— Задания. За прошлый год у нас было семь заданий, в которых мы обеспечивали только доставку на место некоего лица, а потом охраняли периметр. Получается, для таких, как ты?
— Возможно. Я не в курсе всех операций, которые проводил Альянс.
— Но почему это держали в тайне?!
Впервые за время нашего разговора Захар дал волю эмоциям. Видимо, вспомнил своих товарищей, которых потерял во время вторжения. И хотя ответа на его риторический вопрос не требовалось, я произнес:
— Чтобы избежать паники. Никому бы не помогло знание о надвигающемся Носителе. Да и не поверил бы никто. Волки-волки, понимаешь?
— Чего?
— Помнишь сказку про мальчика, который кричал «волки-волки»?
— А, ты про это. Ну да, понимаю. В последнее время столько раз предсказывали конец света и нашествие с Нибиру, что все привыкли. Но ведь правителей вы как-то убедили!
— Тем же, чем и тебя, земляк. Ты выслушал меня так внимательно, и поверил, только потому, что видел, в кого превратились твои друзья.
Мужчина только кивнул, соглашаясь.
2-3
Десятый день после Вторжения
На то, чтобы окончательно убедить Захара и его легионеров в том, что я не псих, понадобилось еще часа полтора. Спрашивал, в основном, он, рассчитывая затем передать полученные сведения бойцам, а я терпеливо отвечал на все его вопросы. Даже на самые идиотские, вроде «а лазерами из глаз можешь?»
Затем, убедившись, что шеф-капрал мне, не без оговорок, но верит, я начал аккуратненько прощупывать его на предмет совместной деятельности. Нет, так-то мне попутчики, тем более люди, были не особенно нужны, точнее даже сказать — балластом обзаводиться я точно не планировал. Но было одно «но». Легионеры — местные. Годами тут службу несут, и стало быть, могут мне помочь сориентироваться. Поскольку я дитя городов и к дикой местности не приспособлен в принципе.
Отправляясь в Африку, я не собирался вслепую путешествовать по пустыням, саваннам и джунглям. Имелся у меня план, может не самый лучший, но имелся. Строился он на предположении, что старый знакомец Чистильщик оказался в Джибути не случайно. Скорее всего он охранял некий объект, и охранял именно от мне подобных. Специалист его профиля мог не только охотиться на дефектов, коими все новусы были в его глазах, но и вполне успешно оборонять от них секретные объекты. У него был Крик, скорость, регенерация, да и сам он, как боец мог значительно усилить любую Структуру.
Не мог такой уникум случайно возникнуть там же, где высадилась наша рейдовая группа! Ведь другим ничего подобного не выпало — я проверял. Прочие отряды просто прогулялись по территории противника, столкнулись со Структурами, но в бой не полезли, а пришельцы дали им отступить. И только моя группа встретилась с ним.
Случайность, ага! Черта с два это случайность! Чистильщик находился где-то неподалеку от города, когда мы туда пришли. И находился явно не с заданием выйти навстречу новусам и предложить себя в качестве посла доброй воли. Нет, он был тут с другой миссией, но его переориентировали, когда появились мы.
Еще на базе, сразу после неудачного разговора с Ланским, я сел считать. Появился Чистильщик, примерно, через полчаса после того, как мы начали шататься по городу. Или через два с половиной часа, с момента, как мы приблизились к нему. Предположим, даже, что наш отряд обнаружили пришельцы сразу после высадки на берег — это пять часов. Его сразу же вызвали в город, а бегает очень быстро. Допустим, сто-сто двадцать километров в час, где-то так я оценил его скорость еще в Благовещенске. Но вряд ли бежал всю дорогу изо всех сил — вымотанным не выглядел. Значит берем шестьдесят камэ в час, как среднюю, это около тысячи метров в минуту. Получается, что в момент нашей высадки он находился, самое большое в трехстах километрах от города, плюс минус.
Да, он мог использовать технику. Но, если ему надо было преодолеть триста камэ, на машине он бы не поспел. Это же Африка, к тому же не самая благополучная ее часть. Тут если по местным проселкам больше шестидесяти дашь, то через час останешься без ходовки. Автобанов, на которых можно идти больше сотни, я пока не видел, да и откуда бы им тут взяться — страна лет тридцать как в «Игру престолов» по-африкански играет.
Мог вертолетом. Даже быстрее бы получилось, чем бегом. В том, что летающие машины у функций имеются и они умеют ими пользоваться, я не сомневался. Только наша группа находилась на окраине города, когда Чистильщик появился. И никакого вертолета в небе никто из нас не видел.
Так что вывод был прост — на своих двоих он добирался. И радиус поиска в триста километров — предел. Да и то, думаю, территорию я очертил больше, чем нужно. Ну да больше — не меньше.
Готовясь к «миссии» я, пользуясь допуском Михаила, внимательнейшим образом осмотрел всю предполагаемую зону поиска с помощью спутников. И не нашел ничего похожего на Шпиль или какую-то другую чужеродную постройку. Зато обнаружил кое-что другое, не менее любопытное. А именно, несколько участков, которые рассмотреть со спутников никак не получалось. Горные районы уже за границей Сомали, на территории Эфиопии, густые джунгли к западу от Джибути. Там можно было что-то спрятать.
Вот я и решил — отправлюсь туда. Составил маршрутный план, всего пять точек, делов на неделю. Места безлюдные, там даже местные не часто встречаются. Обнаружу там функций — значит догадка верна. Иначе чего им пастись там, где никого нет? Ну, а дальше только-то и останется, что скрытно изучить объекты и с доказательствами явиться к Лидерам. И показать этим политиканам, что никакого мира, дружбы и жвачки между людьми и пришельцами не будет.
На бумаге все выходило довольно гладко. Но оказавшись в Африке я понял, что здорово переоценил свои навыки ориентирования на местности. Стороны света я еще мог определить, но вот дальше… Куда идти, если во все стороны местность совершенно одинаковая. Короче говоря, помощь бы мне пригодилась. Вот только бы понять еще какого рода? Просто совет местных бойцов или…
— Проводники? — уточнил Захар, когда я все это ему поведал. — А зачем нам это?
Я чуть по морде ему не заехал! Вот тебе и взаимовыручка людей перед лицом общей для всех угрозы! Зачем нам это, ха! Да затем, блин, чтобы самому не превратиться в пришельца! Не стать одним из составных частей Структуры, утратив собственную личность!
— Затем, что я могу вам помочь отсюда выбраться, — ответил я, старательно проговаривая слова, чтобы не выдать вспыхнувшей злости.
— Да мы, как бы, и сами в состоянии.
— А чего раньше не ушли?
— Хотели разобраться, что творится. Языка взять, допросить. Нужно же было командованию дать какую-то причину нашего долгого отсутствия и потери половины личного состава.
— Ну вот взяли, разобрались — дальше что?
— Возьмем на побережье баркас, тут довольно много этого добра. И рванем в Алжир.
— Он тоже под функциями.
— Ну тогда на выход из залива. Ты говорил там авианосная группа стоит.
— Ага. Стоит. Только без опознавательных кодов, они вас пустят на дно раньше, чем вы их увидите.
— Так жестко все?
— Ага.
— А у тебя коды есть?
— Конечно.
— Дашь?
— А зачем мне это?
Захар растянул губы в холодной улыбке. Я ответил точно такой же. На самом деле, я не планировал прибегать к шантажу, да и не решил еще брать людей в проводники или нет. Но его ответ!.. Я прямо взбесился — давно такой злости не чувствовал. Все-таки когда год своей жизни кладешь на борьбу за интересы человечества, как вида, а тебя все это время еще и окружают люди, которые мыслят так же, здорово выходишь из себя, сталкиваясь с позицией «моя хата с краю».
— Значит, предлагаешь сделку?
— Я еще ничего не предложил, Захар.
— Иван, ты же понимаешь, что Легион, это по сути, наемники? Из тех, кто считает иначе, всю розовую романтику выбивают еще в учебке. Интересы человечества, враг на пороге — это все здорово. Но не отвечает на вопрос, ради чего я должен подвергать жизни своих людей риску. Серьезному риску, почти самоубийственному. Если, конечно, все что ты рассказал о функциях, правда.
