рыбе на торжественном ужине и новому перстню верховного с потрясающей жемчужиной – нечисть договорилась не только с градоправителем.
– А так можно было?!
– В нашей жизни можно все, – философски повел плечами магистр. – Тогда я злился, благо, был молод и мог себе позволить горячие суждения. А сейчас думаю, что это скорее хорошо. Истреблять всех без разбора мы уже пробовали и ничем хорошим это не закончилось.
– Как же все таки это невероятно, – покачала я головой в конце его истории. – Знаешь, тут, в столице, все настолько приземленно, что твои рассказы выглядят как сказки. От них так и веет магией!
– Плохо то, Адель, что сказки бывают разные, – тихо проговорил лорд. – Временами они очень страшные.
И его взгляд чуть затуманился, унося Рея в прошлое. Явно в какое-то очень болезненное прошлое.
– Мне пора домой, – призналась я магистру. – Я не говорила своей нечисти, когда вернусь, и они наверняка уже переволновались.
До магомобиля мы дошли так же общаясь, но уже о всякой ерунде. И на душе было так легко, что даже не чувствовались усталость и ночная прохлада. Такого ощущения спокойствия и умиротворения у меня давно не было – как минимум потому, что я все время думала о проблемах.
Дорога до лавки неожиданно заняла всего ничего. Или мне хотелось просто растянуть время?..
Рей открыл дверцу мобиля и помог выйти из салона. Только мою ладонь не отпустил – переплел наши пальцы и повел к дому.
– Спасибо за прекрасный вечер, Адель, – сказал он низким голосом.
– И вам спасибо, – несколько смущенно проговорила я.
Мы остановились у самого крыльца.
Рейанар смотрел мне в глаза своими колдовскими зелеными, в которых так легко было утонуть. А затем вдруг начал наклоняться ко мне. Медленно, но так… неотвратимо.
Волна мурашек пошла по моей спине. Я замерла, взволнованная.
Я чувствовала дыхание Рея на своем лице, затем на губах, а наши носы на секунду соприкоснулись.
Я судорожно выдохнула воздух…
Горячие губы мужчины скользнули по щеке, почти не задерживаясь на коже.
– Спокойной ночи, Адель.
Кажется, я не скрыла свое разочарование, потому что магистр рассмеялся, щелкнув меня по носу.
– До завтра, девочка.
– До завтра, – повторила я, смущенно опустив глаза.
* * *
Только у дверей лавки до меня дошло, что я задержалась больше, чем на время обеда. Причем очень значительно.
Едва открыла дверь, то тут же попала под прицел недовольных взглядов нечисти. Только Сарочка была в хорошем расположении духа.
– Таки мне можно за тебя порадоваться или ты совершенно напрасно проводила время с красивым мужчиной? – деловито осведомилась Книжуля.
– Не знаю, как с мужчиной, но лавку открывать уже поздно, – недовольно проворчала мышь. – Если хотите знать, то с такой расточительностью мы по миру пойдем!
Я неопределенно повела плечами, не желая докладывать, дискутировать, да и вообще после недавней сцены на крыльце, все еще несколько витая в облаках. Так что разделась, аккуратно повесив плащ на вешалку, и отправилась на кухню. Есть не хотелось, но вот сделать травяной чай, забраться на подоконник с самой огромной чашкой в доме и романтично пялиться в темноту – очень даже!
Прекрасно понимая, что оснований для мечтаний у меня нет, я все же искренне считала тот факт, что я все таки девочка – индульгенцией на подобную глупость. Ведь самое главное что? Не нырять в омут с головой в расчете на лучшее. А вот походить кругами вокруг этого самого омута, задумчиво в него заглядывая – мне никто не мешает!
Надо сказать, что я рассчитывала на некоторую тактичность если не Сары, то хотя бы остальной нечисти. Они обычно не мешали мне побыть в одиночестве. Но не сегодня!
Потащились за мной на кухню, разве что шикнули на остальных мышей и пауков. Видимо искренне считали, что сплетен «с пылу с жару» достойны только избранные. А ими как обычно были Кот, Книжуля и Марель.
Пока я совала нос во все банки со сборами подряд и пыталась понять, чего же моя душенька желает, домовой запрыгнул на буфет и принюхался. Задумчиво пошевелил усами и вдруг пробормотал себе под нос:
– Интересно от тебя пахнет, хозяйка. Хм… корица… цитрусовые… гвоздика… красное вино?
– Осенний супь! – с такой уверенностью, словно сама пробовала, заявила Сарочка.
Марель возмущенно всплеснула лапками:
– Мало того, что вернулась поздно, так ты ещё и пила!
Гримуар лишь хохотнула и снисходительно добавила:
– Ох уж эта усато-хвостатая десятисантиметровая полиция нравов. Она правильно все сделала! Адель, я тобой горжусь!
Марель зло сощурила глаза, и я, предчувствуя очередной скандал, попыталась его прервать:
– Марель совершенно права.
Ругань схлопнулась, даже не начавшись.
– Так-то оно так, – проворчала бухгалтерша, подозрительно глядя на меня бусинками глаз. – Но твоя покладистость подозрительна.
Выбрав сбор из мяты и мелиссы, я засыпала его в пузатый заварочный чайник и наполнила как раз подоспевшим кипятком. Зависла над ароматным дымком, поднимавшимся от воды, и блаженно его вдохнула.
– Дело в том, Марель, что если с тобой гуляет джентльмен, который должен тебя спасти и защитить, то убегать от него с криками «работа-работа», несколько недальновидно!
Про то, что про закрытую лавку я сама вспомнила лишь у дверей, я решила промолчать. Было очень стыдно, что я настолько забыла о времени, поглощенная общением с магистром. Поцелуями магистра… рассказами магистра…
Из размышлений меня вырвал голос гримуара:
– Весь мой пятибрачный опыт подсказывает, что они там не просто ели! Котик, лапочка, ты же меня любишь?
– Э-э-э, да, – как и все остальные растерялся домовой от такой резкой смены темы разговора.
– Тогда, радость моя, организуй нам, пожалуйста, вкусняшек и одиночество, хорошо? Тут таки необходима чисто женская компания!
– Для чего? – с опаской спросила я.
– Для сплетен, разумеется!
– А если я не хочу сплетничать?
– Ты таки раньше просто неправильно это делала. А надо с удовольствием, – наставительно заявила Книжуля.
А дальше все завертелось!
Я честно попыталась было сбежать на второй этаж с чайником вожделенного чая, так как даже обретение пузатой чашки уже встало на второй план. Но не вышло!
Меня усадили во главе стола, на этом самом столе из ниоткуда появились разнообразные вкусности, а после уже Марель, чинно обвив себя хвостиком, жадно потребовала:
– Рассказывай!
– Ну зачем? – простонала я уже, надо признать, с некоторым лукавством.
Все же в чисто женских разговорчиках на кухне есть своя особенная, ни с чем не сравнимая прелесть. В пансионе я как-то оказывалась за бортом таких вот посиделок, и, каюсь, периодически завидовала особенно сдружившимся девчонкам.
Но так получилось, что на момент поступления, когда закладывались основные социальные связи, я была слишком занята своей скорбью после гибели родных.
А после возвращения отношения с Лилит и ее окружением так и не стали достаточно доверительными. А с тетей Ханной посплетничать можно было разве что о том, как возмутительно вкусно и не здорово питаются наши соседи.
Так что сейчас мной владело скорее веселое предвкушение, чем смущение от того, что свою личную жизнь я буду обсуждать с мышью и волшебной книгой.
– В общем, сначала он повез меня в ресторан.
– Какой? – нетерпеливо спросила Сара. – Я надеюсь, что-то приличное, а не как последний поц решил сэкономить?
– Очень приличное, – я повторно содрогнулась вспомнив интерьеры «Золотого лотоса». – Весь ужин заверял, что нам нужно быть максимально искренними, чтобы убедить следящую за нами ведьму!
– Откуда она следила? – гласом разума вновь выступала Марель. – В кустах под окнами проползала?
– Эти ведьмы такие изобретательные, – промурлыкала Книжуля. – Охотно верю, что она и на крыше соседнего дома с биноклем могла лежать. Молодец твой магистр… с тобой только так и можно.
– Как так?
– Уверенно, – решительно отрезала Сара. – Очень уверенно.
– Ну а что дальше? – схватив крупный орех, потребовала развития событий Марель.
И я рассказала. И про разговор в ресторане, и про прогулку в парке, и про сказки, и как-то незаметно даже про поцелуй.
Девчонки, а несмотря на возраст и внешний вид, они сейчас были именно девчонками, слушали меня очень внимательно!
Когда я закончила, Сарочка лишь томно вздохнула:
– Как тебе такое, Марель? Даже мои странички от подобного
