Она досталась мне. Обращая меня, мама сделала работу над ошибками.
- Полегче на поворотах, юный сэр. Как бы я не одела вам на голову кастрюлю с пастой в томатном соусе.
- Это болоньезе, невежда. Что-то ты не торопишься на работу. Дай-ка я угадаю. Ты сейчас сядешь в машину и поедешь прямиком к своему Рэю. Вы будете развлекаться до утра, а мы, брошенные в холодном жестоком мире на произвол судьбы, продолжим смотреть «мыльную оперу».
- Ни шагу за порог квартиры, - в последний раз предупредила Линда, открывая дверь. - Иначе я разозлюсь всерьез - и тогда ты узнаешь, почем фунт лиха.
Когда замок щелкнул, Дамиан показал скрывшейся на площадке сестре язык.
- Как она меня иногда достает, - пожаловался он. - Ей уже пора заводить своих детей, а она со мной нянчится. Туда не ходи, туда не ходи, этого не делай. Что это ты опять привез? С кем ты там гуляешь? Где ты был так долго?
- Она беспокоится, - сказала Пенелопа, протягивая молодому вампиру тарелку с бутербродами. - Так, как и положено старшим сестрам.
- Да уж знаю. - Дамиан взял бутерброд с брынзой и зеленым салатом. - На самом деле она славная. У нее доброе сердце. Она мне как мать. Заменила ее еще до того, как мы сюда переехали. Была со мной в первые дни после обращения. Учила всякому разному. Мы даже охотились вместе. До сих пор охотимся. Наверное, это глупо и по-детски, вампиры так делать не должны, но это здорово - бродить по ночным улицам и искать подходящую жертву. Ты весь внимание, чувства обнажены, нервы натянуты до предела. Пытаешься уловить нужный запах, увидеть человеческий силуэт в абсолютной тьме. И знаешь, что по правую руку от тебя идет твоя сестра, самое близкое в двух мирах существо, с которым ты эту жертву разделишь. - Он вздохнул. - Мама со мной никогда не охотилась. Она думала, что вампир вместе с бессмертием получает необходимые навыки. Учится жить под солнцем и все такое.
Принцесса доела половинку ярко-алого яблока и положила на блюдо косточки.
- Где она сейчас? Ваша мама?
- Понятия не имею, - пожал плечами Дамиан, приступая к бутерброду. - Наверное, дома. Смотрит телевизор. Газеты читает. Когда мы уезжали, ей было все равно. Она ни на что не обращала внимания. Ли каждый месяц высылает ей деньги. Говорит, что этого делать не стоит, мать все спустит на эльфийскую кровь. Ненавидит себя за слабость, но поручение в банке не отменяет. У вампиров всегда так. Создатель может нас бить, унижать, некоторые и вовсе бросают детей. А мы все равно их любим. Вот и Ли маму любит, хотя та порой плохо с ней обходилась.
В молчании молодой вампир доел бутерброд и, вытерев руки бумажной салфеткой, обнял диванную подушку. Пенелопа уже второй день пыталась поймать наилучший момент для этого вопроса, но безуспешно. Возможно, потому что не была уверена, нужен ли ей ответ.
- Дамиан, - заговорила она. - Я хочу у тебя кое-что спросить.
- Мы не любовники, - быстро ответил брат Линды, переключая каналы. - Знаю, что дети одного создателя часто… ну, как бы это… сближаются. Ведь у нас нет родственных связей, как у людей.
- Я не об этом, - покраснела принцесса. - Я хотела спросить… по поводу твоей матери. По поводу эльфийской крови. Линда тоже говорила об этом. Что это значит?
Молодой вампир отложил пульт и передал собеседнице диванную подушку.
- О боги, - произнес он после паузы. - Зачем ты сюда притащилась?
- Сюда? - удивилась Пенелопа. - В Треверберг?
- Да. Почему не осталась в деревне? У с мамой-королевой и папой-королем?
- Я хочу…
- … играть рок, - закончил он и, сняв крышку с бутылки кока-колы, сделал несколько глотков из горлышка. - Но почему злые боги забросили тебя именно сюда, в этот дрянной город? А ведь Ли могла пройти мимо в тот вечер. Могла сделать вид, что ничего не заметила. Так в Треверберге все поступают. И ты слонялась бы по улицам. Без документов, без денег, без крыши над головой. Не знаешь, где покупают еду, не знаешь, как снимают номер в отеле. Да ты даже не можешь отличить такси от обычной машины. - Дамиан взъерошил волосы. - Вы же родились в рубашке, ваше высочество. Вы хоть понимаете, как вам повезло?
Принцесса прижала к груди подушку и опустила глаза.
- Будь на моем месте любой другой вампир, он бы тебя в три счета сожрал. Или сплавил бы работорговцам. А Орден бы сыграл в дурачка. Дескать, что такое? Светлые эльфийки пропадают сотнями. Мы же не можем следить за всеми! Так они и тому доктору Локу сказали про Алисию. Не знаем, не ведаем. И вообще, сэр, надо было вам за своей женщиной присматривать. Она эльфийскую кровь распивала, а вы якобы и не видели ничего. Ты, наверное, с ума сошла, когда решила убежать из дома. И Ли тоже с ума сошла, когда тебя привела. Теперь все в заднице.
По щекам Пенелопы потекли слезы.
- Я могу уйти, - сказала она тихо. - Если я обращусь в полицию…
- Только не это, - взмолился Дамиан. - Сейчас же перестань плакать! Просто выключи эту штуку, которая у женщин отвечает за слезы, ладно? Когда Ли плачет, мне хочется кого-нибудь убить. Обычно это один из ее ухажеров. Тот, которому я по какой-то причине до сих пор не оторвал яйца. Ну прекрати. Пожалуйста. Хочешь, я тебя обниму?
Он поднялся, подошел к принцессе и, присев на краешек кресла, приобнял ее за плечи.
- Извини, если я сказал что-то не то. Я не имел в виду, что ты нам в тягость. Просто у нас появились кое-какие проблемы… небольшие проблемы. Чертовски серьезные проблемы, но их можно решить. Наверное. - Дамиан прижал Пенелопу к себе и погладил по волосам. - Клево! Они уже немного отрасли! А давай их перекрасим? Например… в зеленый! Точно. Перекрасим в салатовый! Вот Ли удивится, когда придет! А я ей скажу, что твой организм так отреагировал на колу. Ты ведь в своей деревне, наверное, ее не пила. Только вино да разные соки. Думаешь, она поверит?
- Не думаю, - сквозь слезы улыбнулась ее высочество. - Она насильно подстрижет тебя, а потом тоже покрасит. К примеру, в розовый.
- Да,
