока тут разговоры идут, войско уже поселение обложило, и скоро станут всех хватать?"
- Далеко ли от вашего поселения до башни? - продолжал расспрашивать Калант.
- Если завтра на рассвете выйдете то, как раз, послезавтра к обеду и будете на месте, - объяснил Кандибоб. - Там и пообедаете.
И подумал: "Или дракон пообедает..."
- Разрешение охотиться на нашего дракона мы вам по всем правилам оформим и выдадим дешевое, себе в убыток, - сообщил Советник. - Из уважения к славному рыцарю и его благородному роду, всего за полцены.
Неизвестно что ответил бы на такое сообщение Калант, но вдруг, совсем не вовремя, дверь широко распахнулась и в избу, одна за другой, как утки проковыляли три бабы. Бабы были босыми, старыми и усатыми. На них бесформенными мешками висели грязные серые балахоны, а головы были окутаны такими же грязными тряпками. Первая из них бухнула на стол с десяток темных лепешек, которые застучали о столешницу, как деревянные. Вторая поставила большое блюдо с мелкими отваренными в воде черными бобами. А третья выставила в центр стола еще одно большое глиняное блюдо, на котором горкой лежали какие-то зеленые, пахнувшие болотной тиной корешки. Выполнив свое дело, бабы низко поклонились гостям и утками заковыляли к выходу.
- Кушайте, дорогие гости! Сегодня будем пировать! - Кандибоб подвинул блюдо с вонючими корешками поближе к Каланту.
- Все самое лучшее для вас, - поддержал его Кашлентий. - Мы народ бедный, у нас все по простому. Такое - только по праздникам едим. И то не все.
Неприхотливый к еде рыцарь, которому, в нос ударил аромат застоявшегося болота, отодвинул блюдо с корешками обратно к Кандибобу.
- Спасибо за угощение, но мы еще не проголодались, - сообщил он.
- А бобы! У нас самые лучшие бобы в округе! - продолжал угощать Кандибоб, обращаясь на этот раз к магу. - Мы так живем: раз гости в дом - значит праздник. А если праздник, то и бобы на стол!
Он взял с блюда пару бобов, бережно отправил их в рот и стал усердно молоть крепкими зубами.
Путники основательно проголодались, и перекусить сейчас было в самый раз. Но не есть же болотные корешки и полусырые бобы. Ясно, что поселяне хотят убедить приезжих, будто они так бедны, что даже бобы считают лакомством. Хотя, по их плотным телесам и сытым лицам, понятно было, что питаются они не болотными корешками и бобами, а кое-чем поосновательней. Но и ссориться с поселянами не хотелось. Пока Мичигран раздумывал как бы поделикатней отказаться от угощения, вмешался монах.
- Пир да не для нас, - он очень естественно изобразил глубокое огорчение. - Постимся мы сейчас. Сегодня да завтра - дни недели, в которые наш святой драконоборец, дважды рожденный Фестоний, не вкушал растительной пищи. И мы дети его, дали зарок следовать во всем его примеру... А вы сами пируйте, - предложил он. - Вам ведь это не запрещено.
Но поселяне пировать не рвались. Можно было подумать, что они тоже дали зарок не употреблять в этот день растительную пищу.
- Если вы, высокие гости, не будете есть, то и нам не следует предаваться чревоугодию, - отодвинул от себя блюдо с вонючими корешками Кандибоб. - Так, значит, за разрешение охотиться на дракона заплатить надо, - теперь уже совершенно официально, как всенародно избранный глава поселения, осуществляющий здесь власть, напомнил он.
Монах и маг переглянулись. Они и предположить не могли, что какие-то тупые поселяне из какой-то глухой Нуидыры, которые всю жизнь платили дань дракону и которых рыцарь собирается избавить от этой тягостной обязанности, потребуют еще и плату за свое освобождение. А вспыльчивый Альдарион и вовсе не вынес такой наглости:
- Вы что, считаете дракона своей домашней скотиной!? - возмутился он.
- Ага!.. - нисколько не смутился Кашлентий и запричитал тонким противным голосом: - Мы же его кормили, мы же его поили... Лучший кусок от себя отрывали, отдавали дракоше. На наших харчах вырос, - он поглядел на гостей, удостоверился, что произвел впечатление и сменил тон. - У нас все записано: сколько коров, сколько баранов мы ему скормили, - стал он докладывать. - По праздникам курей даем - прямо дюжинами, самых жирных ( про курей Писарчук бессовестно приврал). Любит наш дракоша нежное куриное мясо. А ежели это все на монеты перевести, то получится полная привилегия в оценке действительности суммы. - Вот они записи! - Кашлентий вытащил из кармана несколько густо исписанных бумажек и потряс ими. - Учет ведем и полный баланс!
- Без нас дракон давно бы с голода помер, - внес свою лепту Бандурей.
Из заявления Кандибоба и упорного нажима Кашлентия Калант понял самое главное: поселяне требуют, чтобы он заплатил за право убить дракона. Из всех фамильных сокровищ, завещанных ему благородными предками, у рыцаря оставалась одна серебряная пуговица, да еще, у Буркста, в каком-то потайном кармане имелись пять золотых, полученных за лечение от Бахаррака. Калант без всякого сожаления, тут же решил отдать все это, но вмешался Мичигран. Магу стало интересно насколько далеко могут зайти нахальство и жадность поселян.
- Сколько вы с нас возьмете, за разрешение сразиться с кровожадным драконом и убить его? - спросил маг тоном, человека готового платить, но основательно перед тем поторговаться.
"Заплатят, - решил Кандибоб. - А куда им деться. Простоват рыцарь, простоват... И маг не лучше. Такого рыцаря, может, только раз в сто лет в Нуидыру занесет, так что грех не попользоваться его богатством. Святой драконоборец Фестоний такого не простит. Главное - не продешевить".
- Сколько бы вы дали? - спросил он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
