— Именно как проказливый мальчишка... Он всегда был таким. Мудрым ребёнком. И останется ещё долгие годы... — В серых глазах блестели слёзы. Но не слёзы ярости, а капли той благословенной влаги, которая смывает грязные пятна обиды с зеркала светлой души.
Я смотрел как зачарованный. На мгновение отпустив повод чувств, Матушка вернулась в юность. О, она была прекрасна! Рогар не мог её не любить... Впрочем, что я говорю: он и сейчас наверняка влюблён по уши. Такая женщина не может быть нелюбима...
Моё наивное восхищение не укрылось от её взгляда. Матушка лукаво сдвинула брови:
— Где Рогар нашёл такое сокровище?
— Сокровище? — растерянно переспрашиваю.
— Может, ты и не был до конца искренен, парень, но меня убедил. Более чем.
— Я говорил то, что думаю, почтенная госпожа! — обиженно надулся я.
— Верю, — усмехнулась Матушка, кончиками пальцев смахивая слезинки. — И всё же...
— Есть сомнения?
— Сомнения есть всегда. Без сомнений нет стремления к познанию, не так ли?
Я пожал плечами. Согласен, сомнения сами по себе — штука полезная, но когда жизнь состоит из одних сомнений... Никому не пожелаю такого счастья!
— Я не знаю, что от тебя ожидает Рогар, но не завидую ему: ты полон неожиданностей.
— Это плохо? — Я распахнул глаза.
— Это интересно, — подмигнула она. — Но... Ответь на последний вопрос: почему ты так поступил с девочкой?
Я сел на пятки, собираясь с мыслями.
— Что конкретно вам нужно знать?
— Лишь твои причины. Этого достаточно.
— Причины... Я старался исправить ошибку.
— Вот как? — Она сузила глаза.
— Да, я сделал кое-что... нехорошее и приведшее в конце концов к катастрофе. Наверное, главная причина в этом. Я виноват в том, что, решая свои проблемы, ворвался в чужую жизнь, и эту вину мне придётся искупать.
— Честно... — резюмировала она. — И близко к истине. Что ж, парень, будем считать, что мы прояснили все недоразумения.
— И?
— И заключили перемирие, — кивнула женщина.
Хок вздохнул так, как будто с его души скатился огромный валун. Матушка не преминула отметить этот звук лукавой усмешкой:
— Кстати... Ты сам ничего не хочешь спросить?
— Представьте себе, нет. — Я поднялся на ноги и несколькими шлепками стряхнул со штанин лесной сор.
— Даже о молодых людях, которые одеты не совсем так, как это принято в обществе? — Улыбка Матушки становилась всё шире.
— Особенно о таких молодых людях!
— Почему же?
— Видите ли, я имел возможность убедиться, что обстоятельства могут потребовать ещё и не таких перемен во внешнем облике, — вздохнул ваш покорный слуга.
— Любопытно узнать, каким образом ты в этом убедился? — начала было Матушка, но в этот момент лошадки, впряжённые в фургон, испуганно дёрнулись, пытаясь вырвать уздечки из сильных рук Нано.
Мы обернулись, чтобы узнать о причине испуга, и замерли, каждый на своём месте. Лесная поляна стала слишком тесной, потому что... На сцену выступили действующие лица, не предусмотренные автором пьесы.
* * *
Вы когда-нибудь видели диких собак? Я имел удовольствие. Но только в дохлом виде. То есть, когда изрядно вывоженные в грязи туши в качестве доказательства своих подвигов предоставил проводник, нанятый Заффани для одного из караванов. Признаться, даже мёртвые они внушали страх. А уж живые...
Невысокие — ниже волков, поджарые, с короткими жгутами мышц под грязно-жёлтой шкурой, с маленькими, бритвенно-острыми клыками. С одной такой псиной можно справиться, но когда их набирается несколько десятков... Нас почтили своим присутствием как раз десятка два. С одной стороны, немного — для пятерых обученных воинов, конечно. А что имели мы? Матушка и Нано вполне могли дать отпор, да и Хок от них не отстанет. Что же касается остальных... У меня и оружия-то нет. А голыми руками лезть в пасть к зверюге, у которой только одна мысль: убить и сожрать... Нет, что-то не хочется. Принцессу вообще в расчёт принимать не стоило. Итак, трое против многих. Нехороший расклад. Уверен, Матушка сделает всё возможное, чтобы защитить меня и Рианну, но... Что будет с лошадьми? Они-то, бедные, никуда не смогут деться от голодных оскалов... Конечно, лошадей можно купить. Если есть деньги. И если есть лошади. Да и жаль этих бессловесных животных: и так напуганы до предела. Словно чувствуют скорую гибель...
Чужой ужас полоснул по сердцу не хуже ножа, заставив грудь болезненно заныть. Нужно что-то предпринять... К тому же я не знаю, сколько их: вдруг там, за линией деревьев неслышно топчут траву и другие «жёлтые убийцы»? Что, если Матушка не справится? Что, если... Нет, сегодня я не желаю быть свидетелем смерти тех, кто достоин жизни больше, чем сотни известных мне персон. Пусть мне придётся трудно, но я рискну.
«Что ты собираешься делать?»
Всего лишь позвать.
«Кого?»
Кто откликнется. Думаешь, не получится?
«Не буду утверждать...»
Тогда помоги.
«О, в этом деле я ничего не значу...»
Как это?
«Зов — целиком и полностью твоя забота...»
Фрэлл! Ну хоть не мешай...
«Об этом не беспокойся...» — Мантия скорбно поджала губы.
Итак, я остался один на один с самим собой. Неожиданно и... неприятно. Но что поделаешь...
Я, как можно медленнее, опустился на одно колено, положил ладонь правой руки на землю и закрыл глаза, сосредоточившись на ощущениях.
Холодно. Сыро. Скользкие травинки. Обломки веточек. Мелкие камешки. Лёгкая дрожь шагов. Должно быть, собаки подбираются всё ближе... Пальцы зарылись в землю, стараясь нащупать следы невесомых Нитей, оставленные созданиями из плоти и крови.
Покалывание, но какое слабое, фрэлл подери! Кто-то есть, правда, вне пределов моей досягаемости. Ну что, доволен? Да, спасение имеется, но тебе не под силу его обрести. Разве что... Нет, это будет совершеннейшим издевательством! Мне так вовек не расплатиться... И всё же...
Я поднял голову.
— Ваше высочество, будьте так любезны, подойдите ко мне, — тихо, очень тихо попросил ваш покорный слуга, не рассчитывая на ответ.
Но она ответила. Сползла с бревна и на негнущихся ногах двинулась в мою сторону. Медленно. Очень медленно. Собаки начали волноваться, но — хвала всем богам! — пока не делали попыток напасть: наверное, были не слишком голодны.
Когда между нами осталось несколько шагов, я протянул принцессе левую руку.
— Пожалуйста, ваше высочество... Только держите крепче. — Вот и всё, что я успел выдохнуть, прежде чем моё сознание ринулось прочь по раскручивающейся спирали Зова...
Что такое Зов? Это поиск. Это приказ. Это маленькая смерть. Именно так, по отдельности и вместе. Ты открываешь себя настежь, выворачиваешься наизнанку, освобождая свою Сущность, до поры до времени прячущуюся в тёмных пещерах души... Ты встаёшь перед миром. Один. Без защиты. Без поддержки. Без надежд. Без эмоций. Только холодная решимость. Только скрупулёзно просчитанные шаги. Потому что... Потому что ты можешь позвать только того, кто способен откликнуться. Только одно сознание ответит на твой крик. Только одно. Остальные нельзя трогать: испепеляющая волна Зова разорвёт их на части. Нужен только тот, кто может откликнуться. Его так легко найти — островок в бушующем море хаоса, если... Если ты пройдёшь через хаос, не утонув. Хаос собственных ощущений...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
