всех ног спешил нейт Энкель.
За ним, как два верных оруженосца, следовали практиканты. Кейлен и Лансель были нагружены свитками и плакатами. Энкель бережно прижимал к груди портфель с инструментами.
Я представила своих новых знакомых, и тут нейт Лейн удивился.
— Нейт Энкель? Кажется, я вас знаю. Это вы двадцать два года назад читали лекцию про желудочные анастомозы? В те времена это был прорыв.
— Да-да, было дело, — закивал лекарь. — А я вас тоже помню. Тогда вы читали доклад о гнойных осложнениях.
Мужчины сразу нашли общий язык, они вспоминали былое, пока участников конференции не позвали пройти в главный зал. Мы заняли места в третьем ряду, и глава столичной гильдии зачитал приветственную речь. Одним из первых выступал Сальвадор. Ученый рассказывал о результатах лечения пенициллином и о сыпном тифе. За спиной у него стоял помощник, держа в руках плакат с изображением платяной вши. Правда, почему-то она больше походила на волосатую собаку.
— Таким образом нам удалось рассмотреть возбудителей заболевания. Болезнетворные частицы живут в испражнениях вшей и при расчесах проникают в кровь больного. Использование пенициллина сказалось положительным образом…
Я не могла наслушаться. Немного неуверенный в повседневной жизни, нейт Эйле превращался в настоящего оратора на сцене. В своей стихии он был как рыба в воде. Доклад ученого встретили долгими рукоплесканиями. После него выступило еще два лекаря с рассказом о профилактике пролежней. Наконец, на сцену снова поднялся глава гильдии и объявил:
— Теперь предлагаю послушать доклад известного хирурга нейта Энкеля, руководителя лечебницы Благой Аннис, и его помощницы, — сообщил он.
Несколько секунд я сидела, растерянная, пока меня не позвал нейт Энкель.
— Ты что? Пора выходить, сейчас наша очередь.
— Наша? А что…
Он все-таки назвал лечебницу моим именем! Увидев мое замешательство, нейт Энкель усмехнулся.
— Да-да, а что ты удивляешься? По-моему, прекрасное название. Мы уже и табличку над входом успели повесить, практиканты всю ночь красили.
— Мы еще стенд для ваших плакатов колотили, — Лансель зевнул и потер заспанные глаза.
— За это нам положен выходной, — Кейлен взглянул на своего руководителя взглядом голодного кота.
Только сейчас я заметила следы краски у них под ногтями. Ну, учудили! Справившись с изумлением, самой капелькой негодования и приливом нежности к этим троим, я поднялась со своего места и проследовала за трибуну. Нейт Энкель нацепил на нос очки, откашлялся и приступил к рассказу.
Мы разделили выступление на части, каждый отвечал за свою. Интересно, как все пройдет? Как примут наш доклад маститые лекари и целители?
Я скользнула взглядом по рядам собравшихся. Эллен показала палец вверх, давая понять, что все в порядке и волноваться не о чем. Мы работали над докладом несколько месяцев, я получила от мастера идеальные инструменты, осталось лишь донести свои слова до аудитории.
Нейт Энкель начал с рассказа о непроходимости дыхательных путей.
— Все вы знаете, что это состояние очень опасно для жизни и требует срочного вмешательства.
Он говорил об инфекциях, которые осложнялись проблемами с дыханием, об утоплении, травмах гортани и закупорке дыхательных путей инородными предметами.
— Например, при дифтерии отторгающиеся пленки закрывают просвет трахеи и бронхов, без помощи такие больные умирают. Моей помощницей была разработана альтернатива привычной трахеостомии, которая часто заканчивается осложнениями. Особенно у детей…
— Альтернатива? Да вы шутите! — выкрикнул сидящий в первом ряду тучный лекарь. Его одутловатое лицо даже покраснело. — Кто эта девчонка? — он ткнул в мою сторону пальцем. — Сколько ей лет? Да у нее не может быть никакого опыта! Что она понимает?
В зале зашумели, Эллен попыталась успокоить говоруна, но тот не сдавался. Нейт Энкель снял очки и спокойно протер их тряпочкой. Он наблюдал за чересчур разошедшимся коллегой с легкой усмешкой.
— Если позволите, я дам слово своей помощнице.
— Слышали, что говорит нейт Энкель? — раздался голос из другого конца зала. — Имейте совесть, дайте людям выступить!
— Да-да, заткните кто-нибудь Жупара! Вечно он глотку дерет. Я помню, как он горшки за больными выносил, пока остальные оперировали!
— А это, случайно, не та целительница, что подняла неходячего?
— Кажется, та.
Когда все звуки стихли, я заняла место за трибуной. Вспомнились слова Эллен: “Над тобой будут смеяться не потому, что ты делаешь что-то не так, как они привыкли. А потому, что ты женщина”. Ну что ж, я изменю их предвзятое мнение.
— Уважаемые коллеги, позвольте представить наш набор инструментов, — я открыла чемоданчик Энкеля. — Здесь находится комплект из металлических трубок, зажимов, катетеров, а также гладкие гибкие трубки из бриоля и воздуходувные меха. Все это позволяет снизить риски операций и повысить процент выживаемости.
Некоторые привстали со своих мест, чтобы рассмотреть инструменты, которые я демонстрировала. Говорун по имени Жупар только фыркнул.
— О чем вы говорите?
— Обращайтесь к нейре Аннис вежливо, пожалуйста, — попросил нейт Энкель. — Прошу, продолжайте. От себя хочу добавить, что я уже успел испытать эти приспособления на практике.
Поддержка пожилого лекаря была важна для меня. Взглядом я нашла и нейта Грейвса. Он смотрел с одобрением и предвкушением.
— Выглядит интересно, — прокомментировал целитель, повернувшись к коллегам.
— А ты куда вообще лезешь? Ты маг! Руками помахал и готово! Это мы, лекари, бьемся над каждым пациентом!
Тут не выдержал уже глава гильдии. Грозно поднялся со своего места и рявкнул:
— Тишина в зале!!
Участники конференции притихли, как нашкодившие студенты. Я подняла вверх металлическую коническую трубку.
— Этот инструмент можно использовать у детей, как альтернативу кровавой трахеотомии. Она вводится вслепую между голосовыми складками при тяжелом сужении трахеи, например, при всем известной дифтерии, и позволяет дышать.
— И что, совсем не нужны разрезы? — поинтересовался кто-то.
— А можно посмотреть? — спросил уже известный мне нейт Брайтен, который вместе с Эллен прибыл из Левилля. Не дожидаясь разрешения, рыжий лекарь поднялся на сцену и выхватил у меня из рук трубку. — И что, это правда работает?
Нейт Энкель уверенно кивнул.
— Далее я бы хотела рассказать о других инструментах.
Время от времени приходилось повышать голос, чтобы перекричать не в меру любопытных слушателей. Их впечатлили воздуходувные меха для вентиляции легких, сделанные из того же бриоля. Лекарей удивило, что они могут помочь даже при утоплении. При условии, что прошло не слишком много времени. А еще — инструмент для осмотра глотки, аналог современного ларингоскопа. В этом мире визуализация дыхательных путей еще
