В 1875 году за революционную пропаганду была арестована Лидия Фигнер. В декабре того же года Вера Фигнер возвратилась в Петербург. Она приняла непосредственное участие в работе народнической организация «Земля и воля». Вместе со своими товарищами в декабре 1876 года вышла, на улицы города на первую в истории России политическую демонстрацию. Затем вместе с сестрой Евгенией она уходит «в народ». Сдав экзамены на звание фельдшерицы и акушерки, она отправилась в село Студенцы Самарского уезда, где лечила крестьян и попутно вела революционную пропаганду. Спустя три месяца деятельность пришлось свернуть – сестрами заинтересовалась полиция. Вторая попытка оказалась более удачной. Сестры целый год жили в селе Вязьмине Петровского уезда Саратовской губернии. Уже за первый месяц они в своем фельдшерском пункте приняли 800 больных, а в течение 10 месяцев – пять тысяч. Здесь же сестры открыли первую и единственную на три волости школу для крестьянских детей, которую посещали и взрослые крестьяне из соседних сел и деревень, чтобы овладеть грамотой и арифметикой. А по вечерам организовывали «громкие читки» книг, обычно у кого-нибудь из местных крестьян дома. Читали Некрасова, Лермонтова, Салтыкова-Щедрина. «Сестрички», как их ласково называли, быстро стали весьма популярны среди жителей, чему в немалой степени способствовала скромная жизнь, которую они вели. Просветительская деятельность двух женщин не пришлась по вкусу местным властям, за сестрами Фигнер была установлена слежка, началось дознание. Несмотря на то что ничего крамольного не выяснилось, школу закрыли на том основании, что она существует без разрешения учительского совета. Местному начальству не нравились эти люди, которые «прикидываются, будто за мужика стоят, а на деле бунт хотят сделать», поэтому надо их «живой рукой в острог и на виселицу». Сестры вынуждены были уехать и даже перейти на нелегальное положение. Впоследствии, на «процессе 14-ти» Вера Фигнер призналась, что их деятельность «на благо народа» нигде, кроме России, не подверглась бы преследованию. «Не легкомысленное отношение, а горькая необходимость заставила меня вступить на другой путь…»
Этим путем стал террор. Фигнер пришла к выводу о невозможности мирной пропаганды при полном отсутствии политических свобод и увидела выход в «физической силе: кинжале, револьвере и динамите».
В 1879 году произошел раскол «Земли и воли» на «Народную волю» и «Черный передел». Вера Фигнер вошла в Исполнительный комитет «Народной воли» наряду с А. И. Желябовым, А. Д. Михайловым, С. Л. Перовской. Целью организации было свержение самодержавия и созыв Учредительного собрания. Средством борьбы была избрана террористическая деятельность.
Вера Николаевна Фигнер имела среди товарищей неоспоримый авторитет. Н. К. Михайловский, русский литературный критик, близкий в это время к народникам, отзывался о ней как о человеке исключительной духовной силы. «В чем состояла эта сила, это обаяние, которым она пользовалась, трудно сказать. Она была умна и красива, но не в одном уме было дело, а красота не играла большой роли в ее кругу; никаких специальных дарований у нее не было. Захватывала она своей цельностью, сквозившей в каждом ее слове, в каждом ее жесте: для нее не было колебаний и сомнений».
26 августа 1879 года Исполнительный комитет вынес смертный приговор Александру II. Было принято решение об организации покушения на него сразу в нескольких местах – Одессе, Москве, Александровске в Екатеринославской губернии. Народовольцы начали изучать маршруты следования «высочайшей особы». Фигнер приняла самое деятельное участие в подготовке терактов, возглавив террористическую группу в Одессе. Вера выехала в Одессу с запасом динамита. Там вместе с Н. И. Кибальчичем под фамилией Иваницких остановилась на конспиративной квартире. Вместе с Фроленко, которого Фигнер устроила на железную дорогу стрелочником, и Татьяной Лебедевой, выступающей в качестве его жены, они готовили взрыв царского поезда. Однако трехмесячные подготовительные работы ни к чему не привели – Александр II просто не поехал на юг.
Точно так же не увенчались успехом и покушения на железной дороге под Москвой и в Александровске. Затем была еще одна неудачная попытка – взрыв в Зимнем дворце в Петербурге в феврале 1880 года, который произвел Степан Халтурин. И снова Одесса. И снова организатор покушения – Вера Фигнер, а в ее группу теперь вошли С. Перовская и А. Якимова. И снова неудача.
Подготовка к восьмому по счету покушению велась очень тщательно. Народовольцы собирались на конспиративной квартире, которую держали Вера Фигнер и Григорий Исаев. С января 1881 года здесь происходили все заседания группы, на которых до мельчайших подробностей разрабатывался план терракта, здесь был назначен день покушения – 1 марта и составлена прокламация об убийстве царя. Фигнер вместе с товарищами здесь же подготавливала бомбы. Еще одна явочная квартира была на Малой Садовой улице, где Н. А. Богданович и А. Яковлева открыли лавку по продаже сыров. Теперь отсюда велся подкоп под проезжую часть улицы, где проходил один из маршрутов воскресных прогулок императора.
1 марта Вера Фигнер должна была находиться на своей конспиративной квартире и ждать товарищей. Григорий Исаев принес весть о том, что покушение опять провалилось – царь проехал по другой улице. Вера была в отчаянии. Очередная неудача! Снова силы потрачены зря! Но в тот же день она узнает, что все-таки цель достигнута – Александр II был казнен. «На улицах всюду шел говор, – вспоминала Фигнер, – и было заметно волнение: говорили о государе, о ранах, о крови и смерти. Когда я вошла к себе, к друзьям, которые еще ничего не подозревали, то от волнения едва могла выговорить, что царь убит. Я плакала, как и другие; тяжелый кошмар, давивший в течение десяти лет молодую Россию, был прерван; ужасы, тюрьмы и ссылки, насилия и жестокости над сотнями и тысячами наших единомышленников, кровь наших мучеников – все искупала эта минута, эта пролитая нами царская кровь».
Но затем начались всеобщие аресты. Вера Николаевна единственная из членов Исполнительного комитета осталась на свободе. Были осуждены и казнены Н. И. Кибальчич, А. И. Желябов, А. Д. Михайлов, С. Л. Перовская. И тем не менее, Фигнер пыталась возродить «Народную волю», укрепляя имеющиеся связи и создавая новые. Она даже пыталась самостоятельно заниматься террористической деятельностью, организовав в декабре 1881 года в Одессе покушение на военного прокурора. Летом 1882 года ею был принят в члены партии С. П. Дегаев, которому была поручена одесская типография. Но через полгода типография была раскрыта, а Дегаев арестован. Он оказался провокатором, согласившись выдать Фигнер властям. Был сымитирован побег из полицейского участка, и Дегаев отправился на поиски Веры Николаевны. Отыскав ее в Харькове, он устроил ей «случайную встречу» с агентом В. Меркуловым, который знал ее в лицо. Утром 10 февраля 1883 года ее арестовали прямо на улице.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
